О медицинских и уголовно-правовых аспектах профилактики и борьбы с распространением венерических заболеваний в Российской Федерации

Введение .

Уголовное законодательство России, а конкрет-но-законоположения, предусмотренные в статьях 121 и 122 Уголовного кодекса РФ [1], обще- ству и правоприменителю однозначно и ясно демонстрируют государственную волю, направленную на обеспечение охраны здоровья населения от таких серьезных проблем и неприятностей, которые неразрывно связаны с опасными

для здоровья последствиями, вызываемыми инфекциями, передающимися половым путем (ИППП), заболевания, передающиеся половым путём, (ЗППП), венерическими заболеваниями) или вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ).

Значительное число преступных деяний, нашедших своё закрепление в Особенной части Уголовного кодекса России, предусматривают также, как и отмеченные нами статьи, нередко отсроченный во времени вред здоровью. Иногда, как и в ситуациях заражения ВИЧ инфекцией, он может проявляться спустя годы. Так считается, что ВИЧ переходит в синдром приобретённого иммунного дефицита (СПИД) по истечении 10-ти – 12-ти лет после заражения, а значительный срок инфицированное им лицо может об этом не догадываться. Для венерических заболеваний инкубационные периоды, а следовательно и возможность их выявления самими заболевшими, являются несравненно более краткими, но наиболее опасные их последствия могут оттягиваться во времени на месяцы, или, как нами уже было отмечено ранее, даже годы.

Результаты .

Если не прямо, то, безусловно, хотя бы опосредованно, вред здоровью могут наносить и практически почти все экологические преступления, указанные в главе 26 УК, так как загрязнение в критических концентрациях и объемах – воды, почвы или атмосферы, бесспорно, негативно отражается на здоровье большинства проживающего в непосредственной близости к источнику такого загрязнения населения.

Провоцирующими факторами для различного рода эпидемий иногда могут служить и наводнения, приводящие к недостатку питьевой воды, способствующему распространению инфекционных заболеваний. Ветер, реки или морские течения разносят ядовитые, токсичные, радиоактивные и иные опасные для здоровья вещества на значительные расстояния, в следствие чего концентрация таких веществ снижается, однако ими заражаются или отравляются большие массы людей, домашних и диких животных, растений, птиц или представителей морской флоры и фауны, употребляемой нами в пищу. Все вышеперечисленные нормы позволяют с уверенностью констатировать то, что охрана здоровья в отечественном уголовном праве имеет продуманный, широкий и комплексный характер. Однако такая охрана не ограничивается одними лишь уголовно-правовыми запретами, а предусматривает регулирование в рамках и административного, водного, земельного, лесного кодексов РФ, а также и в значительном массиве законодательных и иных подзаконных правовых актов, действующих в сфере здравоохранения. Так, в соответствии с отечественным законодательством, всем обеспечивается медицинская помощь и отсутствие какой-либо дискриминации вне зависимости от вида и наименования болезни [2].

Общеизвестным является тот факт, что на протяжении всей истории человечества, периодически распространяясь на разные страны и народы, имели место самые разнообразные бедствия и катаклизмы. Не только голод, войны, наводнения, землетрясения, засухи или пожары, но и болезни в виде эпидемий или эпизоотий уносили сотни тысяч или даже миллионы жизней. Чума, или как её в прошлом называли «черная смерть», наряду с холерой в средние века и позднее опустошала европейские города и страны. На Кавказе с тех пор и до сегодняшних дней сохранились склепы с черепами и иными человеческими останками – свидетельствами неизлечимости данных болезней в то время. Отсутствие надлежащих средств, методов и способов борьбы с инфекционными заболеваниями в те далекие времена приводило к тому, что зараженных либо не пускали в крепости и города, либо если они уже там находились, то не выпускали из них никого. Сегодня вполне очевидно, что такие вынужденные меры оказывались малоэффективными из-за того, что переносчиками многих болезней являлись насекомые (клещи, блохи и т.д.), а также мыши и крысы, которыми кишели любые населенные пункты. В добавок повсеместные отбросы и нечистоты, абсолютная антисанитария и отсутствие источников чистой питьевой воды эпидемиологические угрозы только усиливали.

