Поколение победителей вечно в нашей памяти: страницы истории Московского государственного института культуры

«Современные исследователи патриотизма единодушно считают, что патриотическое сознание личности включает способность активно защищать Родину в любой форме действия на основе национального самосознания народа, то есть это деятельность, направленная на служение интересам своего Отечества. Чувство патриотизма – одно из наиболее глубоких чувств, закрепленных веками и тысячелетиями в истории нашей страны, которое не исключает доброжелательность и дружественное отношение к народам других стран» [9, с. 195–196].

Президент РФ В. В. Путин в своем приветствии, адресованном участникам Международных рождественских образовательных чтений, заявил: «Успешное движение России вперед, ее суверенитет и национальная безопасность напрямую зависят от сбережения нашей исторической памяти, духовных основ и нравственных ценностей, воспитания молодежи на высоких образцах патриотизма» [10].

Большую роль в патриотическом воспитании в нашей стране сыграл Московский государственный институт культуры, основанный в 1930 году. Когда началась Великая Отечественная война, на защиту Родины встали преподаватели и студенты вуза. 22 июня 1941 года директор института П. С. Бенюх издал приказ № 188 о введении на территории института «угрожающего положения». Была введена жесткая система пропусков во все здания, организовано ночное дежурство, осуществлена светомаскировка, оборудованы бомбоубежища и защитные щели возле всех зданий, усилены в них противопожарные меры.

В это сложное время около 220-ти членов коллектива Московского библиотечного института, крупнейшего учреждения культуры, принимали участие в Великой Отечественной войне: в 1941 году на фронт ушли 123 человека, в 1942 – 63 человека, в 1943 – 24 человека, в 1944 – 8 человек, в 1945 – 2 человека. Значительная часть из них участвовала в защите Москвы.

Студенты дежурили в Химкинском райвоенкомате, работали на химкинских оборонных предприятиях, в том числе около 100 человек трудились два месяца на Жилинской фабрике ёлочных украшений около станции Крюково, где изготовлялись противотанковые бутылки с горючей жидкостью. В августе все свободные от занятий студенты выехали в колхозы на уборку урожая. Студенты и сотрудники института, начиная с июля 1941 года, работали на строительстве оборонительных рубежей на дальних и ближних подступах к Москве.

В начале войны, уже 29 июня 1941 года, 17 студентов и рабочих института вступили добровольцами в Химкинский истребительный батальон НКВД. Многие ушли в ополчение. Первое место сбора Химкинского истребительного батальона находилось в Крюковской средней школе (в 1941 году Крюково входило в состав Химкинского района). До октября батальон находился на территории района, а его отдельные роты размещались в разных пунктах: 3-я рота размещалась в Сходненской школе № 1 (после отбытия Химкинского батальона народного ополчения) и формировалась в основном студентами и сотрудниками Московского библиотечного института. На фронт ушли: декан факультета И. В. Мишарев, старший преподаватель А. И. Овчинников, военрук Я. Б. Мурзич, старший преподаватель З. Н. Амбарцумян и многие другие. Затем они влились в 155-ю и 163-ю стрелковые дивизии. За время войны около 7 тысяч воинов дивизии были награждены орденами и медалями, 57 удостоены звания Героя Советского Союза.

Более 70 студенток Библиотечного института прошли ускоренную подготовку, получили аттестаты медсестер и составили основу военного госпиталя № 2956, боевой путь кото- рого пролегал от границ Московской области до польского города Торунь. Тридцать выпускниц института обратились в Обком Красного Креста с просьбой подготовить их по программе медсестер и направить на фронт. Просьба девушек была удовлетворена. Но, несмотря на войну, проводилась большая культурнопросветительская работа среди населения. В районе действовали семь библиотек, два клуба и двенадцать изб-читален.

Основная тяжесть по руководству коллективом МГБИ выпала на долю директоров института, доцентов Петра Созоновича Бенюха (январь 1938 – октябрь 1942), Кузьмы Прохоровича Бельского (октябрь 1942 – октябрь 1944) и Геннадия Васильевича Никифорова (октябрь 1944 – июль 1945).

