Гражданско-правовой институт предупреждения причинения, возмещения и компенсации вреда
Автор: Рокутова Е.А.
Журнал: Мировая наука @science-j
Рубрика: Гуманитарные и общественные науки
Статья в выпуске: 10 (103), 2025 года.
Бесплатный доступ
В статье раскрывается сущность и особенности положений, регулирующих причинение, возмещение и компенсацию вреда, возникшего из-за нарушения гражданских прав, рассматриваемых в науке и юридической практике как составная часть обязанностей, порождаемых деликтом или институтом компенсации вреда. Множество функций, присущих данным нормам, обусловило их неоднородность: с ходом социально-экономической эволюции российского общества и в ходе формализации гражданско-правовых положений в их структуре наработался пласт разнонаправленных по назначению норм. Вследствие этого, если прежде система возмещения вреда, основанная исключительно на возложении ответственности за правонарушения, соответствовала монофункциональному обобщению, характерному для римской деликтной модели и норм закона Российской империи от 21.03.1851 г. о вознаграждении за вред и убытки, то ныне её структура усложнилась и приобрела разветвлённый многокомпонентный вид. Современное правовое регулирование охватывает не менее шести отдельных субинститутов, что требует более точного теоретического наименования, предложенного в рамках данной статьи. Автором последовательно применяются такие методы как диалектически анализ, историко-правовой метод, формально-догматический метод и сравнительно-правовой метод, что позволяет выявить не только общие тенденции, но и индивидуализированные гражданско-правовые конструкции, направленные как на предотвращение, так и на компенсацию негативных последствий.
Предупреждение причинения вреда, возмещение вреда, гражданско-правовой институт, части правового института, субинститут
Короткий адрес: https://sciup.org/140314461
IDR: 140314461 | УДК: 347
Civil law institute of prevention of, compensation for, and compensation of harm
The article reveals the essence and features of the provisions governing the infliction, compensation and compensation of harm caused by violations of civil rights, considered in science and legal practice as an integral part of the duties generated by tort or the institution of compensation for harm. The multitude of functions inherent in these norms has led to their heterogeneity: with the course of the socio-economic evolution of Russian society and the formalization of civil law provisions, a layer of multidirectional norms has developed in their structure. As a result, whereas previously the system of compensation for harm, based solely on the imposition of liability for offenses, corresponded to the monofunctional generalization characteristic of the Roman tort model and the norms of the law of the Russian Empire on compensation for harm and loss, now its structure has become more complicated and has acquired an extensive multicomponent form. Modern legal regulation covers at least six separate subinstitutions, which requires a more precise theoretical name proposed in the framework of this article. The author consistently uses such methods as dialectical analysis, the historical and legal method, the formal dogmatic method and the comparative legal method, which allows us to identify not only general trends, but also individualized civil law structures aimed at both preventing and compensating for negative consequences.
Текст научной статьи Гражданско-правовой институт предупреждения причинения, возмещения и компенсации вреда
II Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi lllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllllIlli Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi Illi
В российской правовой доктрине общепринятым считается подход, при котором нормативные положения, регулирующие последствия нарушения абсолютных субъективных прав с причинением вреда их носителю, рассматриваются в качестве составной части гражданско-правового института возмещения вреда, а также как обязательства, возникающие вследствие причинения вреда.
Некоторые представители юридической науки, напротив, предпочитают трактовать указанные нормы через призму концепции «деликтного права», наличие которой подразумевает формирование деликтных обязательств в случае наступления соответствующих фактических обстоятельств. Следует, однако, подчеркнуть, что такое понятийное обозначение охватываемых отношений не вполне отражает ни внутреннее содержание регулирующих их норм, ни пределы применимости рассматриваемых правовых механизмов.
В его составе, наряду с общими положениями, имеются относительно самостоятельные образования, предназначенные для регулирования специфических видов связей. Формирование подобной структуры этого института происходило по мере усложнения социальноэкономической жизнедеятельности российского общества и постепенного его наполнения соответствующими предписаниями в процессе кодификации гражданского права. Аналогично этому, в гл.XIII Гражданского кодекса (далее – ГК) 1922г. были включены нормы о возмещении имущественного вреда, причинённого исключительно неправомерными действиями (ст.ст. 403 – 415 ГК), в гл.40 ГК 1964г., наряду с указанными предписаниями, были внесены положения о возмещении имущественного вреда, причинённого также правомерными действиями (ч.3 ст.ст. 444, 449)1, в гл.59 ГК 1994 – 2006 гг., помимо названных выше узаконений, появились предписания о предупреждении причинения вреда (ст.1065) и компенсации морального вреда, причинённого неправомерными действиями (ст.ст. 8, 12, 151, 1099 – 1101 ГК). В апреле 2010г. с принятием специального закона рассматриваемый институт пополнился нормами о компенсации за нарушение разумных сроков судопроизводства или исполнения судебных актов и, наконец, в декабре 2012г. посредством включения в гл.2 ГК РФ ст. 16.1 он был дополнен установлениями о компенсации ущерба, причинённого правомерными действиями государственных органов и органов местного самоуправления.