Учитывая то, что темой нашего научного исследования является анализ конкретно уголовноправовых норм и положений, связанных с ответственностью за распространение венерических заболеваний, считаем возможным и необходимым отметить также некую незавершенность законодательного регулирования, остановившегося лишь на них и ВИЧ инфекциях, и оставивших без необходимого превентивного воздействия некоторые иные, на наш взгляд не менее опасные для здоровья инфекционные болезни, распространение которых при наличии прямого или косвенного умысла могло и должно было бы влечь для виновных юридическую ответственность вплоть до уголовного наказания, о чем будет сказано далее.

Предложения по криминализации заражения иными инфекционными заболеваниями высказаны в научной литературе [3, с. 65].

Бесспорным считаем то, что в демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, основной упор и приоритет должен оставаться за мерами медико-санитарного, информационного и просветительского характера и содержания, направленными, в первую очередь, на недопущение роста любых, в том числе и венерических болезней. О чем мы ранее писали в другой работе [4 с. 178]. Поэтому считаем вполне оправданной существующую законодательную позицию, не предусматривающую уголовной ответственности при незнании лицом о наличии у него венерического заболевания и, соответственно, неосторожной форме вины в случае его распространения.

Вопросы квалификации данных преступлении, как и любых иных, могут касаться и проблемных аспектов, всегда присутствующих в правоприменительной практике. Конституционный Суд РФ, опираясь на положения части 2-й статьи 24 УК РФ, указал, что если в диспозиции, описывающей деяние, неосторожная форма вины не отмечена, то предполагается, что оно является умышленным [5].

В одном из комментариев к УК РФ авторы, ссылаясь на отсутствие соответствующего упоминания в самом тексте статьи 125 УК РФ, как нам представляется, высказывают неоднозначные утверждения о том, что своевременное сообщение партнерам о собственной болезни не должно освобождать лицо от уголовной ответственности; ответственность за заражение другого лица должна наступать и при вине в форме неосторожности [6].

Считаем, что оба данных утверждения нуждаются в пояснениях и конкретизации. Так, в частности, при информировании партнеров, достигших 18-летнего возраста, лицом о наличии у него венерических болезней, если они, говоря юридическим языком, являются вменяемыми и не находятся в зависимом от больного положении, то, несмотря на последствие в виде их заболевания, нам представляется, что к лицу не следует применять не только уголовную, но и гражданско-правовую ответственность. А что касается наличия ответственности при вине в форме неосторожности при инфицировании другого лица, то опять-таки, как нам представляется уголовная ответственность должна наступать лишь если неосторожность выражалась в форме «легкомыслия» при которой лицо, знавшее о своей болезни, необдуманно надеялось не допустить и предотвратить инфицирование других лиц, которые в известность о болезни поставлены не были. В данном контексте, мы с указанными авторами полностью солидарны. Что касается неосторожной вины лица, выразившейся в форме небрежности, т.е. когда лицо не знало о своей болезни, но могло или должно было предполагать возможность его наличия, то в данной ситуации, если были заражены иные лица, нам наиболее соответствующей представляется гражданско-правовая ответственность.

В обоих рассмотренных выше случаях уголовная ответственность и наказание, по нашему субъективному мнению, представляется избыточной, не в полной мере соответствующей уголовноправовому принципу справедливости.

При всестороннем рассмотрении данной проблемы, на наш взгляд, в ситуациях, повлекших причинение существенного вреда здоровью одного или нескольких лиц, речь могла бы идти, как уже указывалось, лишь о гражданско-правовой ответственности субъекта и то, при условии, что таковой мог хотя бы теоретически предполагать, например, то, что беспорядочные половые контакты с разными партнерами, в особенности при

однополых связях, либо с пренебрежением к средствам гигиены и контрацепции, либо при нерегулярном посещение врачей лицами, занимающимися проституцией, могут приводить к собственному инфицированию, а значит и реальной опасности заражения окружающих или следующих половых партнеров.

