Современное состояние нормативно-правового регулирования питания населения в Российской Федерации в контексте профилактики рисков неинфекционных заболеваний

Хайруллин Рустем Наилевич – заслуженный врач Республики Татарстан, действительный член (академик) Академии наук Республики Татарстан, доктор медицинских наук, генеральный директор (e-mail: ; тел.: 8 (943) 291-11-77; ORCID: .

Бадамшина Гульнара Галимяновна – доктор медицинских наук, директор НИИ Архитектуры здравоохранения; ведущий научный сотрудник (e-mail: ; тел.: 8 (919) 692-04-90; ORCID: .

Хафизов Артур Рафаэлевич – заместитель генерального директора по клинико-экспертной работе (e-mail: ; тел.: 8 (943) 291-11-77; ORCID: .

Макулова Лилия Зульфатовна – кандидат медицинских наук, заведующий терапевтическим отделением (e-mail: ; тел.: 8 (943) 291-11-77; ORCID: .

Решение проблемы организации здорового питания на сегодняшний день является комплексной медицинской, социально-экономической и политической задачей, находящейся в центре внимания Правительства РФ [1]. По данным ведущих ученых Федерального исследовательского центра питания, биотехнологии и безопасности пищи (ФГБУН «ФИЦ питания и биотехнологии»), академиков РАН В.А. Тутельяна и Д.Б. Никитюка, роль питания в формировании здоровья населения России и поддержании качества жизни, в профилактике социально значимых неинфекционных заболеваний является определяющей [1].

Анализ широкого спектра исследований, посвященных вопросам государственной политики в сфере питания [1–3] и региональных аспектов питания [4, 5], вопросам дефицита микроэлементов [6, 7] и диспаритета [8, 9], питания в экстремальных условиях [10] и разработки специализированных продуктов [11], позволяет выделить системные тезисы, раскрывающие многогранность вопросов, связанных с питанием населения страны.

Исходя из многочисленных данных исследователей, на протяжении последних десятилетий в России питание в первую очередь рассматривалось как ключевой фактор, влияющий на здоровье населения с позиции продовольственной безопасности. В условиях санкционных ограничений на протяжении последних десятилетий особенно актуальными были вопросы обеспечения продовольственной безопасности, требующие комплексного мониторинга качества продуктов и оценки влияния ограничений на способность производителей обеспечивать безопасность и доступность питания [12]. Ключевыми задачами в последние годы в основном являлись достижение продовольственного суверенитета (независимости от импорта), обеспечение экономической доступности продуктов для населения и гарантированность поставок продукции в необходимых объемах по всей территории страны.

Несмотря на значительные успехи в сфере достижения продовольственной независимости (адаптивность агропромышленного комплекса и политика им-портозамещения позволила России достичь самообеспеченности по основным продуктам питания на уровне 80–85 %, а объем сельскохозяйственного производства вырос более чем на 33 % за десятилетие [12]), результаты систематических эпидемиологических исследований состояния питания населения показывают, что в настоящее время существуют глобальные вызовы, характеризующиеся ростом распространенности среди населения избыточной массы тела, ожирения, отдельных форм неинфекционных заболе- ваний, связанных с питанием (сердечно-сосудистых, эндокринных, онкологических, метаболических), дефицита микронутриентов [1, 13].

По данным Министерства здравоохранения России, опубликованным Росстатом в 2025 г., в РФ наблюдается значительный рост первичной заболеваемости среди населения болезнями системы кровообращения (с 17,1 в 2000 г. до 38,7 в 2024 г. на тысячу населения); болезнями эндокринной системы, расстройствами питания и нарушениями обмена веществ (с 8,5 в 2000 г. до 16,6 в 2024 г. на тысячу населения); новообразованиями (с 8,4 в 2000 г. до 12,0 в 2024 г. на тысячу населения)1 и другими.

По данным Государственного доклада Роспотребнадзора «О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения …»2 к 2024 г. среди детей и подростков РФ растет заболеваемость ожирением (до 3,3 % в год) и сахарным диабетом 2-го типа (до 9,2 % в год). Во многих регионах, включая Республики Дагестан, Ингушетию, Чеченскую Республику, Татарстан и Башкортостан, сохраняются высокие показатели заболеваемости другими алиментарно-зависимыми болезнями, такими как анемия.

