Проблемные вопросы осуществления прокурорского надзора за исполнением законодательства в сфере оборонно-промышленного комплекса в условиях ведения боевых действий

подобной проверки (надзорных мероприятий), необходимо лично вникать в особенности функционирования проверяемого объекта оборонно-промышленного комплекса, уметь понимать особенности применения государственных стандартов в ходе производства промышленной продукции, четко знать порядок приемки готовой продукции, ориентироваться в вопросах экономической деятельности проверяемого предприятия и др.

При осуществлении прокурорского надзора в сфере государственного оборонного заказа прокурорским работникам органов военной прокуратуры также необходимо четко знать пределы компетенции органов военного управления (командования воинских частей, соединений и выше), органов военной приемки (курирующих военных представительств) и предприятий военной промышленности.

Дополнительную сложность представляет повышенный объем документов, не подлежащих публикации в открытых источниках (то есть которым присвоены грифы «для служебного пользования», «конфиденциально» и др.) в связи с раскрытием сведений, составляющих служебную тайну в области обороны и безопасности государства, или сведения, составляющие государственную тайну. Вышеизложенное приводит к увеличению сроков проведения надзорных мероприятий и затруднению накопления необходимых материалов.

Тезис о повышенной степени важности подтверждается формулировками, используемыми в тексте приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 02.11.2018 № 723 (в ред. от 16.07.2024) «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов в сфере оборонно-промышленного комплекса» [6]. В п. 1 названного приказа нарушения закона в указанной сфере органам прокуратуры надлежит рассматривать как «одну из угроз безопасности Российской Федерации», что в целом нехарактерно для распорядительных документов надзорного ведомства.

Вопросы прокурорского надзора государственного оборонного заказа встают особенно остро в условиях проведения специальной военной операции (далее – СВО) на территории Украины, Донецкой и Луганской народных республик, Запорожской и Херсонской областей, а также контртеррористической операции (далее – КТО) в приграничных районах Белгородской, Брянской и Курской областей. На сегодняшний день нет эта тема не нашла пока своей разработки на уровне научных исследований; имеющиеся публикации не касаются данной проблематики [7-11].

Видится очевидным наличие двух основных препятствий для качественного проведения прокурорских проверок органами прокуратуры на обозна- ченных территориях в рассматриваемой сфере законодательства.

Первое. В связи с тем, что предмет надзорного интереса – штатные образцы вооружения, военной и специальной техники с сопутствующей инфраструктурой их ремонта и сервисного обслуживания – как правило, размещены на территории мест дислокации воинских частей Минобороны РФ либо иных органов государственной власти, военнослужащие которых привлечены к выполнению боевых задач СВО и КТО. В соответствии с п. 6 приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 07.05.2008 (в ред. от 02.09.2024) № 84 «О разграничении компетенции прокуроров территориальных, военных и других специализированных прокуратур» данные вопросы отнесены к компетенции органов военной прокуратуры. Пунктом 2.5 этого же приказа предписано предоставлять право прокурорам субъектов Российской Федерации поручать прокурорам по надзору за исполнением законов на особых режимных объектах осуществление надзора за исполнением законов и законностью правовых актов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина должностными лицами хозяйствующих субъектов, включенных в сводный реестр организаций оборонно-промышленного комплекса. Реестр формируется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, иных организаций при выполнении государственного оборонного заказа либо осуществлении хранения ценностей государственного материального резерва (на основании отдельного приказа прокурора субъекта Российской Федерации, утверждающего перечень таких хозяйствующих субъектов и организаций) [12].

Вместе с тем, надзорная практика свидетельствует о том, что представители предприятий военной промышленности фактически осуществляют свою деятельность непосредственно на территории дислокации войск.

Последнее, в свою очередь, создает следующие сложности. Во-первых, нынешние требования вышеперечисленных приказов Генерального прокурора Российской Федерации предписывают делать акцент надзорной деятельности именно на предприятиях военной промышленности. При этом надзирающие специализированные прокуратуры (по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах) дислоцируются по месту нахождения юридических адресов данных предприятий. К примеру, выездная ремонтная бригада предприятия N осуществляет свою деятельность в зоне СВО, в то время как руководство предприятия находится на удалении нескольких сотен, а то и тысяч километров. Ситуация усугубляется тем, что указанные специализированные прокуратуры почти не проводят выездные проверки вышеупомянутых ремонтных бригад по тем или иным причинам. В связи с этим надзирающим военным прокурорам на местах (в зонах СВО и КТО) не представляется возможным в полном объеме установить сложившуюся надзорную ситуацию и принять по результатам проверки законное и обоснованное решение. Они полномочны провести проверку лишь в отношении должностных лиц командования воинских частей, на чьей территории представителями предприятий военной промышленности осуществляется ремонт и сервисное обслуживание вооружения, военной и специальной техники (далее – ВВСТ). Проверять деятельность работников предприятия указанной категории офицеры военной прокуратуры не уполномочены, поскольку в этом случае они выходят за пределы своих полномочий, а фактически полученные результаты будут попросту нелегитимны, несмотря на де-факто имеющиеся нарушения закона.

