К вопросу о содержании субъективных признаков преступлений, предусмотренных ст. 207 ук рф и ст. 280 ук рф

Введение .

Необходимость введения в Уголовный кодекс Российской Федерации (далее – УК РФ) норм, предусматривающих ответственность за публичное распространение заведомо ложной информации об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации, а также публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации, нами ранее раскрывались в публикации о характеристике объективных признаков преступлений, предусмотренных ст. 207 УК РФ и ст. 280 УК РФ [1], однако, следует отметить, что проведенное нами исследование было бы не полным без рассмотрения субъективных указанных признаков преступлений.

Обсуждение .

В научной литературе отмечается, что термин «заведомо» означает безусловное и несомненное знание виновным фактических обстоятельств до реализации деяния – то есть, осведомленность виновного лица о свойствах предмета преступления до начала выполнения объективной стороны преступления. Указанный термин достаточно распространен в уголовном законодательстве. В тексте норм УК РФ он встречается более 140 раз. 28 составов преступлений в качестве объективной стороны или ее части предполагают распространение заведомо ложных сведений (например, ст. 128 «Клевета», ст. 207 «Заведомо ложное сообщение об акте терроризма» и др.) [2].

Бесспорным является и то, что преступления, предусмотренные как ч. 1 ст. 207 УК РФ, так и ч. 1 ст. 280 УК РФ относятся к преступлениям с формальным составом, по этой причине установление психического отношения к общественно опасным последствиям не требуется, оно находится за рамками, представляющими значение для квалификации исследуемых общественно опасных деяний.

При характеристике интеллектуального и волевого моментов преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 207 УК РФ, следует учитывать специфику конструкции данной нормы, которая выражена в законодательном закреплении в диспозиции основной нормы термина «заведомость». Виновное лиц однозначно осознает общественную опасность своих действий, связанных с распространением заведомо ложной информации, и желает разместить такого рода информацию. Именно «заведомость» является ключевым признаком, который раскрывает интеллектуальный момент прямого умысла преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 207 УК РФ; повторимся, виновное лицо осведомлено о характере и содержании информации до начала выполнения объективной стороны, а также виновное лицо осознает противоправный характер своего поведения. Волевой компонент прямого умысла данного преступления находит свое выражение в желании осуществить распространение заведомо ложной информации, что в последующем объективируется в форме активного поведения виновного лица в момент начала публичного распространения заведомо ложной информации о деятельности ВС РФ.

Мотив совершения преступления, предусмотренного ст. 207 УК РФ, имеет значение и влияет на квалификацию преступления при условии, что оно совершено из корыстных побуждений при квалификации по п. г) ч. 2 ст. 207 УК РФ или по мотивам политической, идеологической, расовой , национальной или религиозной ненависти, или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы при квалификации по п. д) ч. 2 ст. 207 УК РФ. Иные мотивы совершения преступления уголовно-правового значения не имеют, но могут быть учтены судом при назначении наказания.

Вместе с тем, следует отметить, что выступление с официальным опровержением собственной информации, лицом, которое распространило недостоверную информацию после выхода официального пресс-релиза либо после получения более полной информации самим лицом, свидетельствует о том, что лицо не было осведомлено о заведомой ложности распространенной информации.

Характеристика субъективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 280 УК РФ, также имеет свою специфику, она обусловлена наличием административной преюдиции в данной норме. Виновное лицо осведомлено о собственном негативном правовом статусе, а именно о статусе лица, привлеченного к административной ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ. Виновное лицо в данном случае осведомлено об общественной опасности дискредитации использования ВС РФ, потенциальных социальнонегативных последствий для себя, совокупность приведенного свидетельствует, что лицо осознает и желает совершить преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 280 УК РФ.

Установление субъективной стороны преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ, как представляется вызывает определенного рода затруднения, это связано с тем, что:

– во-первых, законодатель использует для характеристики формы вины по одному из альтернативных последствий, а именно – причинение смерти, неосторожность;

– во-вторых, раскрытие психического отношения виновного лица к общественно опасным последствиям должно раскрываться через призму предвидения и осознания развития причинноследственной связи между деяниями, связанными с дискредитацией и общественно опасными последствиями.