Рост бремени алиментарно-зависимых заболеваний (АЗЗ) актуализирует задачи, связанные с укреплением принципов здоровьесбережения и включением вопросов пищевой профилактики в систему долгосрочного планирования. Решение многогранной проблемы питания предполагает системный подход на уровне государственного регулирования. В связи с этим изучение законодательных основ, позволяющих оценить существующие механизмы организации питания населения и определить направления для совершенствования профилактики АЗЗ, является особенно актуальным.

Цель исследования – систематизация действующих нормативно-правовых и организационных механизмов регулирования питания в Российской Федерации и выявление ключевых вызовов, препятствующих их оптимальной реализации.

Материалы и методы. Материал исследования составили нормативно-правовые акты и стратегические документы Российской Федерации в сфере питания, продовольственной безопасности и здоровьесбережения; официальные статистические данные и государственные доклады; научные публикации (обзорные статьи, оригинальные исследования, аналитические отчеты), отражающие современные данные о состоянии питания, структуре алиментарно-зависимой патологии и региональные особенности пищевого поведения населения России. Поиск публикаций за период 2016–2025 гг. проводился в российских научных электронных библио- теках и международных базах данных с использованием ключевых слов: «питание», «продовольственная безопасность», «здоровьесбережение», «алиментарно-зависимые заболевания», «нормативно-правовое регулирование».

Поиск нормативно-правовых документов осуществлялся в справочно-правовых системах «Кон-сультантПлюс» и «Гарант», а также на официальных порталах Правительства РФ, Роспотребнадзора и Минздрава России. Глубина поиска охватила период с 2000 по 2025 г. для обеспечения преемственности анализа. Отбор ключевых документов проводился по принципу их влияния на формирование системы управления рисками, связанными с питанием.

Результаты и их обсуждение. Базовым документом, регулирующим основы в сфере питания населения в РФ к 2026 г., остается Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации³ (далее – Доктрина).

В некоторой степени отличаясь от предыдущей редакции4, современная Доктрина напрямую связывает цели продовольственной безопасности (продовольственная независимость, экономическая и физическая доступность) со стратегическими национальными приоритетами, включающими повышение качества жизни и реализацию права населения на здоровье. Тем самым к 2026 г. понятие продовольственной безопасности расширяется, включая в себя не только доступность безопасной пищевой продукции; для укрепления здоровья населения возрастает роль изучения качества пищевой продукции.

Анализ Доктрины и стратегических документов5, развивающих ее положения, выявляет системные направления интеграции вопросов питания в государственную политику, формирующие основу для профилактики алиментарно-зависимой патологии. В действующей системе регулирования наряду с обеспечением физической доступности продуктов уделяется внимание контролю их качества и безопасности. Предусмотрено дополнение традиционных количественных индикаторов самообеспеченности базовыми продуктами качественными критериями, среди которых ключевое место занимает контроль за безопасностью и потребительски- ми свойствами пищевой продукции, включая ее соответствие санитарно-гигиеническим и эпидемиологическим нормативам, что соотносится с медикопрофилактическими задачами. Одновременно происходит закрепление здорового питания как стратегического приоритета, предусматривающего комплекс мер по стимулированию промышленного выпуска обогащенной, специализированной и диетической пищевой продукции, реализации образовательных, просветительских программ и созданию экономических условий для производителей, выпускающих продукцию с оптимизированным составом.

Система управления риском развития алиментарно-зависимых заболеваний (АЗЗ), в некоторой степени обозначенная в Доктрине, обеспечивается посредством реализации комплекса механизмов, включающих нормативно-правовое регулирование, системный мониторинг качества и безопасности пищевой продукции, целевую государственную поддержку агропромышленного комплекса и налаженное межведомственное взаимодействие между структурами, ответственными за сельское хозяйство, промышленность, торговлю и охрану общественного здоровья.

Питание, являясь ключевым модифицируемым фактором риска развития хронических неинфекционных заболеваний (НИЗ) [7, 9], является объектом системного государственного нормативно-правового регулирования. В России и странах Евразийского экономического союза (ЕАЭС) регулирование строится на создании единых обязательных требований к пищевой продукции, итоговая цель которых – охрана здоровья населения через обеспечение безопасности, качества и доступности продуктов питания, принципов, подчеркнутых в «Стратегии формирования здорового образа жизни…, действующей до 2025 года»6. Основу данного подхода, обозначенного законодательно7, составляют Технические регламенты ЕАЭС (ТР ЕАЭС) (далее – Технические регламенты), которые устанавливают нормативы по содержанию: микроорганизмов, тяжелых металлов, пестицидов, антибиотиков, регламентируют использование пищевых добавок и других показателей.