В военные годы в здании института был организован госпиталь, оборудованный силами и средствами района. Госпиталь на территории института спас жизни свыше 5 000 солдат и офицеров. Лечить бойцов медикам помогали преподаватели и студенты.

В середине октября 1941 года военная обстановка под Москвой ухудшилась и было принято решение об эвакуации. Библиотечный институт должен был переехать в башкирский город Стерлитамак, где был открыт филиал Библиотечного института. С филиалом эвакуировалось более 100 студентов, 27 преподавателей, сотрудников и около 20-ти членов их семей. 2-го января 1942 года МГБИ возобновил работу по подготовке библиотечных кадров.

Б. Н. Бачалдин отмечает: «”Солдатами не рождаются” – этими словами, ставшими крылатыми, большой писатель Константин Симонов назвал один из своих романов. Можно ли точнее определить суть душевного порыва тысяч интеллигентов, которые еще в начале XX века родились как мирные люди для сугубо гражданских дел, но которых Великая Отечественная война сделала воинами самой кровавой войны. Именно к ним правомерно отнести старшее поколение преподавателей и ученых института, где каждый из них своей кровью опроверг понятие интеллигентности, которое в народе ассоциировалось с чем-то хлипким, слабым» [1, c. 34].

Война началась в дни, когда в вузах страны подходила к концу летняя экзаменационная сессия. По воспоминаниям наших студентов тех лет, первокурсникам оставалось сдать еще два последних (и, следовательно, наиболее ответственных) экзамена. Казалось, воскресный день 22 июня 1941 года будет рядовым сессионным днем, ничем не отличающимся от предыдущих. Однако случилось так, что он стал не только одним из самых памятных дней целого поколения, но и днем, ознаменовавшим начало активной борьбы на жизнь и смерть с фашизмом, борьбу за собственную жизнь и жизнь страны.

Уже было сказано, что в Химкинском районе, как и в Москве, а также в других районах Московской области, начали организовываться отряды ополчения и истребительные батальоны НКВД. Во взвод истребительного батальона, образованный в нашем институте, добровольно вступили наиболее крепкие, физически развитые ребята, перешедшие на ІV курс: М. Артюшин, М. Григорьев, Н. Ло-зюк, В. Максимов, В. Мамонтов, Ф. Ориненко, Н. Рублевский, А. Степанченко, П. Сухоруков, а также только что ставший студентом II курса Б. Порываев.

По воспоминаниям очевидцев, обязанностью взвода была охрана порядка на территории Левобережной (быв. Левого Заречья), наблюдение за подступами к железнодорожному мосту через канал (охрану самого моста несли специальные военные части). Кроме того, взвод следил за «воздухом»: борьба с возможными воздушными десантами и вражескими диверсиями являлась одной из основных задач истребительных батальонов.

Если поначалу взвод размещался в институте, то затем он был переведен в помещение клуба в Ховрине, где собрались и бойцы Хов-ринского взвода. Еще десять дней занятий, караульной службы, и 22 июля взвод переехал на станцию Сходня, заняв здание Сходненской средней школы. Здесь институтская третья рота (первые две находились в Химках и в Крюково) была основательно пополнена и реформирована. Появились командиры взводов и отделений – кадровые работники войск НКВД. Многие из посланцев МГБИ были включены в «гвардейское» гранатометное отделение, образованное из молодежи. Командиром Химкинского истребительного батальона являлся капитан Переверзев (с одной «шпалой» в петлицах), комиссаром – капитан Голованов.

Всем «истребителям» была выдана форма: пилотки и гимнастерки военного образца с узкими треугольными петлицами, отличающими нас от красноармейцев. Среди бойцов истребительного батальона были люди различного возраста и занятий: учащиеся, рабочие, служащие, интеллигенция, среди них – историк Параничев и математик Мышляев, учителя Ховринской средней школы, сдружившиеся со студентами и преподавателями Библиотечного института.