Анализ судебной практики, характеризующей субъективную сторону преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ, свидетельствует о том, что причинение имущественного вреда, а также вреда здоровью гражданину совершается умышлено. Так, в соответствии с приговором Октябрьского районного суда г. Кирова от 07 декабря 2023 года лицо признано виновным по ч. 2 ст. 280 УК РФ, преступление выразилось в умышленном поджоге агитационной палатки (мобильного пункта отбора на военную службу по контракту), принадлежавшей Федеральному казенному учреждению «Военный комиссариат Кировской области», что привело к уничтожению имущества военного комиссариата на сумму 23000 руб. Уничтожение имущества (путем поджога), как установлено судом, был осуществлен с целью дискредитации ВС РФ, после поджога виновное лицо посредством мессенджеров рассылало видео с демонстрацией процесса горения мобильного пункта отбора на военную службу по контракту [3].

Определяя субъективную сторону исследуемого преступления, Л.В. Литвяк указывает на то, что в отношении иных альтернативных общественно опасных последствий, кроме смерти, форма вины может быть, как умышленной, так и неосторожной, ссылаясь при этом на разъяснения, данные Верховным Судом Российской Федерации в постановлении от 04 декабря 2014 года № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» [4]. С такого рода подходом определения субъективной стороны исследуемого преступления можно согласиться отчасти, так как в нем не раскрыто психическое отношение к развитию причинно-следственной связи между деянием и общественно опасными последствиями преступления.

Причинение смерти по неосторожности должно находиться в прямой причинно-следственной связи с действиями виновного лица, например, виновное лицо в ночное время подожгло помещение военного комиссариата, в результате чего погиб сотрудник полиции, несший службу по охране здания военкомата.

Кроме того, субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ, не может характеризоваться ни преступной небрежностью, ни преступным легкомыслием при условии наступления общественно опасных последствий в результате действий третьих лиц, так как виновное лицо не может самонадеянно рассчитывать на предотвращение последствий, предусмотренных ч. 2 ст. 280 УК РФ, их возникновение и дальнейшее развитие находятся вне осознания виновного лица. Так, например, виновное лицо не может предвидеть, что размещенная им дискредитирующая информация о деятельности ВС РФ может привести к причинению смерти в результате действий третьих лиц, а также оно не может самонадеянно рассчитывать на ненаступ-ление такого рода общественно опасных последствий либо не могло предвидеть эти последствия. Причинно-следственную связь между действиями виновного лица, связанными с дис- кредитацией деятельности ВС РФ и действиями третьих лиц установить, и что самое главное для квалификации преступления, раскрыть ее, в данном случае , не представляется возможным.

При наличии цели вызвать наступление общественно опасных последствий в виде массового нарушения общественного порядка либо создать помехи функционированию или прекращению функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи путем публичного размещения дискредитирующей информации оснований для привлечения виного лица к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 280 УК РФ нет. В данном случае, публичные действия, направленные на дискредитацию использования ВС РФ могут выступать в качестве средства совершения организации массовых беспорядков (преступление, предусмотренное ст. 212 УК РФ) либо диверсии (преступление, предусмотренное ст. 281 УК РФ). Как представляется, дискредитация ВС РФ всегда посягает на обороноспособность Российской Федерации, поэтому действия, создавшие помехи функционированию или прекращению функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, должны квалифицироваться по ст. 281 УК РФ.

Психическое отношение виного лица к общественно опасным последствиям, указанным в особоквалифицированном составе преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 207 УК РФ, может характеризоваться как умышленной, так и неосторожной формой вины, однако, исходя из содержания ст. 27 УК РФ (Ответственность за преступление, совершенное с двумя формами вины) данное преступление признается как преступление, совершенное умышленно.