Определение показателей, обозначенных в Технических регламентах позволяет выявить небезопасную продукцию и обеспечить профилактику НИЗ, так, ограничивая поступление в организм контаминантов и избыточного количества соли, сахара, насыщенных жиров, чья роль доказана в патогенезе сердечно-сосудистых, онкологических заболеваний и диабета, в некоторой степени удалось снизить показатели заболеваемости [7, 9, 14].

Национальное законодательство (прежде всего Федеральные законы № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов8 и № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населе-ния»9) детализирует и реализует требования на территории России. Важным элементом является гармонизация национальных стандартов (ГОСТ) с нормами ТР ЕАЭС. Указанное создает гибкую систему, которая, с одной стороны, гарантирует базовую безопасность, а с другой – через стандарты более высокого уровня – стимулирует производителей улучшать качество продукции, что напрямую работает на цели здоровьесбережения. Современная регуляторная среда формируется в условиях внешних вызовов. Как отмечают исследователи, санкционные ограничения требуют от системы не только поддержания базовой безопасности, но и обеспечения устойчивости цепочек поставок и доступности питания [12], что повышает значимость национальных стандартов и их гармонизации с нормами ЕАЭС.

Системный мониторинг качества и безопасности пищевой продукции является приоритетным направлением для обеспечения качества и безопасности пищевой продукции, здорового питания и охраны здоровья населения и осуществляется с целью разработки мер по предотвращению поступления на потребительский рынок и оборота на нем некачественной и опасной для здоровья пищевой продукции. Для осуществления системного мониторинга качества и безопасности пищевой продукции¹⁰ используются данные проверок Роспотребнадзора и Россельхознадзора; сведения из государственных информационных систем; информация от международных организаций и стран ЕАЭС; результаты научных исследований.

Основными источниками данных в рамках государственного мониторинга безопасности и качества пищевых продуктов в России также являются данные государственной системы социально-гигиенического мониторинга11; сведения федерального и отраслевого статистического наблюдения; данные Государственного информационного ресурса в сфере защиты прав потребителей (ГИР ЗПП); результаты исследований пищевой продукции; материалы научных исследований; а также данные внутренней локальной системы безопасности на конкретном пищевом предприятии, основанной на методе анализа опасностей и критических контрольных точек (ХАССП).

Современная контрольно-надзорная деятельность в сфере оборота пищевой продукции, осуществляемая органами, строится на принципах риск-ориентированного подхода, что позволяет концентрировать ресурсы на объектах пищевой, сельскохозяйственной промышленности, предприятий, реализующих пищевую продукцию с наибольшим эпидемиологическим риском.

Роспотребнадзор отвечает за санитарно-эпидемиологический контроль готовой продукции и ее маркировки. Россельхознадзор обеспечивает безопасность сырья, контролируя остатки ветеринарных препаратов и агрохимикатов. В то же время контроль в сфере оборота пищевой продукции осуществляется через более распределенную систему надзора, которая также включает органы Рос-стандарта, Министерства здравоохранения и Министерства сельского хозяйства и другие. Росстандарт формирует инфраструктуру оценки достоверности, аккредитуя лаборатории и координируя стандартизацию в сфере анализа соответствия пищевой продукции требованиям технического регулирования и санитарно-эпидемиологического законодательст-ва7,9. Согласованность действий контрольных ведомств с Минздравом (разработка рекомендаций по здоровому питанию и нормативов), Минсельхозом (регулирование производства сырья) и Минпромторгом (развитие пищевой промышленности) создает комплексную основу для управления рисками АЗЗ.

