Финансирование террористической деятельности как объект криминологического исследования

Введение .

Терроризм является сегодня одной из ключевых угроз национальной безопасности Российской Федерации. Ослабление систем глобальной и региональной безопасности, имеющееся повсеместно в мире, создает условия для распространения международного терроризма и экстремизма. При этом «международные террористические и экстремистские организации стремятся усилить пропагандистскую работу и работу по вербовке российских граждан, созданию на территории России своих законспирированных ячеек, вовлечению в противоправную деятельность российской молодежи» [1].

Как и любая высокоорганизованная и масштабная преступная деятельность, террористическая деятельность невозможна без соответствующего финансового или иного материального обеспечения.

Одной из основных тенденций современного терроризма является «повышение уровня финансирования террористической деятельности и материально-технической оснащенности террористических организаций» [2].

Финансирование является необходимым условием самого существования терроризма, поскольку путем предоставления или сбора средств либо оказания финансовых услуг осуществляется не только финансирование организации, подготовки и совершения широкого спектра конкретных преступлений террористического характера (ст. 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4,

205.5, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360 и 361 УК РФ), но и материальное обеспечение лица в целях совершения данных преступлений, а также обеспечение организованных групп и иных преступных объединений, созданных или создаваемых для их совершения.

Терроризм, являясь перманентной угрозой национальной безопасности, постоянно развивается и трансформируется. При этом «ослабевающие позиции отдельных международных террористических организаций вынуждают их вовлекать в противоправную деятельность все большее количество лиц, в том числе с территорий иных государств, а также использовать новые и нерегулируемые инструменты сбора и перевода денежных средств в целях обеспечения финансовой подпитки своей деятельности» [3]. В соответствии с данным трендом, происходит смена стратегии деятельности террористических структур, как за рубежом, так и в Российской Федерации.

Международные террористические организации создают и активно используют сети, скрытых децентрализованных автономных ячеек, деятельность которых направлена непосредственно на сбор денежных средств и иных активов, а также вербовку лиц, в том числе с помощью информационных технологий, с целью оказания содействия по подготовке и осуществлению террористических актов. В данных условиях формирование эффективной системы борьбы с терроризмом возможно только при условии выявления и всестороннего анализа всех возможных рисков финансирования террористической деятельно сти и их осознания всеми субъектами противодействия терроризму.

Статистические данные указывают на постоянное нарастание террористической угрозы. Так, в 2014 г. было зарегистрировано 1128 преступлений террористического характера, 2015 г. – 1583, 2016 г. – 2227, 2017 г – 1871, 2018 г. – 1679, 2019 г. – 1806, 2020 г. – 2342, 2021 г. – 2136, 2022 г. – 2233, 2023 г. – 2382. Увеличивается и количество регистрируемых преступлений, связанных с финансированием терроризма: 2014 г. – 0, 2015 г. – 26, 2016 г. – 39, 2017 г – 99, 2018 г. – 148, 2019 г. – 191, 2020 г. – 173, 2021 г. – 221, 2022 г. – 240, 2023 г. – 168 [4]. Соответственно, реализация государственной политики по обеспечению государственной и общественной безопасности невозможна без решения таких задач, как предупреждение и пресечение террористической и экстремистской деятельности как отдельных лиц, так и организаций, а также финансирования терроризма, особенно осуществляемого с использованием информационно-коммуникационных технологий [1].

В свою очередь, противодействие преступности как сложному феномену невозможно без его надлежащего научного познания и осмысления [5; 6]. Исследование преступности и получение научно обоснованного знания о ее сущности и закономерностях проявления является основой выработки эффективных мер противодействия ей. В полной мере указанное касается и такого проявления преступности, как терроризм. Сложность и многомерность феномена терроризма в целом и такой его составляющей, как финансирование террористической деятельности в частности, определяет необходимость поиска эффективных мер противодействия и защиты человека, общества и государства от данной угрозы.

Однако в юридической доктрине и современном гуманитарном знании сложился ограниченный подход к пониманию финансирования террористической деятельности как разновидности экономических отношений. В свою очередь финансирование террористической деятельности является крайне сложным и многогранным феноменом, функционально связанным со всеми иными видами террористической деятельности, а также выступающим связующим элементом между терроризмом и различными иными видами преступности. Сложившийся подход к пониманию финансирования террористической деятельности не позволяет исследовать указанные особенности данного вида преступной деятельности и существенно ограничивает возможности противодействия ему. Такой подход не соответствует имеющим сегодня место масштабам распространенности и технологической оснащенности, а также широкому кругу субъектов и инновационным процессам трансформации механизма осуществления данного вида преступной деятельности.