Студенты нашего института несли службу добросовестно, с сознанием важности момента. Нет в воспоминаниях ни единого случая, когда кто-нибудь из них получил какое-либо серьезное взыскание. Как правило, все активно участвовали в политзанятиях, выступали с сообщениями, проводили громкие читки газет. Связи с институтом бойцы не теряли. В тех редких случаях, когда удавалось получить увольнительные, которые давали на короткое время, старались попасть в родной для них институт, чтобы узнать новости, встретиться с оставшимися там товарищами.

С первого сентября 1941 года в институте начался новый учебный год. Стало известно о решении досрочно выпустить четвертый курс, ускоренно провести государственные экзамены. Нашим «истребителям», перешедшим на последний курс, выдали дипломы без экзаменов.

Враг все ближе подходил к Москве, была создана Московская зона обороны, батальону надо было занять свое место в ней. В последних числах октября оставили Сходню, и весь батальон, собравшийся вместе, как-то вечером маршем двинулся по направлению Химки – Москва. При переходе через мост на канале Москва-Волга было много женщин в ватниках, с лопатами. А по обе стороны Ленинградского шоссе, возле канала, стояли ряды противотанковых ежей, рвы и изгороди из колючей проволоки. Батальон шел по затемненной, казавшейся пустой Москве. На площади Маяковского повернули к Киевскому вокзалу, затем поднялись в полной темноте на Поклонную гору и вышли на Рублевское шоссе. Была команда остановиться. Оказалось, что батальон находится в селе Крылатском, возле Москвы-реки. Здесь пришло сообщение, что отныне истребительные батальоны включаются в состав Красной Армии.

Батальон занял оборону в районе Кунцево-Крылатское-Серебряный Бор (в Серебряном Бору); окопавшись, оборудовали огневые точки, землянки для жилья. Химкинский батальон составил основу 3-го батальона 4-го стрелкового полка I-й бригады московских рабочих (с середины ноября I941 года – 4-й московской стрелковой дивизии). Командиром батальона был назначен капитан Переверзев, комиссаром – капитан Голованов.

Затем пришло сообщение, что участок Сходня–Крюково должен был стать плацдармом регулярных войск, отражавших удары гитлеровской армии, идущей от Калинина. Крюково в декабре 1941 года стало местом одного из наиболее ожесточенных сражений за Москву.

На ближних подступах к Москве батальон стоял с конца октября 1941 года по январь 1942 года. Если в истребительном батальоне студенты МГБИ служили все в одной роте, то затем их распределили по различным подразделениям. Часть осталась в стрелковой роте. Некоторые стали пулеметчиками, другие – связистами.

В ноябре–декабре враг настойчиво рвался к Москве. Воздушные налеты следовали один за другим. Ночное небо беспрерывно чертили прожекторы, помогая зенитной артиллерии уничтожать вражеские самолеты или обращать их в бегство. Иногда вдалеке слышались глухие удары сбрасываемых бомб. Со стороны приближающегося фронта все чаще можно было слышать раскаты орудийных залпов.

Пулеметная точка (где находились Сахаров и Цветков) располагалась на высокой холмистой местности между селом Крылатским и Рублевским шоссе. Крупнокалиберный пулемет ДШК (системы Дегтярева-Шпагина-Костикова) был нацелен на полотно шоссе, где – в случае прорыва обороны на дальних подступах к столице – могли появиться немецкие танки и мотоциклы. Наши бойцы хорошо знали задачу: любой ценой задержать наступающего врага, не дать немецким фашистам ступить на лед замерзшей Москвы-реки.

Стояла зима. 12-го декабря товарищи Н. Сахарова по пулеметному расчету, сдвинув кружки, в которых плескались «боевые сто грамм», поздравляли его с днем рождения: ему исполнилось двадцать лет. А на следующий день ликовал весь народ, празднуя замечательную новость: было объявлено, что наши войска дали решительный отпор вражеским армиям, наступавшим на Москву. Стало очевидно, что пройдет еще немного времени, и оборона ближних рубежей столицы будет снята. В полку образовалась лыжная рота. Н. Сахаров был переведен в нее.