Для профилактики неинфекционных и инфекционных заболеваний, связанных с пищевым путем передачи, наряду с выборочным лабораторным мониторингом ключевых показателей безопасности, активно внедряются и применяются цифровые инструменты, обеспечивающие сквозную прослеживаемость всей цепочки жизненного цикла пищевого продукта. Так, система электронной ветеринарной сертификации «Меркурий» позволяет отслеживать путь сырья животного происхождения на всех этапах – от производства до реализации, что является важным элементом предупреждения биологических угроз и обеспечения эпидемиологической безопасности. В свою очередь национальная система маркировки «Честный знак», обязательная для ряда категорий продуктов, играет значимую роль в борьбе с фальсификатом. Независимые исследования товаров осуществляются национальной системой мониторинга качества «Роскачество» («Российская система качества»)12, определение легальности алкогольной продукции возможно с использованием мобильного приложения «АнтиКонтрафакт Алко».

Государственная поддержка производства качественного сырья и политика здорового питания сосредоточена на прямом субсидировании, льготном кредитовании и страховании сельхозпроизводителей, что направлено на обеспечение рынка доступным качественным сырьем. Однако эффективность этой финансовой поддержки напрямую зависит от ее научного и стратегического обеспечения. Для взаимодействия научного сообщества, бизнеса и государства с целью интеграции потенциала научных и образовательных учреждений в сфере медицины и агропромышленного комплекса и координации совместной деятельности в соответствии с задачами и приоритетами государственной научно-технической поддержки и Стратегии научно-технологического развития РФ13 в сентябре 2021 г. под эгидой РАН на базе ФГБУН «ФИЦ питания и биотехнологии» создан Консорциум «Здо-ровьесбережение, питание, демография», включаю-щий14 82 организации.

Для решения проблемы сохранения здоровья, увеличения продолжительности и улучшения качества жизни в РФ также внедряется многоуровневая система образовательных программ для населения в области питания. В соответствии со Стратегией формирования здорового образа жизни населения, профилактики и контроля неинфекционных заболеваний на период до 2025 г.15, совместными усилиями сотрудников различных ведомств разработаны и утверждены программы по вопросам здорового пи-тания16, направленные на снижение распространенности неинфекционных АЗЗ, основанные на соблюдении норм физиологических потребностей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Российской Федерации17. На территории пяти федеральных округов созданы образовательные центры «Здоровое питание». На территории субъектов также функционируют информационнометодические центры, реализующие задачи в области здорового питания. Например, на территории Республики Татарстан действует Казанский информационно-методический центр оздоровительного питания18.

В настоящее время предусмотрен широкий комплекс мероприятий, объединяющий усилия организаций различных сфер экономики и направленный на реализацию профилактических мер в области здорового питания населения, а также на предупреждение развития АЗЗ. Научное обеспечение политики признано ключевым фактором для дости- жения национальных целей, таких как увеличение ожидаемой продолжительности жизни до 78 лет к 2030 г., что отражено в Доктрине продовольственной безопасности и Стратегии повышения качества пищевой продукции [1].

Одним из инструментов реализации данного подхода становится разработка Стратегии научного обеспечения реализации государственной политики в области оптимизации питания населения. Ее ключевыми задачами являются ускорение внедрения инновационных здоровьесберегающих технологий, включая раннюю диагностику и профилактику АЗЗ, а также оптимизация питания населения через внедрение принципов рационального питания [15], производство функциональных и специализированных пищевых продуктов питания в Российской Федерации, внедрение и распространение образовательных программ по здоровому питанию.

Отдельные меры государства стимулируют производство продуктов с улучшенными характеристиками: поддержка агростартапов, развитие органического земледелия, субсидии на научные разработки19. Указанное создает предпосылки для решения проблемы дефицита микроэлементов и разработки специализированных продуктов [6, 11], а также расширения ассортимента продуктов, способствующих здоровому рациону.

Системный подход к управлению алиментарными рисками находит практическое воплощение в рамках национальных проектов. Федеральный проект «Формирование системы мотивации граждан к здоровому образу жизни» (в составе национального проекта «Демография», 2019–2024 гг.) позволил получить значимые результаты. Ключевыми из них стали: масштабный мониторинг пищевого поведения 675 тыс. школьников, выявивший позитивные сдвиги (снижение потребления сахара на 5,7 % и доли детей, досаливающих пищу, на 1,4 %), а также трехкратный рост (с 30 до 75 %) доли россиян, позитивно оценивающих здоровое питание20.

