Процессуальная форма отказа прокурора от обвинения

Институт отказа прокурора от обвинения является одной из важнейших гарантий прав личности в уголовном судопроизводстве, реализацией принципа публичности и одновременно проявлением диспозитивности в деятельности стороны обвинения. Отказ государственного обвинителя имеет ключевое правовое последствие, предопределяя прекращение уголовного дела судом.

Материал и методы исследования

Основу методологии исследования составили метод контент-анализа нормативных правовых актов и научной литературы по теме исследования, а также общенаучные методы исследования (анализ и синтез, индукция и дедукция).

В качестве материала исследования были использованы нормы уголовнопроцессуального кодекса РФ, ведомственные приказы Генеральной прокуратуры, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также научные труды то теме исследования: С. С. Арсентьевой и А.Н Савченко [1], М. Н. Баймато-вой [2], А. М. Зацепина и И. А. Доброреза [3], А. В. Майорова [4], Т. В. Поповой [5], Я. М. Сабировой [6], А. А. Самохвалова [7], А. А. Терехина [8], М. Д. Федоровой [9], А. А. Чуфаровой [10], которые рассматривали проблемы прокурорской деятельности и связанного с ней уголовного судопроизводства, а также прокурора как участника процесса.

Описание исследования

Обязанность прокурора отказаться от обвинения при его неподтвержденно- сти доказательствами в ходе судебного следствия закреплена частью 7 статьи 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ). При этом действующее законодательство не устанавливает четкой процессуальной формы для подобного решения прокурора. Восполняя этот пробел, Приказ Генпрокуратуры (п. 3.9) предписывает прокурору принимать решение об отказе лишь по итогам исчерпывающего анализа всех исследованных доказательств и оформлять свой мотивированный отказ в письменном виде 1. В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 51 содержится положение, согласно которому отказ прокурора от обвинения или изменение обвинения «предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя» 2.

На практике отказ прокурора от предъявленного обвинения оформляется письменным ходатайством. В теории М. Н. Баймато-ва, ссылаясь на П. К. Барабанова полагает, что прокурор должен оформлять свое решение в виде «постановления, которое предварительно будет согласовано с прокурором, утвердившим обвинительное заключение» [2, с. 169]. Однако в ст. 5 УПК РФ содержится определение понятия постановления и из него следует, что это процессуальный документ, процессуальное решение следователя, дознавателя, прокурора, суда, то есть лиц, осуществляющих предварительное расследование или правосудие. Однако прокурор в судебном заседании выступает как сторона в рамках состязательного процесса, а постановление несет властный, итоговый характер документа, что противоречит состязательной модели процесса.

Существует иная точка зрения, согласно которой, как указывал А. А. Терехин «государственному обвинителю следует оформлять отказ от обвинения в форме заключения» [8, с. 120]. Однако, действующий УПК не предусматривает вынесение прокурором заключения в судебном разбирательстве. Введение заключения как документа об отказе от обвинения создает коллизию, с одной стороны, прокурор остается стороной обвинения, с другой, выходит за рамки собственной позиции, делая выводы о несостоятельности собственной позиции, так как заключение представляет собой правовую оценку обстоятельств, мнение государственного обвинителя. Таким образом прокурор подводит итог исследованию доказательств, что не соответствует его роли как стороны обвинения.

Полный или частичный отказ государственного обвинителя влечет за собой прекращение уголовного дела полностью или в части, это также следует из ч. 7 ст. 246 УПК РФ. Проанализировав судебную практику, видим, что в приговоре суд подробно закрепляет мотив отказа государственного обвинителя от обвинения. Так, Преображенский районный суд прекратил уголовное дело (уголовное преследование) в отношении гражданина, обвиняемого по ч. 1 ст. 228 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Причиной отказа являлось отсутствие совокупности допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии в действи- ях подсудимого состава, вмененного ему преступления. Свидетельские показания были даны неутвердительно, а также исследованные в судебном разбирательстве заключения экспертов, согласно выводам которых, наркотических, психотропных веществ, прекурсоров обнаружено не было. В связи с этим прокурор пришел к выводу об отказе от предъявленного гражданину обвинения 1.

Заключение

Решением данного пробела может стать оформление отказа в форме заявления, оно является универсальным документом, с помощью которого государственный обвинитель может изложить свои мысли, доводы и требования, так как отказ от обвинения — это волеизъявление стороны, а не властное решение органа предварительного расследования или суда. Таким образом состязательная природа уголовного процесса не будет нарушена. В заявлении следует подробно излагать причины и доказательства, приведшие государственного обвинителя к такому решению. Хотя заявление часто носит “просительный” характер, его содержание в данном случае является императивным, так как УПК прямо говорит, что: «отказ влечет за собой прекращение уголовного дела (преследования) полностью или в части»2.

В связи с выявленным пробелом предлагается ч. 7 ст. 246 УПК РФ, дополнив ее положением об обязательном составлении государственным обвинителем письменного заявления. Так, отказавшись от обвинения прокурор «составляет письменное мотивированное заявление государственного обвинителя об отказе от обвинения». Подобная корректировка закона позволит унифицировать правоприменительную практику и обеспечить единообразие действий прокуроров при реализации данного полномочия.