Встречаясь друг с другом, жадно слушали скупые известия об институте. Всех радовало, что не весь институт эвакуирован в Стерлитамак, что отделение его функционирует в самой Москве, около станции метро «Аэропорт». И как приятно было услышать бойцам, что на их имя поступило новогоднее приветствие от директора МГБИ П. С. Бенюха, оставшегося в Москве!

Интересны воспоминания других участников Великой Отечественной войны из Московского государственного библиотечного института. Наиболее яркой личностью является Константин Васильевич Тараканов (1919–2021) – доктор технических наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, действительный член Международной академии информатизации и Международной академии предпринимательства, профессор МГУКИ, генерал-майор в отставке.

К. В. Тараканов – широко известный в стране специалист в области информационных систем и процессов, военного и государственного управления, менеджмента. Его теоретические и прикладные исследования способствовали разработке многих автоматизированных информационных систем. В биографии Константина Васильевича Тараканова отчетливо отражены все основные вехи славной истории нашей страны в XX веке. Он освобождал оккупированные противником российские земли, Белоруссию, Польшу, воевал в Восточной Пруссии, куда его дивизия вошла одной из первых. Весь его боевой путь связан с дивизионной артиллерией, которая воевала вместе с пехотой на передовой линии. Войну начинал с командира батареи «сорокопяток», вскоре был назначен командиром дивизиона, а в конце войны – заместителем командира артиллерийского полка в звании майора. Окончил войну в Кёнигсберге, в штурме которого принимал личное участие, за что был награжден медалью «За взятие Кенигсберга».

В конце войны Тараканов занимал должность помощника начальника штаба по артиллерии в своей 324-й Краснознаменной стрелковой дивизии, с которой прошел всю войну. Как талантливого и храброго офицера командование представило его к званию подполковника, но маршал артиллерии Н. Н. Вавилов тогда написал резолюцию: «Еще молод». За воинские подвиги он имеет 26 боевых и юбилейных медалей.

Профессор Н. С. Мансуров еще в 1939 году окончил в Нижнем Новгороде полную среднюю школу и был принят как отличник на фи- зический факультет Ленинградского университета. Он вспоминал: «<...> о том, что скоро будет война, знали из газет и радио. Телевидения тогда не было. Кем быть на войне – это зависело не от нас, а от военных учреждений. Но готовились к ней. В преддверии призыва в армию учиться не хотелось. И вот четверо студентов физического факультета написали в военкомат заявление с просьбой, чтобы их как можно быстрее взяли в армию, желательно в технические войска. Просьбу удовлетворили, и четверка экс-студентов оказалась во II запасном стрелковом полку. Пару месяцев подготовки, и мы оказались на Волховском фронте. В стрелковом полку мы попали в радиовзвод. За спиной носил полковую радиостанцию «6-ПК». Мобильных аппаратов тогда еще не было. Местоположение мое – это опушка леса, окопчик, из которого радист и артиллерист наблюдали за точностью попадания снарядов, которые извергали наши пушки, расположенные позади нас. Артиллерист определял, насколько точно вели огонь пушки, а я шифровал его данные и передавал артиллеристам. Длилась такая «работа» обычно недолго, пока финны не засекали радиостанцию и не уничтожали ее. Нас отводили тогда назад, оснащали исправной техникой, если таковая имелась. Полковые радисты обслуживали не только артиллеристов, но и эвакуировали раненых. В лобовые атаки на финские доты нас обычно не посылали. После окончания Финской кампании нас разместили в Ленинграде. Однажды в пригород Ленинграда был заброшен немецкий диверсионный отряд. Его окружили наши пехотинцы, среди которых не было ни одного, кто знал бы немецкий язык. А без информации, которую могли дать нам диверсанты, нельзя было предпринимать дальнейшие действия воинских частей. Вот тут и пригодилось мое знание немецкого языка. Я стал выполнять роль переводчика. После допроса диверсанта под конвоем отправили в НКВД. Мне же за работу переводчика объявили благодарность.