В настоящее время стратегическая работа сосредоточена в рамках национального проекта «Продолжительная и активная жизнь» (федеральный проект «Здоровье для каждого»)21. Важными на- правлениями проекта являются персонализация и цифровизация мероприятий профилактики неинфекционных заболеваний. Направления включают: разработку индивидуальных рекомендаций по питанию в Центрах здоровья; широкую популяризацию через мобильное приложение «Здоровое питание» с системой цветовой индикации («Светофор»); проведение углубленных исследований рационов с учетом региональных особенностей; создание единого информационно-аналитического ресурса для мониторинга питания различных групп населения. Данные меры нацелены на достижение конкретных медико-демографических показателей: увеличение доли граждан, приверженных здоровому образу жизни, в 1,5 раза и повышение ожидаемой продолжительности здоровой жизни к 2030 г.

Национальные проекты становятся основным операционным инструментом трансляции нормативных и стратегических установок в область практического здравоохранения и формирования здоровьесберегающей среды. Возрастает роль региональных местных медицинских организаций, осуществляющих персонализированный подход к профилактике АЗЗ с учетом индивидуальных особенностей жителей региона, их традиций, пищевой культуры региона.

Проведенный анализ свидетельствует о формировании комплексного подхода в государственной политике Российской Федерации в сфере питания, объединяющего задачи продовольственной безопасности и управление качеством питания для профилактики неинфекционных заболеваний. Формируемый регуляторный механизм, включающий техническое регулирование в рамках ЕАЭС, риск-ориенти-рованный надзор, финансовую поддержку АПК, межведомственную координацию и цифровизацию, создает основу для профилактики АЗЗ [1, 15]. Данный подход соответствует современным научным представлениям в области общественного здоровья, связанным с усилением внимания к качеству питания как фактору профилактики заболеваний, что подтверждается результатами научных исследований [3, 9] и стратегическими документами Всемирной организации здравоохранения, в частности програм- мой реализации на 2023–2030 гг. Глобального плана действий по профилактике неинфекционных заболеваний (НИЗ) и борьбе с ними22. Соблюдение принципов, норм и ориентиров, обозначенных в стратегических документах России, согласно данным представителей Государственной думы РФ от января 2026 г., позволило полностью обеспечить продуктами собственного производства по основным направлениям23. В то же время доступность безопасной пищевой продукции для населения привела к избыточному употреблению пищевой продукции, роль которой доказана в формировании хронической неинфекционной патологии [13, 16].

Непосредственным ответом на рост алиментарно-зависимой патологии стало развитие целевых государственных программ. Ярким примером является федеральный проект «Борьба с сахарным диабетом», реализуемый с 2023 г., в рамках которого создаются региональные эндокринологические центры, школы для пациентов и внедряются цифровые технологии дистанционного мониторинга [14]. Указанное демонстрирует переход от стратегических деклараций к конкретным мерам, нацеленным на управление ключевыми нозологиями.

Однако реализация данной модели сталкивается с рядом вызовов, что подтверждается данными современных научных исследований. Так, несмотря на развитие центров, осуществляющих популяризацию здорового питания среди населения, исследователями показан структурный дисбаланс питания как ключевой детерминанты роста НИЗ [1, 4, 6, 14, 17–20]. Несмотря на успехи в обеспечении продовольственного суверенитета, сохраняется общенациональная модель нерационального потребления, характеризующаяся превышенным употреблением мяса (+20,8 %) и сахара (+33 %) на фоне дефицита овощей (-25 %), фруктов (-27,3 %) и молока (-16,1 %) [7, 9, 17]. Этот дисбаланс ведет к «скрытому голоду» – дефициту микроэлементов (цинк, селен) и пищевых волокон [6, 7, 18], и является прямой причиной высокой распространенности избыточного веса, ожирения и других АЗЗ [1, 7, 21]. Неопровержимым доказательством связи служит рост общей заболеваемости взрослого населения болезнями эндокринной системы на 16,6 % за 2018–2023 гг., в первую очередь за счет сахарного диабета 2-го типа и ожирения [14]. Проблема усугубляется массовым потреблением ультраперерабо-танных продуктов, долгосрочные риски комплексного воздействия технологических добавок в кото- рых требуют тщательной оценки24 [13, 16, 19, 22, 23]. В связи с чем возрастает необходимость регулирования ультрапереработанных пищевых продуктов с предварительной оценкой влияния на организм их отдельных категорий (мясных изделий, полуфабрикатов, закусок, снеков, продуктов быстрого питания).

