Проблемные вопросы правового регулирования прекращения уголовного дела и уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям

Вектор развития современной уголовной политики Российской Федерации направлен в сторону гуманизации и оптимизации судопроизводства. При этом крайне важен баланс неотвратимости наказания за совершенное преступление и неприменения крайних мер воздействия на преступника. [1, с. 265]. Институт прекращения уголовного дела и уголовного преследования в данном случае призван решить поставленные задачи.

С одной стороны, возможность принятия такого решения по уголовному делу способствует активизации деятельности виновного лица, направленной на возмещение причиненного ущерба и содействие расследованию, а также надлежащему поведению субъекта.

С другой стороны, такой вариант окончания производства по уголовному делу экономически более выгоден, минимизируя не только затраты бюджетных средств на расследование и судебное рассмотрение, но и снижая трудовые и временные ресурсы.

В настоящее время продолжается совершенствование уголовного и уголовно – процессуального законодательства, направленное на его гуманизацию, что, безусловно, требует тщательной проработки порядка и условий применения института прекращения уголовного дела и уголовного преследования.

Перспективы развития института прекращения уголовного дела и уголовного преследования связаны с его укреплением и расширением, доработкой терминологической базы и правоприменительной практикой новых статей, а также с дальнейшим совершенствованием законодательства и практики его применения, защитой прав и законных интересов участников уголовно-процессуальной деятельности. [2, с. 62. ].

Согласно отчету Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции, за 6 месяцев 2024 года всего прекращено 60 725 уголовных дел. Из этого числа уголовных дел в отношении 363 лиц уголовное преследование было прекращено по реабилитирующим основаниям, в отношении 63 580 лиц по нереабилитирующим основаниям. Из 63 580 лиц в отношении 43 489 лиц уголовные дела прекращены по примирению с потерпевшим, в отношении 4 558 лиц в связи с деятельным раскаянием, в отношении 1343 лиц по ходатайствам с назначением судебного штрафа1.

Основная часть

Из анализа нереабилитирующих оснований прекращения уголовного преследования следует, что важным условием принятия такого решения является не только совершение преступления небольшой или средней тяжести впервые, но и необходимость погашения (возмещения) причиненного ущерба или заглаживание вреда иным образом, о чем прямо указано в ст. 25, 25.1, 28, 28.1 УПК РФ. Такое требование в полной мере соответствует назначению уголовного судопроизводства, так как нарушенные преступлением права и законные интересы граждан и организаций в данном случае восстанавливаются в результате возмещения ущерба и заглаживания вреда.

Новеллой уголовнопроцессуального законодательства является ст. 28.2 УПК РФ, предусматривающая прекращение уголовного преследования в связи с призывом на военную службу в период мобилизации или в военное время либо заключения в период мобилизации, в период военного положения или в военное время контракта о прохождении службы, а равно в связи с прохождением службы в указанные периоды или время. Условиями применения данной нормы является лишь наличие согласия самого лица, в отношении которого предполагается принятие такого решения и предшествующее приостановление производства по уголовному делу по ходатайству командования воинской части. Диспозиция рассматриваемой статьи не предусматривает необходимости возмещения причиненного ущерба и наличие согласия потерпевшего. Таким образом, нарушенные права и законные интересы потерпевших остаются не восстановленными, а значит, не достигнуто назначение судопроизводства, что ставит под сомнение законность применения рассматриваемой нормы с точки зрения соблюдения принципов судопроизводства как непоколебимой основы принятия любого процессуального решения.

На эту проблему обращает внимание Костенко Н. С., указывая, что проблематичной впоследствии будет и «возможность потребовать возмещение вреда в порядке гражданского судопроизводства» [3, С. 69].

Затрагивая вопрос соблюдения прав и законных интересов потерпевшего, следует также отметить, что у него отсутствует реальная возможность установления анкетных данных подозреваемого (обвиняемого) для составления искового заявления в целях дальнейшего обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства до окончания производства. Следователь не наделен правом сообщать персональные данные участника судопроизводства иным лицам. Учитывая, что между принятием решения о приостановлении производства и его прекращении проходит значительный период времени, возникает неразрешимая проблема для потерпевшего о возмещении причиненного ему вреда в случае отказа подозреваемого (обвиняемого) возместить его добровольно.