Указанное определило актуальность проведения комплексного криминологического исследования финансирования террористической деятельности как специфического вида преступной деятельности с целью оснащения правоохранительных органов и иных субъектов противодействия финансированию террористической деятельности соответствующей криминологической информацией, необходимой для поиска и реализации путей минимизации террористической угрозы.

Обсуждение .

Исследование финансирования террористической деятельности должно осуществляться на основе методологического подхода, в соответствии с которым данный феномен образует с одной стороны специфическая криминальная практика, с одной стороны, и элемент системы террористической деятельности, с другой стороны [7; 8]. Именно такой подход позволяет разработать многомерную теоретическую модель финансирования террористической деятельности, которая составляет представления о ней как сложной системно организованной преступной деятельности, образующей специфическую криминальную практику, и реализуемой в рамках системного взаимодействия по типу «общество – преступность – террористическая деятельность – финансирование террористической деятельности». Системный анализ характерных для финансирования террористической деятельности, как криминальной практики, специфического субъектного состава, целевой направленности и технологий преступной деятельности позволяет установить ее взаимосвязь с другими социальными практиками, выявить риски интенсификации криминальных форм поведения террористического характера в обществе и выработать рекомендации по повышению эффективности превентивной деятельности.

Финансирование террористической деятельности является интегрирующим (позволяет обеспечивать функционирование иных элементов) и одним из основных наиболее функциональных элементов системы террористической деятельности.

Основными функциями финансирования террористической деятельности являются функции самовоспроизводства, самодетерминации, самосохранения и преобразования (развития) системы террористической деятельности.

Механизмы финансирования террористической деятельности дают возможность вовлекать в данную деятельность новых субъектов, непосредственно осуществлять террористическое акты и совершать иные преступления террористического характера, а также использовать коррупцию в целях защиты от социального контроля, обеспечивая тем самым длительное и безопасное существование системы террористической деятельности и ее эффективное функционирование [9].

Установление функциональной характеристики финансирования террористической деятельности как интегрирующего (позволяющего обеспечивать функционирование иных элементов) элемента системы террористической деятельности, позволяет определить стратегические направления взаимодействия всего комплекса специализированных и неспециализированных субъектов противодействия финансирования террористической деятельности.

Финансирование террористической деятельности обеспечивает функционирование механизма террористической деятельности и системные взаимосвязи между различными видами террористической деятельности, а также взаимосвязи данной системы с внешней средой. При реализации мер по выявлению причастных лиц, а также выявлению и устранению источников финансирования, необходимо учитывать системные взаимосвязи финансирования террористической деятельности с такими видами преступной деятельности, как организованная преступность, экономическая преступность, коррупция, организация нелегальной миграции, а также незаконный оборот оружия и незаконный оборот наркотиков.

Выявление и пресечение финансирования экстремисткой деятельности является предикатной мерой противодействия финансирования террористической деятельности.

Необходимо учитывать, что финансирование террористической деятельности осуществляется как в инициативном порядке, так и в результате целенаправленного воздействия на сознание и волю вовлекаемых в данную деятельность лиц [10].

Анализ социально-демографических характеристик преступника позволяет утверждать о наличии механизмов вовлечения в финансирование террористической деятельности более молодых лиц со стороны более взрослых лиц, а также перехода по мере приобретения жизненного, в том числе криминального, опыта к организационной деятельности.

Организационные функции выполняют, преимущественно, местные жители из числа граждан РФ, в т.ч. и лица из числа мигрантов, получивших гражданство РФ.

Предупреждение преступного поведения невозможно без криминологического исследования личности преступника [11]. Выявление конкретных лиц, выступающих объектом индивидуального превентивного воздействия, и работа с ними должны осуществляться с учетом поведенческих и иных индикаторов, указывающих на возможную вовлеченность лица в финансирование террористической деятельности и лежащих в основе прогностической оценки криминогенного потенциала личности, а также конкретной роли лица в механизме данного вида преступной деятельности [12].

Типичный криминологический портрет, а также разработанная на основании специфики мотивации преступного подведения типология субъектов финансирования террористической деятельности (идейный, сочувствующий, корыстный, конформный и случайный типы, каждый из которых ориентирован на источники и технологии финансирования террористической деятельности, выступающие наряду с личностью преступника объектами превентивного воздействия) [13] позволяют выделять различные модели преступного поведения, выступающие объектом превентивного воздействия, имеют теоретикопознавательное значение для более глубокого понимания и познания как личности субъекта финансирования террористической деятельности, механизма ее формирования и проявлений ее свойств в преступном поведении, а с практической точки зрения определяют направления и меры противодействию данному виду преступной деятельности на индивидуальном уровне.