На макроуровне питание выступает не только элементом национальной безопасности, но и фактором социального неравенства [5, 24]. Несмотря на регулирование диспаритетов в сфере питания через социальные программы и контроль цен, на сегодняшний день по-прежнему сохраняется неравенство в формировании пищевого поведения различных групп населения. Рядом авторов не только обозначено социальное неравенство в доступности безопасного и здорового питания [5, 8, 25–31], но и отмечены устойчивые диспаритеты между городом и селом, между регионами с разным типом экономики («вывозящие», «завозящие», «сбалансированные») и экологии [8, 25, 26]. Так, в аграрных регионах, таких как Алтайский край, особенно в сельской местности, структурный дисбаланс рациона сочетается с высоким уровнем нитратного загрязнения овощной продукции, создавая кумулятивный негативный эффект на здоровье [28]. В удаленных и северных регионах, например в Арктике, вероятно, целесообразны дифференцированные меры, учитывающие не только дефицитный дисбаланс (йод, витамины группы B), но и риски избыточного потребления (например, витамина А у населения Якутии), а также поддержку традиционных пищевых моделей, адаптированных к экстремальным условиям [29–31]. Региональные различия в структуре питания населения носят сложный и неоднородный характер, что подтверждается данными исследований, в которых регионы сравнивали и группировали по схожим признакам с помощью математических методов [25].

В связи с этим, несмотря на существующие механизмы поддержки удаленных регионов, целесообразна углубленная интеграция результатов региональных исследований рационов [32] и особенностей питания в экстремальных условиях [10] в практику Центров здоровья и федеральных проектов.

Другой проблемой, связанной с питанием, несмотря на существующие меры поддержки, в настоящее время является разрыв при организации питания населения между знанием норм здорового питания и их повседневным соблюдением, а также использование непроверенных источников информации и экономически вынужденный выбор менее полезных продуктов. Исследователями показан поведенческий разрыв при организации питания [17, 25, 32–34]. Эмпирические исследования последовательно выявляют разрыв между знанием норм здорового питания и их повседневным соблюдением [32, 33]. Данные социологических опросов подтверждают, что, несмотря на интерес 62,7 % граждан к информации о здоровом образе жизни, принципов здорового питания на постоянной основе придерживаются лишь 18,7 % [17]. Для трех четвертей взрослого населения России характерен нерациональный режим питания, сопряженный с использованием непроверенных источников информации и экономически вынужденным выбором менее полезных продуктов [34]. Указанное свидетельствует о необходимости учета персонализированного подхода, подтверждает роль медицинских организаций в популяризации здорового питания и обозначает необходимость участия нутрициолога в профилактике АЗЗ.

Поддержка уязвимых групп населения с особыми потребностями (различных профессиональных групп, лиц с нарушением всасывания, целиакией) на сегодняшний день осуществляется применением специализированных продуктов [11, 35, 36]. Эффективность мер, ориентированных на обогащенные и специализированные продукты, тесно связана с решением проблемы экономической доступности здорового питания для всех слоев населения [8, 27]. В рамках государственных заданий активно ведутся исследования по созданию продуктов персонализированного, лечебного и функционального питания, включая разработки для пациентов с пищевой аллергией и для коррекции неалкогольной жировой болезни печени [15, 37, 38]. Практическим итогом интеграции науки и производства становятся конкретные продукты, такие как хлебобулочные изделия с низким гликемическим индексом, детское питание с пониженным содержанием сахара или продукты-аналоги с заданным нутриентным профилем [39]. Данный тренд соответствует общемировой практике, где реализация национальных программ по разработке функциональных пищевых продуктов и БАД привела к их широкому использованию для укрепления здоровья населением развитых стран [40]. В Японии, Англии, США, Германии и Франции действуют госпрограммы по оздоровлению населения через производство обогащенных продуктов, используются для укрепления здоровья БАДы и функциональные продукты25.

Дальнейшее развитие системы здорового питания в России, вероятно, будет связано с углублением персонализированной нутрициологии, обеспечивающей адресность мер для разных регионов и групп населения (сельские и низкодоходные группы, северные регионы, уязвимые группы с особыми потребностями) [35, 36], масштабирования успешных управленческих моделей, основанных на межведомственном взаимодействии по примеру специализированных кластеров [39], и непрерывного развития цифровых инструментов мониторинга, прослеживаемости, таких как «Честный ЗНАК», «Меркурий», и персонализации рекомендаций [2, 41].

