Правовой хаос как антагонист правового порядка

Ч еловечество не стоит на месте: наблюдается тенденция развития цивилизации по различным направлениям, появляются новые сферы научного познания. Появляются такие профессии, как юрист в сфере беспилотного транспорта, в сфере робототехники, биоэтик и т.д. Сферы деятельности разнообразны, и их количество ежегодно растет с геометрической прогрессией, однако, к какому направлению мы бы ни обратились, можно отметить их общую черту – повсеместность и важность порядка в любой области функционирования социума и отдельных его представителей.

Прежде чем убедиться в экстенсивности и важности порядка, для точности понимания указанного слова обратимся к лексической литературе.

Так, в словаре В.И. Даля, под порядком понимается правильное устройство чего-либо, соблюдение определенного хода и расположения вещей [7, с. 337]. Толковый словарь Д.Н. Ушакова даёт похожее толкование: порядок – это состояние систематичности, правильности в ходе дел, расположении, благоустройства и налаженности [17, с. 496].

Обратимся к порядку в рамках конкретных наук, например, в области математики. Там используется «порядок операций», кроме того, существует «порядок величин» [16].

Слово «порядок» встречается в учебной литературе по физике (дальний, квазидальный и ближние порядки), в химической кинетике объектом исследования выступает порядок реакции. Порядок не «обошел стороной» и филологию, где существует порядок слов, соблюдение которого способствует адекватной и эффективной коммуникации [4, с. 2]. Кроме того, порядок встречается в биологии (систематика Линнея), экономике (естественный порядок), военно-морском деле (предбоевой, боевой и походный порядки).

Обращаясь к порядку в философском смысле, можно отметить, что порядок как метафизический принцип фигурирует уже в самой ранней космологии. В этом можно убедиться, хотя бы исходя из того, что само слово «космос» (др.-греч. κόσμος) переводилось в античной Греции как порядок.

В философии Платона находит свое отражение в работах, посвященных учению об идеальном порядке, например, в его труде «Государство». У Платона социальный порядок – совокупность взаимосвязанных между собой идей космоса, справедливого государства и каждой отдельно взятой души человека.

В Средние века Аврелий Августин посвятил ряд трактатов идее порядка, которую он именовал «ordo». По его мнению, сформированному еще до принятия христианства, в мире не существует ничего хаотичного и все подчинено системе закономерностей [5]. Фома Аквинский придерживался концепции социального порядка – порядка внутри бытия, подчиненному волей Бога [1, с. 162].

Одним из центральных понятий в философии более позднего времени – эпохи Просвещения – является естественный порядок. Это порядок в форме, воплощаемой в организме, то есть, в целесообразном единстве многообразия [3, с. 171– 172].

Изучая порядок, нельзя не отметить, что в качестве термина-антагониста зачастую указан беспорядок.

Б. Спиноза пишет о порядке, некоторым образом обесценивая его значимость, в Прибавлении к части I своей «Этики», что беспорядок – это лишь одно их состояний порядка. Французский мыслитель М. Конш также писал о порядке как об особом виде беспорядка, приносящим пользу и удобство: «порядок – тот же беспорядок, только такой, который нас устраивает, а беспорядок – порядок, которого мы не понимаем» [9, с. 416]. Также, философские учения используют как антоним порядка слово «хаос».

В соответствие со словарем русского языка, хаос – это состояние «крайнего беспорядка, неразбериха». Однако тот же источник выделяет в качестве хаоса с философской точки зрения некоторое беспредельное пространство [15]. Поэтому целесообразным видится разграничение указанных понятий: хаос и беспорядок. Думается, что беспорядок связан с более практичной стороной жизни, бытом или какой-либо деятельностью человека, и в основном, характеризует неверный порядок и расположений чего-либо на поверхностном уровне. Беспорядок менее масштабен, по сравнению с хаосом, притом как в содержательном смысле, так и в экстенсивном.

Для философа познание хаоса непостижимо, поскольку не связано ни с какими законами. Однако современные исследования, в особенности, математические и физические, позволяют выявить определенные закономерности.

Хаосу присуща внешняя непредсказуемость, которая объяснима значительной зависимостью от первоначальных условий. Зная данные условия, можно выявить закономерности, реализующиеся через случайности, соответственно, хаос может быть познаваем. Такова суть идей знаменитой теории хаоса.