Семенов Е. А. и Батуева А. Б. также указывают на незащищенность потерпевшей стороны при прекращении уголовного дела по рассматриваемому основанию, предлагая «включение в рамках новоявленной нормы положений, предоставляющих потерпевшему право знать об иници- ировании процедуры освобождения от уголовной ответственности или наказания либо о ее совершении, например дополнением содержательной части УПК РФ п. 21.1 ч. 2 ст. 42 [4].

Поддерживая позицию указанных авторов, считаем необходимым внесение дополнений в ст. 42 и 28.2 УПК РФ, предусматривающих разъяснение заинтересованным лицам, в том числе и потерпевшему, возможности прекращения уголовного преследования по данному основанию и получения от них согласия о принятии такого решения.

Статья 52 Конституции РФ провозглашает охрану прав потерпевших от преступлений и обеспечение компенсации ущерба.2 Таким образом, отсутствие условия возмещения ущерба при прекращении уголовного преследования по основанию, указанному в ст. 28.2 УПК РФ, противоречит ст. 52 Конституции РФ, а значит данный пробел должен быть устранен посредством дополнения условий прекращения по данному основанию, предусматривающему полное возмещение причиненного потерпевшему ущерба.

Учитывая материальное положение лиц, совершивших преступление, и их мотив заключить контракт в период мобилизации, в период военного положения или в военное время, следует сделать вывод о том, что, пытаясь избежать уголовной ответственности, они не стремятся добровольно возместить причиненный вред, а лишь преследуют личные корыстные цели.

Уникальным условием прекращения уголовного преследования по данному основанию является необходимость приостановления уголовного производства по ходатайству командования воинской части. При этом законодатель не зафиксировал, с какого именно момента по делу необходимо приостанавливать расследование [5, с. 87].

Логичным видится решение вопроса о возмещении ущерба после поступления ходатайства командования воинской части о приостановлении предварительного расследования. Следует рассмотреть вариант направления следователем в суд ходатайства об удержании денежных средств в сумме причиненного имущественного ущерба из единовременной выплаты и ежемесячного денежного довольствия лица, заключившего контракт о прохождении службы. При этом к уголовному делу должен быть приобщен документ, подтверждающий перечисление денежных средств потерпевшему, а также заявление потерпевшего о согласии с прекращением уголовного дела и получении денежных средств в счет возмещения причиненного ущерба.

Документальное подтверждение возмещения ущерба считаем целесообразным также и при принятии решения по другим нереабилитирующим основаниям. Так, в следственной практике имели место случаи, когда обвиняемый для возможного принятия решения о прекращении уголовного преследования, договариваясь с потерпевшим, обещал в течение определенного времени передать денежные средства, ссылаясь на их отсутствие в настоящее время, и даже частично возмещал ущерб, требуя подтвердить данное обстоятельство потерпевшим в письменном виде;

однако после принятия соответствующего решения обещания не выполнял. Безусловно, в данном случае возможно отменить принятое решение и возобновить производство по уголовному делу; на это потребуется не только дополнительное время, но и выяснение причин и обстоятельств первоначального подтверждения возмещения ущерба потерпевшим, что однозначно ставит его объяснения под сомнение. В таком случае объективно установить истину не представляется возможным.

Исследование нереабилитирующих оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования, предусмотренных ст. 25, 25.1, 28, 28.1, 28.2 УПК РФ, позволяет сделать вывод о том, что в указанных случаях лица, совершившие преступление, признают свою вину, раскаиваются и прилагают усилия к возмещению ущерба. При этом расследование осуществляется в полном объеме с доказыванием всех обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. Учитывая вышеуказанные особенности, имеет ли смысл проводить полномасштабное расследование, затрачивая дополнительное время, материальные и трудовые ресурсы? Целесообразно, полагаем, осуществлять доказывание по такой категории уголовных дел в объеме, аналогичном установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию, как при производстве дознания в сокращенной форме.

