Проблемы реализации правовых норм, регулирующих освобождение от уголовной ответственности участников специальной военной операции

Г осударственная политика в сфере уголовно-процессуального права должна адекватно отражать современные тенденции и соответствовать актуальным требованиям общества. В условиях проведения Российской Федерацией специальной военной операции на Украине (далее – СВО) в действу- ющее уголовное и уголовно-процессуальное законодательство были внесены изменения, которые оказали значительное влияние на правовое положение граждан. Реализация правовых норм является одним из ключевых аспектов внутренней политики государства. В этом контексте вызывает интерес и науч- но-правовые дискуссии вопрос о применении положений, регулирующих освобождение от уголовной ответственности участников СВО.

Федеральным законом от 23 марта 2024 г. N 64-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» (далее – Федеральный закон N 64-ФЗ) законодательство дополнено специальными основаниями и условиями освобождения от уголовной ответственности лиц, в отношении которых ведется предварительное расследование, рассматривается уголовное дело или уже вынесен приговор суда, в связи с прохождением ими военной службы в периоды мобилизации, военного времени, военного положения.

Кроме того, Федеральным законом от 23 марта 2024 г. N 61-ФЗ (далее – Федеральный закон N 61-ФЗ) признан утратившим силу Федеральный закон от 24 июня 2023 г. N 270-ФЗ «Об особенностях уголовной ответственности лиц, привлекаемых к участию в специальной военной операции» (далее – Федеральный закон N 270-ФЗ), который устанавливал правовые гарантии и основания освобождения от уголовной ответственности лиц, призванных на военную службу в периоды мобилизации, военного времени, военного положения1, при этом процедурные особенности применения порядка приостановления уголовных дел в отношении участников СВО в законе не были отражены, что обусловило неоднозначное толкование указанной нормы правоприменителем [4, с. 241].

Отметим, что в настоящее время лица, совершившие преступления (за исключением перечня статей, определенного ч. 1 ст. 78.1 УК РФ), призванные на военную службу в период мобилизации или в военное время в Воору- женные Силы Российской Федерации либо заключившие в период мобилизации, военного положения или военного времени контракт о прохождении военной службы, в отношении которых предварительное расследование приостановлено на основании п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, могут быть освобождены от уголовной ответственности независимо от категории совершенного ими преступного деяния.

Считаем, что федеральные законы N 61-ФЗ и N 64-ФЗ представляют собой органичное развитие норм, регулирующих новую сферу общественных отношений, заполняют пробелы, обнаруженные при применении Федерального закона N 270-ФЗ, и в большей степени отвечают запросам времени.

По словам П.В. Крашенинникова, председателя профильного Комитета Государственной Думы РФ, одного из разработчиков закона, Федеральный закон N 270-ФЗ изначально носил временный характер, прошел своего рода апробацию в практической деятельности правоохранительных органов, зарекомендовал себя с положительной стороны, в связи с чем появилась необходимость в упорядочивании ряда правовых норм на законодательном уровне путем внесения изменений в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство2.

Сама процедура приостановления уголовных дел в отношении участников СВО существенных изменений не претерпела, однако порядок реализации правовых предписаний, регулирующих освобождение от уголовной ответственности участников специальной военной операции, стал более прозрачным и последовательным.

Согласно замыслу законодателя, положения Федерального закона N 270-ФЗ применялись к лицам, в отношении которых осуществляется предварительное расследование либо которым уже вынесен судебный приговор. При этом закон не охватывал стадию судебного разбирательства. Приведем в этой связи рассуждения Л.В. Головко: «Если дело уже передано в суд, то нет смысла затягивать судебное разбирательство и приостанавливать его на неопределенный срок, дополнительно нагружая суды находящимися в состоянии процессуальной неопределенности материалами: судебное рассмотрение дела надо завершить в разумный срок, в том числе отсрочив призыв или заключение контракта. После чего решать все вопросы уже не с обвиняемым-подсудимым, а осужденным, если, разумеется, суд постановит обвинительный приговор, а не оправдательный» [2]. Аналогичного мнения придерживается Т.А. Бакулева, полагая, что таким образом законодатель позволяет не вмешиваться в деятельность суда [1]. С доводами указанных авторов сложно не согласиться.