Азбучной истиной является то, что даже незначительный предупредительный и экономический эффект от подобного гражданско-правового законоположения представляется значительно предпочтительнее, чем его полное отсутствие. Ведь, он будет вести к некоторому снижению общего количества вновь заболевших, соответственно уменьшится число выдаваемых листков нетрудоспособности, потерь рабочего времени, средств на оплату этих самых больничных листов, на медицинские услуги и приобретение лекарственных препаратов. Оплата за лечение зараженных лиц хотя бы частично ляжет на распространителей инфекции, что в некоторой степени снизит дополнительную нагрузку на бюджеты работодателей, оплачивающих три первых дня по листкам нетрудоспособности, и средства фонда обязательного медицинского страхования. Отмеченное должно побудить потенциальных переносчиков и распространителей таких заболеваний гораздо бережнее и внимательнее относиться к собственному, а значит, в дальнейшем, и чужому здоровью.

Правовая и жизненная практика показывает, что отсутствие не только уголовной, но даже и гражданско-правовой ответственности не способствует надлежащему и ответственному поведению и образу жизни. Это в особенности касается маргинальных и социально-неблагополучных групп населения, таких как наркоманы, бомжи, лица, занимающиеся проституцией и бродяжничеством.

Средства массовой информации и, в первую очередь, Интернет и телевидение, уже боле тридцати лет фактически пропагандируют и формируют полную свободу половых взаимоотношений. Рассуждая этическими категориями, можно сделать явно напрашивающийся вывод о том, что свобода подобного свойства ничем особо не отличается от обычного понимания нами крайней половой распущенности. В телепередачах с красивыми названиями, типа «Ищу любовь» и сходных с ними, как и уже в привычно скандальных «Доме-2» десятилетиями создается чрезвычайно притягательный для детей и подростков образ совершенно праздной жизни молодых людей, которая сопровождается постоянными беспорядочными половыми контактами, мелочными интригами и сплетнями и, непонятно за что, получаемыми их участниками весьма значительными суммами денежных средств. Регулярная демонстрация их взаимоотношений превращает этих, зачастую очень недалеких «счастливчиков» в кумиров для подростков, у которых те за удачу или почти счастье считают получение автографа, просят сделать совместные «селфи».

В стране выросло целое поколение, для которого свободные от каких-либо обязательств сексуальные отношения представляются не намного сложнее того, что и сто лет назад активно поддерживала первая женщина в правительстве, молодой Советской республики Александра Ко-лонтай. Она считала и заявляла, что удовлетворить половое влечение должно быть примерно также просто и легко, как выпить стакан воды, вне зависимости от того, кто может при этом являться половым партнером (например, партийный соратник, которому женщина отказывать не должна). Ограничения, устанавливаемые родителями для запрета доступа детей к эротическому и порнографическому контенту в интернете, не являются в надлежащей степени эффективными средствами из-за возможности воспользоваться смартфоном, персональным компьютером или «хакерскими» навыками своих товарищей, соседей или одноклассников. Практически полное отсутствие внутренних моральных запретов влечет, хоть и незначительное, но неуклонное увеличение числа вызываемых половой распущенностью венерических заболеваний, что объясняется, с одной стороны, инфантильностью, а с другой – пренебрежением к средствам контрацепции, связанным, в том числе и с тем, что половые контакты в большинстве случаев совершаются ими в состоянии алкогольного, а нередко, возможно, и наркотического опьянения.

По мнению и утверждению социологов, большинство выпускников школ с различной степенью регулярности прежде уже не раз вступали в половые контакты. На наш взгляд особо следует обратить внимание на то, что, как и подавляющее число иных заболеваний, венерические болезни наносят существенный вред как физическому, так и эмоциональному состоянию пациен-