Этот эпизод совпал по времени с приказом направить на курсы немецкого языка солдат, которые этот язык немного знают. Я попал в их число. После досрочного завершения этих курсов мне сразу было присвоено звание лейтенанта».

Добавим, что с началом войны Н. С. Мансуров был направлен переводчиком в штаб Волховского фронта.

Существует мнение, что штабисты на войне вообще не испытывали никаких воинских трудностей. Это не так. Их обязанностью было определять, где находятся огневые точки противника, где располагаются их командные пункты, каково оружие, обмундирование, какие части, с каким вооружением противостоят нам. Все эти данные добывались путем наблюдения, анализа документов убитых, анализа поведения их на передовой и в тылу или из рассказов взятых в плен немцев.

Н. С. Мансуров вспоминает: «Наша Победа свидетельствует о том, что она совершалась для всего будущего человечества. Факты истории помогают лучше понять настоящее и наметить правильные пути для созидания общества будущего». Мой жизненный опыт свидетельствует о том, что для личности нет лишних знаний и умений, что все они оказываются необходимыми. Так, мне весьма пригодились умение обращаться с огнестрельным оружием, ездить на лошади, мотоцикле, автомобиле, моторной лодке, и особенно знание иностранных языков. В армии мне пришлось быть и радистом, и пулеметчиком, и мотоциклистом, и шофером, и преподавателем, и переводчиком». Приведенные выше эпизоды из жизни обыкновенного человека показывают, какое большое значение имеет само обучение и воспитание каждого отдельного человека. Особенно хочется подчеркнуть роль школы и вуза, дающих необходимые знания.

После демобилизации по инвалидности (ранение и контузия) Н. С. Мансуров продолжил учебу в вузе. В 1951 году защитил кандидатскую, а в 1961 году докторскую диссертацию и получил степень доктора философских наук, звание профессора.

В качестве профессора, преподавателя Н. С. Мансуров работал в Военнополитической академии, МГУ, МГСУ. В Москов- ском государственном университете культуры и искусств работал с 1961 по 2005 год.

Из воспоминаний В. И. Мышко, участницы трудового фронта Великой Отечественной войны, зав. кафедрой физического воспитания МГИК: «Война застала меня на Полтавщине в родном селе недалеко от Кременчуга. Родители работали в колхозе, брат и сестра учились в Киеве. Самый мрачный день был, когда появились в нашем селе немцы на мотоциклах и с автоматами, стали расстреливать всех, кто попадался им на глаза, невзирая на возраст. Тридцать подростков (в основном девчат) погрузили в вагон и отправили в Германию. Многие из них погибли. Мне удалось убежать и спрятаться на хуторе у родственников. И так всё длилось до сентября 1943 года. Когда наши войска вернулись, освободив Украину и наше село, нашей радости не было конца! Делились с солдатами всем, у кого что было. Помню, когда мы бежали встречать наших освободителей, я вспомнила слова командира: «Мы вернёмся. Ждите нас».

С этого периода всё население работало на восстановление народного хозяйства. Была организована бригада, где были, в том числе, и ученики седьмого класса. Восстанавливали дорогу Полтава – Кременчуг – Кировоград. Утром за нами приезжали машины, вечером они отвозили нас домой. Кормили в обед солдатской кашей. Труд был тяжелым, все делалось вручную – лопата, носилки, тачки, но мы работали с энтузиазмом. Наш труд был оценен правительством. После работы на железной дороге мы всей бригадой работали в колхозе и учились вечерами в школе.

День Победы я встретила в родном селе. Какая была радость, когда 9 мая 1945 года по радио объявили о Победе над фашистской Германией. Это был самый большой праздник. Отмечали его все вместе, было очень радостно, но вспоминали с грустью героев, не вернувшихся с войны. Действительно, это праздник со слезами на глазах».