С классической теорией хаоса имеет сходств синергетическая, преобладающая в современное время. В ней также за единицу берутся системы, но отличающиеся способностью самоорганизо-вываться; хаос и порядок чередуются.

Дополняет эту парадигму теория катастроф, в контексте которой порядок и хаос не сменяют друг друга, а лишь сочетаются [2].

По нашему мнению, это лишний раз свидетельствует о диалектической взаимосвязи и взаимозависимости хаоса и порядка.

Обобщая сопоставление теорий о хаосе и порядке философов и учёных, можно сказать, что они рассматривают его в двух разных формах: первые как абсолютный хаос, вторые как относительный. Абсолютный хаос стал первопричиной всему, переместился за пределы пространственно-временного континуума, а затем сменился относительным хаосом, действующим ныне. Аристотель изрёк подходящую под данное описание мысль: «Мир возник случайно, но затем всё протекает по регулярным законам» [12]. По ним живет, функционирует, и, благодаря им, развивается и общество, поскольку социум в любой его форме не может существовать ни в хаосе, ни в беспорядке.

Философия со временем, некоторым образом, сужает изучение с порядка и хаоса в глобальном смысле в масштабах вселенной, до исследования тех же категорий в социальном смысле.

Т. Гоббс полагает, что именно общественный договор может быть эффективен в данном вопросе. Дж. Локк и Ш. Монтескье разрабатывают теорию разделения властей, которая, по мнению указанных мыслителей, служит во благо социального порядка. К.Маркс приходит к выводу о том, что порядок, а именно социальный, тоже предопределен определенными закономерностями, а именно находится в зависимости от общественно-экономической формации. Было создано учение о порядке, именуемое также наукой о порядке. Авторами были В.Ф. Оствальд и Х. Дриш [13, с. 175]. Квинтэссенция данной концепции как раз и состоит в том, что наука нуждается в системности и порядке.

Современная наука также выделяет в качестве основных объектов исследования социальный порядок и хаос. Р.А. Ромашов пишет о том, что любая система, в том числе, и социальная, имеет тенденцию к самосохранению и к саморазрушению. Поэтому обществу необходимо управление, которое неосуществимо без определенного инструментария.

К одной из форм такового относятся правила – официальные предписания, устанавливающие порядок действий в той или иной сфере деятельности членов социума. Правила выражаются в социальных нормах, которые являются юридически оформленными концептами управления. Р.А. Ромашов пишет о социальных нормах; именно им подчиняется поведение человека в обществе. По его мнению, социальные нормы представляют собой определенные образцы, стандарты, модели поведения участников социального общения [14, с. 13].

Тем самым, хаос преодолевает управление при помощи правил в виде социальных и, соответственно, правовых норм, нацеленных на установление общественного и правового порядка.

Правовой порядок – это часть общественного порядка. Право – это лишь один из регуляторов социальной жизни. С другой стороны, правовой порядок содержит в себе большее конкретизированное понимание того, какие именно стороны общественной жизни, права и интересы каждого отдельного человека охраняются, что следует считать должными действиями, обеспечивающими сохранение порядка, а также, регламентируются составы правонарушений, санкции за их совершение. Можно сказать, что правовой порядок вытекает из понятия общественного порядка, является его естественным продолжением, развивая его.

Правовой порядок можно понимать в двух смыслах: особое состояние упорядоченности общественных отношений, как результат полноценного соблюдения действующего законодательства во всем его объеме и его реализации. В юридической литературе правовой порядок в таком смысле сокращают и называют правопорядком, соотносящимся с правовым хаосом как противоположности.

Немаловажным является правовой порядок как определенная законом последовательность действий / бездействий субъектов правоотношений с целью достижения какого-либо юридически важного результата. Надо отметить, что в данном случае правовой порядок в этом смысле играет роль для достижения правового порядка в указанном выше смысле.

Чем вызван научный интерес правового хаоса, как антипода правового порядка? Он связан с регулярным столкновением с различными проблемами в праве, законе, законодательстве (пробелами, коллизиями и т.п.), в области реализации права.

Говоря о первой категории трудностей, стоит отметить, что причины у данного явления различны и естественны. Общественные отношения меняются с быстрым темпом, возникают новые, не предусмотренные существующими нормативноправовыми актами. Заранее предусмотреть законодателем данный аспект зачастую не представляется возможным.