Отправной точкой в процедуре освобождения от уголовной ответственности участника СВО выступает волеизъявление лица, в отношении которого ведется предварительное расследование, рассматривается уголовное дело или уже вынесен судебный приговор, готового искупить свою вину путем добросовестного выполнения воинского долга. Основанием для принятия решения об освобождении от уголовной ответственности служит, в частности, награждение государственной наградой в период прохождения военной службы, а также увольнение с военной службы по состоянию здоровья, по достижении предельного возраста пребывания на службе либо по окончании особого периода – в соответствии с пп. «а», «в» и «о» п. 1 ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе». В случае несоблюдения данных условий производство по уголовному делу подлежит возобновлению и направлению в суд для рассмотрения по существу.

Процесс освобождения от уголовной ответственности участника СВО начинается с выражения подозреваемым или обвиняемым добровольного желания пройти воен- ную службу в зоне проведения операции, что документально фиксируется в протоколе с разъяснением правовых гарантий и оснований для освобождения от уголовной ответственности. Далее необходимо получить согласие военного комиссариата на заключение контракта о прохождении службы в зоне специальной военной операции, которое оформляется ходатайством о приостановлении уголовного дела. После этого следователь приостанавливает уголовное производство на период службы подозреваемого или обвиняемого, что оформляется специальным постановлением о приостановлении предварительного расследования в связи с отсутствием возможности участия его в процессуальных действиях. В процессе службы фиксируется совершение участником СВО подвига в конкретной боевой ситуации, получение государственной награды либо демобилизация при условии, что уголовное дело находится на стадии расследования, судебного рассмотрения или вынесено судебное решение, которое еще не вступило в законную силу. На основании выполнения всех указанных условий и результатов военной службы принимается решение об освобождении участника СВО от уголовной ответственности. Таким образом, законодателем предусмотрен многоэтапный механизм принятия решения, обеспечивающий законность и объективность при рассмотрении возможности освобождения от уголовной ответственности участников СВО.

Решение о прекращении уголовного преследования по ранее приостановленному делу принимается уполномоченным органом (следователем, судом) по основаниям и в порядке, предусмотренном ст. 28.2 УПК РФ, после поступления от командования воинской части (учреждения) необходимых документов.

Проведенный анализ эволюции российского уголовно-процессуального законодательства в контексте специальной военной операции (СВО) демонстрирует целенаправленное развитие норм, направленное на гармонизацию правового регулирования освобождения от уголовной ответственности участников СВО. Федеральный закон N 270-ФЗ выступил пионерным актом, заполнившим пробелы в правовом поле и предложившим временные гарантии для лиц, призванных на службу в периоды мобилизации, военного времени или положения; его сильные стороны заключались в оперативном тестировании механизма на практике, распространении на широкий круг лиц с преступлениями небольшой и средней тяжести, включая осужденных, а также в мотивации на службу как искупление вины. Однако закон имел существенные недостатки – отсутствие процедурных норм по приостановлению дел приводило к неоднозначному толкованию и проблемам в правоприменении, он не охватывал стадию судебного разбирательства, а также ограничивался исключениями в рамках ст. 78.1 УК РФ, исключая тяжкие составы. Отмена этого закона Федеральным законом N 61-ФЗ и дополнения, внесенные Федеральным законом N 64-ФЗ, ознаменовали переход к более зрелой, прозрачной и всеобъемлющей системе, устранившей пробелы: теперь предусмотрен четкий многоэтапный механизм, охватывающий все стадии процесса от предварительного расследования до исполнения приговора и все категории преступлений (кроме ч. 1 ст. 78.1 УК РФ). Преимущества действующего регулирования очевидны, представленная процессуальная модель представляет оптимальное развитие, отвечающее вызовам времени и запросам общества, хотя дальнейшее уточнение процедур усилит ее практическую имплементацию, обеспечив полную адекватность государственной политики современным реалиям.

Рассмотрим сложившийся процедурный порядок на примере.

6 ноября 2023 г. следственным управлением по Красноярскому краю и Республике Хакасия возбуждено уголовное дело в отношении гражданина К. по ч. 2 ст. 116 и ч. 1 ст. 112 УК РФ, при этом у него имеется непогашенная судимость за насильственное преступление.

19 ноября 2023 г. составлен протокол разъяснения правовых гарантий и оснований освобождения от уголовной ответственности для участия в специальной военной операции согласно Федеральному закону N 270-ФЗ, который направлен военному комиссару.