Исследование современных технологий финансирования террористической деятельности, в соответствии с концептом, отраженном в предложенном нами в определении данных технологий, и их авторской классификацией [14], а также – установление системных взаимосвязей финансирования террористической деятельности с иными видами преступной деятельности, прежде всего, с организованной преступностью, экономической преступностью, коррупцией, организацией нелегальной миграции, незаконным оборотом наркотиков и незаконным оборотом оружия, позволяет выработать рекомендации по реализации мер устранения источников финансирования, выявления и воздействий на лиц, вовлеченных и вовлекаемых в данную деятельность.

Под технологией финансирования террористической деятельности следует понимать совокупность методов и инструментов сбора и/или предоставления средств либо оказания финансовых услуг с целью осуществления террористической деятельности.

Виды и специфику конкретных методов и инструментов, используемых в рамках технологий финансирования террористической деятельности, определяют направленность деятельности субъектов финансирования и источник средств.

При установлении технологий финансирования террористической деятельности необходимо учитывать активно реализуемую преступниками возможность использования разнообразных видов данных технологий в различных их комбинациях и их непрерывное развитие в соответствии с логикой технологического развития современного мира и финансовых технологий в частности, в том числе с появлением инновационных технологий («большие данные» (Big Data), искусственный интеллект, машинное обучение, роботизация, блокчейн, биометрия, облачные технологии, токенизация и пр.), а также новых участников платежного рынка («бигтехи», небанков-

–– ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ –– ские поставщики платежных услуг и пр.) и новых платежных решений.

Систему противодействия финансированию террористической деятельности составляет деятельность следующих групп субъектов:

• 1)    правоохранительные органы и суд;

• 2)    Росфинмониторинг и иные органы государственного управления;

• 3)    кредитные организации и иные финансовые институты;

• 4)    граждане и иные лица;

• 5)    саморегулируемые организации.

Анализ полномочий данных субъектов, их функциональных взаимосвязей и практической деятельности в данной сфере позволил выявить направления совершенствования их взаимодействия, что обеспечит противодействие исследуемому виду преступной деятельности на системной основе [15; 16].

Противодействие такому специфическому виду преступного поведения, как финансирование террористической деятельности, невозможно без надлежащего правового обеспечения [17; 18]. Совершенствование правового обеспечения противодействия финансированию террористической деятельности должно быть направлено на приведение норм уголовного законодательства в соответствие с сущностью исследуемого вида преступной деятельности. Это касается как используемой в законе терминологии, так и конструкции нормы, устанавливающей ответственность за финансирование террористической деятельности [19].

Необходимо установление уголовной ответственности за финансирование террористической деятельности (т.е. деятельность по предоставлению или сбору средств либо оказанию финансовых услуг с целью осуществления террористической деятельности) в рамках самостоятельного состава преступления. В качестве квалифицирующих признаков данного деяния необходимо предусмотреть совершение его с использованием служебного положения, а также крупный и особо крупный размер предмета финансирования.

Значительные объемы разноплановой (финансовой, персональной и пр.) информации о потенциальных и реальных субъектах финансирования террористической деятельности, многообразие субъектов противодействия, выступающих источником данной информации и субъектами ее обработки, а также оперативность обмена данной информацией, обуславливают необходимость разработки и внедрения комплексной межведомственной информационной базы фактов финансирования террористической деятельности и лиц, к ним причастным, консолидирующей статистические учеты МВД России и иных правоохранительных органов, Росфинмониторинга и иных органов государственного управления, а также кредитных организаций.

Заключение .

Общественная опасность финансирования террористической деятельности, ее функциональные взаимосвязи с иными элементами системы преступности, потребности правоохранительных органов и иных субъектов противодействия в актуальной информации о сущности и состоянии данного феномена, необходимость получения научного знания о криминологической характеристике как основы теоретического обоснования решения проблем противодействия финансированию террористической деятельности и выработки мер совершенствования практической деятельности в данной сфере определили актуальность и практическую значимость проведения соответствующего исследования. Познание особенностей финансирования террористической деятельности, как вида преступной деятельности и объекта криминологического исследования, установление характеристики субъектов и технологий его осуществления, как основа совершенствования практической деятельности специализированных и неспециализированных субъектов противодействия финансированию террористической деятельности, способствует развитию не только теории криминологии и уголовно-правовых наук в целом, но и смежных областей научного знания, а также могут быть использованы в правоприменительной деятельности при реализации национальной антитеррори-стической политики, а также обеспечения государственной и общественной безопасности.

Не указан