Кроме того, в правоприменительной практике большинство уголовных дел прекращаются по рассматриваемым основаниям на стадии судебного разбирательства, хотя эти основания были уже установлены и в ходе предварительного расследования. Несмотря на это, следователи и дознаватели в целях сохранения в отчетной документации положительных результатов своей деятель- ности, даже при наличии заявления потерпевшего о прекращении уголовного преследования, например, в связи с примирением сторон, направляют такие уголовные дела в суд с обвинительным заключением или обвинительным актом, убеждая обвиняемых и потерпевших о принятии желаемого ими решения при судебном рассмотрении. Такие ситуации увеличивают нагрузку не только на органы предварительного расследования, но и на без того загруженные суды, нарушая принцип разумного срока судопроизводства, не говоря уже об экономической составляющей, затрачивающейся необоснованно для проведения нецелесообразных действий.

В связи с этим необходимо дополнить УПК статьей 28.3, предусматривающей особенности доказывания по уголовным делам, подлежащим прекращению по основаниям, предусмотренным ст. 25, 25.1, 28, 28.1, 28.2 УПК РФ, а также обязательность принятия решения о прекращении уголовного дела и уголовного преследования при наличии к тому оснований в случае обоюдного поступления заявления или ходатайства заинтересованных сторон.

Также следует отметить необходимость единообразного указания на возможность прекращения не только уголовного преследования, но и уголовного дела.

Хотя ч. 4 ст. 24 УПК РФ указывает на необходимость прекращения уголовного дела, если уголовное преследование всех подозреваемых или обвиняемых прекращено, однако, как основание в ч. 1 рассматриваемой статьи не указано. То есть не урегулирован вопрос наличия основания при принятии решения о прекращении уголовного дела в целом в случае, когда уголовное преследование всех подозреваемых прекращено.

Так, ст. 28, 28.1, 28.2 УПК РФ предусматривает лишь прекращение уголовного преследования, что не влечет за собой одновременного прекращения уголовного дела по смыслу указанных статей.

Внесение дополнения в ч. 4 ст. 24 УПК РФ следующего содержания: «уголовное дело подлежит прекращению по тому же основанию, по которому было прекращено уголовное преследование всех подозреваемых или обвиняемых» решило бы правовой пробел.

Выводы и заключение

Совершенствование уголовнопроцессуального закона является сложным комплексным процессом, связанным с рассмотрением и анализом всех компонентов, составляющих содержание правовых норм и принципов уголовного судопроизводства.

Проведённое исследование позволило прийти к выводу о незавершенности законодательного регулирования рассматриваемых проблемных вопросов, связанных с прекращением по нереабилитирующим основаниям как уголовного преследования, так и всего производства по уголовному делу.

В целях устранения выявленных проблем правовой регламентации и выработки единообразного подхода в правоприменении, автор предлагает внести следующие дополнения и изменения в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации:

– ч. 4 ст. 24 УПК РФ дополнить следующим содержанием: «уголовное дело подлежит прекращению по тому же основанию, по которому было прекращено уголовное преследование всех подозреваемых или обвиняемых»;

– п. 12 ч. 2 ст. 42 дополнить следующим содержанием: «быть уве- домленным о возможности прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям и давать согласие о принятии такого решения»;

– ч. 2 ст. 28.2 дополнить пунктом о разъяснении потерпевшему оснований прекращения уголовного преследования и о праве давать согласие или возражать против прекращения уголовного преследования;

– ч. 3 ст. 28.2 дополнить положением о невозможности прекращения уголовного преследования при отсутствии согласия потерпевшего;

– ст. 28.2 дополнить частью 3.1, предусматривающей возможность прекращения уголовного преследования в случае возмещения причиненного ущерба или ином заглаживании причиненного преступлением вреда.

Дополнить УПК РФ статьей 28.3 «Особенности доказывания и принятия решения по уголовному делу при наличии оснований, предусмотренных ст. 25, 25.1, 28, 28.1, 28.2 УПК РФ» следующего содержания:

– ч. 1 ст. 28.3 УПК РФ «при наличии оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования по основаниям, предусмотренным ст. 25, 25.1, 28, 28.1, 28.2 УПК РФ, доказывание осуществляется в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 226.5 УПК РФ»;

– ч. 2 ст. 28.3 УПК РФ «решение о прекращении уголовного преследования и прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. 25, 25.1, 28, 28.1, 28.2 УПК РФ, может быть принято при наличии заявления или ходатайства потерпевшего и подозреваемого (обвиняемого)».