10 декабря 2023 г. военный комиссар ходатайствует о приостановлении уголовного дела в связи с заключением гражданином К. контракта на год для службы в зоне СВО. В результате предварительное расследование приостанавливается на основании п. 3 ч. 1 ст. 208 УК РФ, так как подозреваемый находится по известному адресу, но не может участвовать в процессуальных действиях1.

Анализ судебной практики выявил ряд прецедентов, подтверждающих приостановление уголовных дел в отношении участников специальной военной операции. Так, Зеленогорский городской суд Красноярского края приостановил производство по уголовному делу в отношении гражданина Б., обвиняемого по ч. 1 ст. 111 УК РФ, руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ. В обоснование решения суд указал, что согласно ч. 1 ст. 247 УПК РФ судебное разбирательство не может проводиться без участия подсудимого, однако в рассматриваемом случае его фактическое участие невозможно: подсудимый, убыв на военную службу по контракту для участия в СВО, ходатайств о рассмотрении дела в его отсутствие не подавал, хотя его местонахождение известно2. Аналогичное постановление вынес Березовский городской суд Кемеровской области по уголовному делу в отношении подсудимого М., обвиняемого по ч. 1 ст. 112 и 264.1 УК РФ, исходя из отсутствия реальной возможности участия последнего в судебном разбирательстве в связи с призывом на военную службу3.

Данные примеры демонстрируют сформировавшуюся практику реализации положений Федерального закона N 270-ФЗ, предусматривающую освобождение от уголовной ответственности на стадии предварительного расследования по п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ и на стадии судебного разбирательства согласно п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ. При этом следует выделить проблемный аспект: сам текст Федерального закона N 270-ФЗ не содержит прямых указаний на основания освобождения участников СВО от уголовной ответственности, что создает правовое пространство для неоднозначного толкования и усложняет деятельность субъектов правоприменения. Кроме того, указанные статьи УПК РФ используют идентичные формулировки о том, что местонахождение подозреваемого (обвиняемого) известно, но реальное участие в уголовном процессе невозможно, что требует более четкого законодательного урегулирования с целью обеспечения правовой определенности и единообразия судебной практики.

Таким образом, рассматриваемая проблематика свидетельствует о необходимости законодательного совершенствования и выработки однозначных критериев освобождения от уголовной ответственности участников СВО, что позволит повысить эффективность правоприменительной практики и минимизировать существующие пробелы в нормативно-правовом регулировании.

Например, по информации о приостановлении дел в стадии судебного рассмотрения, представленной уголовно-судебным управлением по Кемеровской области, в 2022 г. судами области приняты решения о приостановлении производства по делу в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ по 13 уголовным делам в отношении 13 лиц, в 2023 г. – по 52 делам в отношении 54 лиц. В 2024 г. – по 65 уголовным делам в отношении 67 лиц, из них 8 лиц призваны в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 21 сентября 2022 г. N 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации», в отношении 59 лиц имеются сведения о заключении контракта о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации для принятия участия в СВО.

В рамках научной полемики по поводу порядка освобождения от уголовной ответственности участников СВО высказывались критические замечания. Согласимся с мне- нием Т.А. Бакулевой, которая в данном контексте обсуждает минимальное усмотрение следственных органов при принятии решения об освобождении от уголовной ответственности [1].

В.Т. Скрибайло отмечает, что из положений Федерального закона N 270-ФЗ не вытекает обязанность командования воинской части, в которой проходит службу участник специальной военной операции, обращаться в орган предварительного расследования с ходатайством о приостановлении уголовного дела. Это объясняется тем, что само пребывание подозреваемого или обвиняемого в зоне СВО объективно препятствует его участию в уголовном судопроизводстве, что является правовым основанием для приостановления производства по делу согласно п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ. Вместе с тем в случаях, когда военнослужащий не направлен в зону СВО, но командование считает вероятным его последующее направление, ему предоставляется право инициировать процедуру приостановления уголовного дела. Такой подход подчеркивает необходимость гибкого и ситуационно обусловленного применения процессуальных норм, обеспечивая одновременно соблюдение прав участников уголовного процесса и объективность следственных действий [6].

Ю.А. Цветков предлагает собственную процессуальную модель освобождения от уголовной ответственности участников специальной военной операции. В рамках данной модели лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, в письменной форме уведомляет следователя или дознавателя о факте призыва на военную службу и указывает дату отправления к месту ее прохождения. Следователь приобщает данное заявление и соответствующие документы к материалам уголовного дела и выдает призывнику справку, содержащую сведения о возбуждении уголовного дела, квалификацию преступления, а также данные следственного подразделения и ответственного следователя.