Изучение судебной практики по преступлениям, предусмотренным ст. 207 УК РФ и ст. 280 УК РФ, свидетельствует о том, что при описании субъективной стороны вышеуказанных преступлений суды не указывают на то, что виновные лица осознают, что их действия, связанные с распространением заведомо ложной и порочащей информации, также в обязательном порядке будут тиражироваться участниками либо социальных сетей, либо телеграмм-каналов путем репостов. Как нам представляется, виновные лица, распространяя заведомо ложную и дискредитирующую информацию и об использовании ВС РФ, помимо дискредитации и формирования негативного отношения к ВС РФ, преследуют также цель охвата максимальной аудитории; причем, они не рассчитывают на признание своего авторства. Как нам представляется, указание в обвинительных приговорах цели преступной деятельности, которая направлена на максимальное тиражирование ложной либо дискредитирующей информации, более четко и полно отра-

жало бы сущность общественной опасности исследуемых преступлений, представляло бы суду назначать максимальные наказания за преступления, предусмотренные ст. 207 УК РФ и ст. 280 УК РФ.

Анализ диспозиции ч. 1 и ч. 2 ст. 207 УК РФ свидетельствует о том, что субъект преступления общий, за исключением квалифицирующего признака, предусмотренного п. а) ч. 2 данной статьи, при условии, что преступление будет совершено лицом с использованием своего служебного положения.

Как нам представляется, публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации лицом с использованием своего служебного положения, может быть осуществлено, например:

• –    депутатом муниципального образования в ходе встречи с избирателями либо в процессе сессии представительского органа муниципального образования;

• –    редактором средства массовой информации; представителем профессорского-преподава-тельского состава в процессе проведения занятий с обучающими;

• –    руководителем в ходе рабочих совещаний с подчиненным ему трудовым коллективом.

Субъект преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 280 УК РФ, является специальным, так как обладает специальным правовым статусом, а именно наличием факта привлечения к административной ответственности по ст. 20.3.3 КоАП РФ.

Определяя факт наличия привлечения к административной ответственности, следует исходить из того, что она имеет временные характеристики и исчисляется, по общему правилу, одним годом с момента вступления в законную силу решения суда о привлечении виновного лица к административной ответственности либо по ч. 1, либо по ч. 2 ст. 20.3.3 КоАП РФ. Отметим, что правонарушение, предусмотренное ст. 20.3.3 КоАП РФ, состоит из самостоятельных двух частей, что дает основание утверждать, что привлечение к административной ответственности

Конфликт интересов

Не указан

Рецензия

Все статьи проходят рецензирование в формате double-blind peer review (рецензенту неизвестны имя и должность автора, автору неизвестны имя и должность рецензента). Рецензия может быть предоставлена заинтересованным лицам по запросу.

не зависимо по какой из части ст. 20.3.3 КоАП РФ определяет негативный статус виновного лица на год с момента вступления в законную силу решения суда о привлечении к административной ответственности.

В отличии от преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 280 УК РФ, в преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 280 УК РФ, субъект преступления общий, так как законодатель не указывает на наличие дополнительного признака субъекта преступления в виде наличия специального статуса, привлеченного к административной ответственности по одной из частей ст. 20.3.3. КоАП РФ.

Характеризуя наличие психических отклонений, не исключающих вменяемости виновных лиц по исследуемым преступлениям, следует указать на то, что с учетом интеллектуальнонравственных установок символика ВС РФ, Росгвардии и иных органов государственной и муниципальной власти, а также их деятельность вызывает у данной категории лиц самовозбуждение, которое перерастает в агрессию, что также сопровождается повышением объективно не обоснованной самооценки и выражаться в необходимости признанная и/или одобрения со стороны третьих лиц, то есть требует объективизации путем публичных действий.

Заключение .

Проведенный анализ составов преступлений, предусмотренных ст. 207 УК РФ и ст. 280 УК РФ, а также практики применения указанных норм свидетельствует о том, что их существование необходимо на современном этапе развития российского общества. Вместе с тем, установлено, что применение указанных норм существенным образом затруднено из-за сложности их законодательной конструкции, особенно преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 УК РФ. Как нам представляется, разрешить сложившиеся на сегодняшний день проблемы правоприменения можно с помощью разъяснений ВС РФ либо в соответствующем обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением ст. 207 УК РФ и ст. 280 УК РФ, либо в Постановлении Пленума ВС РФ по указанным статьям УК РФ.

Conflict of Interest

None declared

Review

All articles are reviewed in the double-blind peer review format (the reviewer does not know the name and position of the author, the author does not know the name and position of the reviewer). The review can be provided to interested persons upon request.