Вследствие этого некогда «моногамное» правовое образование о возмещении вреда, причинённого лишь противоправными деяниями, что было характерно для римского деликтного права, представленное нормами закона о вознаграждении за вред и убытки от 21.03.1851 г., инкорпорироваными в 1852г. в т.XXVI Полного собрания законов Российской империи под №25055, а в 1857г. – в ч.1 т.X Свода законов гражданских, где воспроизводились в её последующих изданиях в отд.2 «О вознаграждении частном» – разд.2 гл.VI кн.2 (ст.ст. 609 – 689)2, трансформировалось в «полигамное». Поэтому с учетом нормативноправовых и индивидуальных гражданско-правовых форм, то есть соответствующих правовых связей, данный институт корректнее именовать «гражданско-правовой институт предупреждения причинения, возмещения и компенсации вреда», или «обязательств по предупреждению и вследствие причинения вреда», определение которого можно сформулировать следующим образом. Правовой институт предупреждения причинения, возмещения и компенсации вреда представляет собой совокупность гражданско-правовых норм, определяющих круг управомоченных и обязанных субъектов, принципы, основания и условия предупреждения причинения, объем, размер, источники и порядок возмещения и компенсации вреда, причиненного одним лицом другому вследствие нарушения его абсолютных субъективных прав.
Политико-правовую основу данного института в настоящее время3 составляют нормы ст.ст. 30, 32 Декларации прав и свобод человека и гражданина от 22.11.1991 г. и ст.ст. 45, 46 Конституции РФ, согласно которым человек, его права и свободы являются высшей ценностью общества, а государство гарантирует признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина, а потерпевшим от правонарушений обеспечивает доступ к правосудию, возмещение и компенсацию вреда. Содержание и смысл этих установлений базируется на действующих в рассматриваемой сфере общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах России, являющихся составной частью ее правовой системы (п.4 ст.15 Конституции РФ). Так, ст.8 Всеобщей декларации прав человека от 10.12.1948 г. закрепляет право каждого человека на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его прав. В соответствии с подп. «а» п.3 ст.2 Международного пакта о гражданских и политических правах от 19.12.1966 г., участвующие в нем государства обязуются обеспечить любому лицу, права и свободы которого нарушены, эффективное средство правовой защиты, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве, а также выплату компенсации. Согласно ст.13 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г., государства обязаны обеспечить каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, выплату компенсации. Принцип 11 Основных принципов и руководящих положений, касающийся права на правовую защиту и возмещение ущерба для жертв грубых нарушений международных норм в области прав человека и серьезных нарушений международного гуманитарного права от 25.07.2005 г., гарантирует указанным лицам доступ к правосудию, а также адекватное, реальное и быстрое возмещение понесенного ущерба. Обширный массив норм о предупреждении, возмещении и компенсации вреда закреплен в ст.ст. 8, 12, 13, 15 – 17, 19 ч.1 Модельного Гражданского кодекса СНГ и гл.55 (ст.ст. 990 – 1025) ч.2 Модельного Гражданского кодекса СНГ.
Таким образом, анализ гражданско-правового института, регулирующего механизмы предупреждения причинения, возмещения и компенсации морального вреда, причинённого в результате противоправных деяний, позволяет увидеть наличие основополагающего системного ядра (ст.ст. 12, 151, п.п. 1 и 3 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации), к которому примыкают подразделы, посвящённые вариативным аспектам деликтных обязательств. Особым образом установленные специальные нормы чётко разграничивают процесс определения и присуждения компенсации с опорой на характер затронутых интересов: так, имущественные ценности отражаются преимущественно статьёй 151 и пунктом 2 статьи 1099 ГК РФ, в то время как нарушенные нематериальные права граждан находят отражение через взаимодействие ст.151, пунктов 1 и 3 ст.1099, а также положений ст.1100 ГК РФ. В пределах институционального поля формируются самостоятельные микросистемы, критерии выделения которых опираются на внутреннюю структуру норм о возмещении имущественного ущерба, сопряжённого с противоправными действиями.
К характерным видам данного института относят: вред, наступивший по вине работников организаций и индивидуальных предпринимателей (ст.ст. 151, 1068, 1099 ГК РФ); вред, причинённый несовершеннолетними и ограниченными в дееспособности лицами (ст.ст. 151, 1073 – 1079, 1099 ГК РФ); вред, причинённый действиями или решениями государственных или муниципальных органов (ст.ст. 13, 16, 151, 1069 – 1071, 1099, 1100 ГК РФ; ст.ст. 133 – 139 УПК РФ; ст. 4.7 КоАП РФ); имущественный или нематериальный вред, связанный с функционированием опасных объектов (ст.ст. 151, 1079, 1099, 1100 ГК РФ); вред, причинённый в результате использования некачественной продукции, выполнения некачественных работ или предоставления некачественных услуг (ст.ст. 151, 1095 – 1098, 1099, 1100 ГК РФ) и др.
В регулировании данного института особое место занимает регулирование процесса компенсации, обусловленной нарушением сроков судопроизводства или исполнения судебных решений: правовую базу составляют общие гражданско-правовые положения, включающие п/п «с» п.3 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст.46 Конституции РФ, а также нормы Федерального закона от 30 апреля 2010г. № 68-ФЗ, где указаны гарантии и методы восстановления нарушенного права в части соблюдения сроков судопроизводства.
Особенности возмещения вреда, причинённого действиями государственных или муниципальных органов в процессе реализации их полномочий, выделяются в отдельный подраздел с использованием положений Гражданского кодекса (ст. 16.1 ГК РФ) и комплекса специальных положений, закреплённых в иных нормативных правовых актах, регулирующих порядок, основания и характеристику процедуры компенсации. Например, это можно увидеть в п.п. 1 и 2 ст.98 Арбитражного процессуального кодекса РФ.
Наблюдаемое многообразие структурных компонентов и вариативность институциональных форм предусматривают неизбежность пересмотра основ российского деликтного права. Необходимость доктринального анализа сущностных черт обязательств, вытекающих из обязанностей по предупреждению или возмещению вреда, обусловленного в рамках системы исследуемого правового образования, требует углублённого осмысления предпосылок возникновения, элементов состава и осуществления правоприменительной практики указанных обязательств.