По прибытии в воинскую часть участник СВО обязан передать данную справку командованию, которое готовит и направляет в следственное подразделение ходатайство о приостановлении предварительного расследования в отношении подозреваемого с указанием точного места его службы. В случае гибели, получения ранения, госпитализации или перевода военнослужащего командование незамедлительно информирует следователя об изменении местонахождения участника СВО. После получения ходатайства следователь рассматривает его в течение трех суток и принимает решение либо об удовлетворении ходатайства с последующим вынесением постановления о приостановлении производства по делу на основании п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ либо об отказе в удовлетворении, направляя копию постановления по адресу нахождения подозреваемого. Такой процессуальный порядок возможен, однако он предполагает более активную позицию подозреваемого (обвиняемого), требует достаточно высокого уровня дисциплины и самоорганизации, что в отношении части подозреваемых вызывает сомнение. Также автором не предусмотрена мера ответственности подозреваемого (обвиняемого) за отказ от предоставления сведений о факте осуществления в отношении него уголовного преследования [7].

В данном исследовании нами представлены примеры использования норм п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ и п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ при освобождении от уголовной ответственности участников СВО в рамках применения Федерального закона N 270-ФЗ, однако, на наш взгляд, данная практика в подобных случаях неуместна, так как противоречит традиционному применению указанных правовых норм, сама же формулировка основания приостановления уголовных дел в отношении подозреваемых (обвиняемых) на стадии предварительного расследования, рассмотрения уголовного дела или вынесения приговора суда выглядит размытой и неточной.

Полагаем, что с момента вступления в законную силу Федерального закона N 64-ФЗ у правоприменителя появилось законное основание для приостановления по п. 3.1 ст. 208 УПК РФ: «призыв подозреваемого или обвиняемого на военную службу в период моби- лизации или в военное время в Вооруженные Силы Российской Федерации либо заключение ими в период мобилизации, в период военного положения или в военное время контракта о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации, а также прохождение ими военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации в период мобилизации, в период военного положения или в военное время».

Долгое время спорным оставался вопрос о возможности приостановления судами производства по уголовным делам, подсудимыми по которым выступают лица, призванные на военную службу в период мобилизации или заключившие контракт с Министерством обороны РФ. Подсудимому было необходимо дождаться итогового решения суда, и лишь после этого он получал возможность воспользоваться правом участвовать в СВО [5], суд при этом не располагал законными полномочиями по приостановлению уголовного дела в отношении участников СВО. Данный парадокс комментировал К.Б. Калиновский: «Лишение подсудимых такого права – нарушение принципа равенства, ведь подсудимые – это те же обвиняемые» [3]. Верховный Суд РФ также обратил внимание на необходимость устранения указанного пробела в законодательстве и совершенствования правового механизма приостановления уголовных дел в отношении участников СВО в судебных стадиях1. В результате правовая неопределенность в этом вопросе была снята – в соответствии с Федеральным законом от 2 октября 2024 г. N 340-ФЗ ч. 1 ст. 238 УПК РФ дополнена п. 5. Указанные изменения обеспечили должный уровень процессуальных гарантий в отношении участников СВО.

Введение Федерального закона N 64-ФЗ предоставило правоприменителям обоснованное основание для приостановления уголовного преследования по п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ в отношении лиц, призванных на военную службу или заключивших контракт в период мобилизации. Федеральный закон от 2 октября 2024 г. N 340-ФЗ, дополнивший ч. 1 ст. 238 УПК РФ п. 5, устранил правовую неопределенность на стадии судебного разбирательства, обеспечив единообразные процессуальные гарантии для обвиняемых и подсудимых – участников СВО. Данные законодательные изменения способствуют реализации принципа равенства и унификации судебной практики.

Учитывая отсутствие единообразия в применении норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства в рамках освобождения от уголовной ответственности лиц – участников СВО, нами ниже представлены образцы документов для правоприменителя.

В результате анализа правовых норм, регулирующих освобождение от уголовной ответственности участников СВО, отчетливо прослеживаются тенденции развития уголовно-процессуального регулирования, выраженные в упрощении процессуального порядка приостановления уголовных дел в отношении участников СВО. Также стала более прозрачной и приемлемой последующая процедура освобождения указанных лиц от уголовной ответственности. Данные изменения были необходимы для реализации прав участников СВО на законодательном уровне.