В. И. Мышко была отмечена наградами: «За самоотверженный труд в годы Великой Отечественной войны», «25 лет Победы в Ве- ликой Отечественной войне», «50 лет Победы в Великой Отечественной войне», «60 лет Победы в Великой Отечественной войне», «65 лет Победы в Великой Отечественной войне», к ордену «За заслуги перед Отечеством» ІІ степени, «За трудовую доблесть», «Ветеран труда».

Из воспоминаний И. Я. Черношку-ра, доцента, профессора МГУКИ: «Родился я в 1922 году в селе Саливонки Гребеновского (ныне Васильковского) района Киевской области в семье крестьян. В 1936 году я начал учиться в школе и к началу Великой Отечественной войны окончил 5 классов».

Вот несколько эпизодов из его жизни:

«Эпизод первый. В селе стали ловить молодых людей и отправлять на работы в Германию. Обычно это делалось ночью. Люди прятались, кто где мог. Так как мне было уже 12 лет, то, на всякий случай, мама меня прятала в стоге соломы во дворе; позже вырыли «схорон» в заросшем крапивой рву, на ночь обкладывали дерном. Обошлось. У наших соседей взяли 4-х человек.

Эпизод второй. Ночью раздался резкий стук в дверь. Полицай, местный житель Грицай, пришел вместе с немцами, которые требовать «маслё», «яйка», «мьед». Поискав, они ничего не нашли. На чердаке мы прятали, закрыв соломой, кур, уток и несколько индеек. И вот уже уходя, один немец услышал индюка и потребовал открыть чердак. Грубо оттолкнув маму от лестницы, он полез на чердак, позвав за собой других немцев. Они переловили всю домашнюю птицу и ушли. Это была невосполнимая утрата.

Эпизод третий. Немцы с полицаями стали ходить по дворам в поисках мужчин. И вот когда они нашли одного, то повели его под гору на расстрел. Жители села пытались спасти мужчину. Они нашли женщину, которая знала немецкий язык. Она должна была объяснить немцам, что мужчина не партизан, что у него трое маленьких детей. Фашисты вроде бы согласились отпустить его. И вот когда мужчина был уже рядом со своими близкими, раздались выстрелы, и отец на глазах своих малюток, жены и соседей упал мертвым».

После войны И. Я Черношкур окончил Военное училище с отличием и получил право выбора места службы в военном округе из тех, что были в разнарядке. Демобилизовался из армии в звании полковника и через месяц получил приглашение на должность преподавателя в Московский институт культуры.

Проходят годы, из жизни уходят очевидцы событий, но люди, совершившие подвиги, живут вечно. Отметим, что в нашей стране именно посредством социально-культурной деятельности проводится патриотическое воспитание, наиболее полно насыщенное смыслами, ориентированными на преобразование обыденного уровня сознания человека в общепланетарное сознание. Здесь смысл символизирует Победу во всех аспектах жизни общества [4, с. 15].

Профессор А. А. Жаркова отмечает, что «нравственные ценности направлены на воспитание любви к своему Отечеству, малой Родине, языку, культуре, истории, которые и определяют характер действия, причем действия на основе ценностно-деятельного и личностнодеятельностного подходов, определяемое патриотическими ценностями и индивидуальными чувствами» [9, с. 195].

В нашем институте проводятся научные исследования по теме патриотического воспитания молодежи. В частности, была опубликована монография А. А. Жарковой и Е. Д. Бочкаревой «Педагогика воспитания исторической памяти личности в учреждениях культуры и образования – стратегический ресурс безопасности страны». Эта монография была направлена МГИК для участия в III-ем Международном конкурсе «Научная книга», проведенном Академией Управления МВД России среди образовательных организаций системы МВД России и получила диплом II степени в номинации «Педагогика и психология» [9, с. 198–199].

Россия и наши дружественные страны встречают праздник 9 мая – День Победы советского народа и его победоносной Красной Армии – укреплением дружбы, свято чтят память героев, отдавших жизнь за свободу и независимость нашей Родины.