Во-вторых, надзорная практика показывает, что сложившиеся ранее (до 24.02.2022) тактики и методики проведения в войсках прокурорских проверок в сфере государственного оборонного заказа, в том числе по обстоятельствам ремонта и сервисного обслуживания ВВСТ, в условиях выезда в войска, непосредственно участвующие в боевых действиях, оказываются малоэффективны. Интересующая проводящих проверку офицеров военной прокуратуры документация, раскрывающая организацию и ход ремонта и обслуживания ВВСТ, как правило, находится по местам пунктов постоянной дислокации воинских частей, то есть – на существенном отдалении от зон СВО и КТО ввиду особенностей обстановки и из соображений обеспечения сохранности данной документации. Для достижения какого-либо результата прокурорскому работнику зачастую приходится прибегать к упрощениям с целью экономии времени в условиях повышенной рабочей нагрузки. Эти упрощения также ограничены требованиями закона и руководящими документами, регламентирующими вопросы защиты государственной и иной охраняемой законом тайны. Итогом таких проверок зачастую является лишь представление об устранении нарушений закона в адрес командира проверяемой воинской части, а также информация в адрес надзирающего за предприятием военной промышленности прокурора либо прокурора субъекта Российской Федерации. Данное положение дел не соответствует требованиям приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 02.11.2018 № 723 и делает их фактически не выполнимыми.

Второе. Как свидетельствует надзорная практика, подавляющее большинство подобных проверок проводится офицерами военной прокуратуры так называемым выездным методом, то есть с выездом по месту временной дислокации войск, на чьей территории осуществляют свою деятельность представите- ли предприятий военной промышленности. Нередко такие выезды сопряжены с риском для здоровья и жизни прокурорских работников ввиду подверженности данной территории огневому воздействию противника, в том числе беспилотными летательными аппаратами. Из соображения безопасности, время проведения надзорных мероприятий приходится существенно ограничивать, а от так называемого прокурорского десанта и вовсе отказаться, что неминуемо отражается на их качестве.

Сложившаяся ситуация свидетельствует о необходимости переработки руководящих документов Генеральной прокуратуры Российской Федерации, касающихся разграничения компетенции прокуроров территориальных и специализированных (в том числе военных) прокуратур, пересмотра методики проведения прокурорских проверок в сфере государственного оборонного заказа, в том числе по обстоятельствам ремонта и сервисного обслуживания ВВСТ в условиях проведения СВО и КТО.

При надлежащей работе по совершенствованию взаимодействия военных прокуроров и прокуроров специальных прокуратур по надзору за исполнением законов на особо режимных объектах, по нашему мнению, удастся достичь значительных результатов надзорной деятельности на анализируемом направлении, как предписывают требования приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 02.11.2018 № 723.

Подводя итог вышесказанному, необходимо отметить следующее.

• 1.    Прокурорский надзор за исполнением законодательства в сфере оборонно-промышленного комплекса в условиях проведения СВО и КТО является одним из наиболее актуальных и приоритетных направлений надзорной деятельности.

• 2.    Основные требования приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 02.11.2018 № 723 о применении полного спектра мер прокурорского реагирования при выявлении нарушений закона в названной сфере в нынешних условиях не только не утратили свою актуальность, но и приобрели первостепенное значение в работе органов прокуратуры, в особенности органов военной прокуратуры.

• 3.    Сложившиеся ранее тактика и методика проведения проверок в упомянутой выше сфере законодательства не отвечает реалиям работы прокуроров и военных прокуроров в зонах СВО и КТО.

• 4.    Особенности дислокации представителей предприятий военной промышленности и воинских частей, выполняющих боевые задачи СВО и/или КТО, сигнализируют о необходимости совершенствования взаимодействия надзирающих специализированных прокуроров, а также пересмотра (уточнения) компетенции последних в части, касающейся условий СВО и КТО.

• 5.    Для решения вышеописанных проблем возможно осуществление одного из двух вариантов:

• 1)    передать военным прокурорам полномочия по надзору за предприятиями военной промышленности в части, касающейся представителей данных предприятий на территории боевых действий;

• 2)    усилить присутствие прокурорских работников, надзирающих за указанными предприятиями в зонах СВО и КТО, для обеспечения возможности проведения совместных выездных проверок с офицерами местных органов военной прокуратуры.