Необходимым нам видится разделение пробелов в праве по степени их истинности: мнимые и реальные. Реальные пробелы возникают по субъективным причинам. Л.А. Морозова верно отмечает, что мнимые пробелы существуют как результат целенаправленного игнорирования законодателем вопросов, требующих решения в виде принятия новых правовых актов, когда «законодатель сознательно выводит данные общественные отношения за сферу правового регулирование» [11, с. 288]. Однако можно сказать, что наличие и тех, и других пробелов в праве могут быть факторами, приводящими к состоянию правового хаоса в зависимости от их количественных и содержательных характеристик.

Ещё одна проблема в праве - юридические коллизии. По поводу одних и тех же общественных отношений могут быть совершенно противоположные нормы права. Порой, противоречия возникают в процессе правоприменения и осуществления компетентными органами и должностными лицами своих полномочий.

Н.И. Матузов писал, что следует различать коллизии в праве и юридические (или правовые) коллизии вообще; последние могут выходить за пределы собственного права и охватывать всю правовую систему. В то же время, оба вида коллизий в рамках общей для них правовой сферы тесно взаимосвязаны и поэтому в данном случае их можно рассматривать в едином контексте, особенно, в плане их роли в возникновении правового хаоса [10, с. 204].

Если рассматривать нынешнее российское правовое поле, то в нём чётко прослеживаются недостатки аппарата ещё на уровне подготовки и принятия законопроектов. Можно перечислить основные из них:

• -    недостаточно сильное экспертное обеспечение законодательного процесса;

• -    отсутствие единой модели нормы закона;

• -    «прорехи» в конституционно контроле, допущение ошибок в формировании текста законов и тому подобные.

Подобные проблемные аспекты приводят к неприятному последствию: федеральное законодательство заполонено отсылочными и бланкетными нормами, положениями общего, непрактичного характера. Поэтому востребованным является толкование права, которое также несовершенно - его последствием выступает усложнение применения норм, возникновение судебных ошибок.

Законотворческая деятельность охватывает и субъекты Российской Федерации, где принимается огромное количество нормативно-правовых актов. Такие акты должны соответствовать требованиями вышестоящего - федерального закона. А поэтому, зачастую, законы и подзаконные акты субъектов в своем содержании лишь дублируют федеральные законы. Последние, также имеют множество недостатков, которые, соответственно, находят своё отражение в актах субъектов. Тем самым, проблема лишь усугубляется. Такая переполненность не содержащих в себе принципиально новых положений норм права затрудняет работу специалистов, а обывателю, зачастую, невозможно разобраться в действующем законодательстве вовсе. Обратная ситуация не менее неприятна: региональный закон может противоречить федеральному, создавая также в нем путаницу.

Уровень правовой культуры, правосознания у среднестатистического гражданина Российской Федерации, не имеющего юридического образования, низок, поэтому представления о правовой стороне жизни у него либо нет, либо сформировано под влиянием доступного информационного поля. В.Д. Зорькин справедливо отмечает рост тенденции к отделению человека от социума, в целом, «к ослаблению социальных связей, к отрыву от социокультурных корней, питающих базовую нормативность социума»[8, с. 150]. В рамках правового хаоса, зачастую, наблюдается конфликтность между социальными группами, отдельными субъектами общества, участвующих в правовой жизни.

Но правовой хаос – сложное, многомерное явление, которое выражается не в одной или нескольких указанных выше проблемах в праве. Наличие пробелов или коллизий в законодательстве не свидетельствует о состоянии правового хаоса. Своевластие, тоталитаризм, тирания также не равнозначны этому явлению; доправовое состояние общества и постправовое тоже не характеризуют правовой хаос. В последнем случае, право просто не существует, либо не сформировалось должным образом, а в последнем – отмирает. По мнению, Ю.Ю. Ветютнева, правовой хаос, как раз, образовывается на стыке указанных состояний, когда социум балансирует между правовой и неправовой стадиями развитиями, в переходный период [6, с. 76].

Действительно, если сопоставить указанные характеристики с признаками хаоса, разработанными одноименной научной теорией, то мы можем заметить, что критерием правового хаоса является повышение роли случайности, следствием которых является возникновение особых закономерностей.

В состоянии хаоса ослабляется действие установленных законом и государством закономерностей, правовая жизнь становится неупорядоченной, непредсказуемой, нестабильной. И возникновение состояния хаоса не означает окончание существования государства и права. Порой, закономерности в правовом поле деятельности ослабевают, тогда и появляется почва для развития правового хаоса.