Одной из таких перспективных моделей может стать формирование специализированных кластеров, интегрирующих науку, производство и государственное управление. Успешный опыт Беларуси, где функционирует кластер «Республиканский центр технологий здорового питания», демонстрирует эффективность такого подхода для координации научно-исследовательской работы, создания инновационных продуктов и ускоренного внедрения разработок в реальный сектор экономики [39]. Адаптация подобной модели способна усилить синергию между участниками Консорциума «Здоровьесбережение, питание, демография», научными институтами, производителями и регуляторами в России.

Консолидация усилий на различных уровнях позволит обеспечить население функционально полноценной и безопасной пищей, превратив питание в действенную инвестицию в здоровье нации и устойчивое развитие страны. Необходимость активной роли государства в этом процессе подтверждается негативным опытом стран со слабой поддержкой. Например, в Республике Бурунди отсутствие определенных мер является ключевым барьером для обеспечения населения функциональными продуктами [42], что в некоторой степени подчеркивает стратегическую обоснованность избранного в России курса на прямое участие и регулирование.

По мнению авторов, для перехода от констатации проблем к их системному решению [11, 15, 19, 28, 35, 43–46] необходима интеграция усилий государства, науки и бизнеса по углублению исследований в области нутригенетики, изучения нутриома и микробиома [15, 47]; разработке и внедрению инноваций: биофортификации сельхозкультур, созданию обогащенных и специализированных продуктов (включая безглютеновые) для коррекции дефицитов [11, 15, 43]; изучению и применению растительных добавок для модификации функциональных свойств пищевых матриц [44]; развитию цифровой нутрициологии [1, 48] и созданию системы мониторинга рисков от технологических добавок [19].

Обозначена необходимость реализации адаптированных региональных программ, подобных многоэтапному алгоритму в Саратовской области, сочетающему контроль, анализ рисков, просвеще- ние и стимулирование производства [45], с обязательным включением компонента мониторинга безопасности продукции (нитраты, пестициды) для аграрных регионов [28]; масштабирования успешной модели межведомственного и межотраслевого взаимодействия через Консорциум «Здоровьесбере-жение, питание, демография» [15]; развития логистики и поддержки локального производства в удаленных и зависимых от ввоза регионах для снижения уязвимости [46].

Исследователями обозначена необходимость перехода к персонализированному профилактическому подходу на уровне первичного звена здравоохранения с учетом пищевых культурных традиций региона. Внедрение поведенчески ориентированных мер, направленных на формирование навыков осознанного потребительского выбора, включая критическое отношение к источникам информации о питании и специализированным добавкам [49, 50].

Выводы. Выявлено формирование комплексного подхода, объединяющего задачи продовольственной безопасности и управление качеством питания для профилактики неинфекционных заболеваний. Управление качеством питания как ключевым фактором профилактики АЗЗ и демографического благополучия реализуется через комплекс мер, включающих техническое регулирование в рамках ЕАЭС, риск-ориентированный надзор, финансовую поддержку агропромышленного комплекса и межведомственную координацию. Формируемый регуляторный каркас создает основу для объединения усилий государства, науки и бизнеса в целях формирования здорового питания населения.

Наблюдаемые изменения в данной сфере согласуются с современными подходами в области общественного здоровья, где питание рассматривается как одна из важнейших модифицируемых детерминант здоровья. В России активно интегрируются передовые научные подходы, что подтверждается растущим вниманием к нутригенетике, изучению нутриома и микробиома, а также поддержкой разработки специализированных и обогащенных пищевых продуктов.

Реализация модели сталкивается с рядом вызовов многомерного характера, включающих социально-экономические, географические и поведенческие аспекты. На макроуровне сохраняются устойчивые диспаритеты между регионами, обусловливающими социальное неравенство населения при выборе питания. На микроуровне структурный дисбаланс рациона (избыток сахара, жиров, соли, дефицит ово- щей, фруктов, микронутриентов) напрямую обусловливает у населения высокую распространенность избыточного веса, ожирения, сердечно-сосудистых заболеваний и других алиментарно-зависимых болезней. Ключевым препятствием реализации мер, направленных на профилактику неинфекционных заболеваний, связанных с питанием, является поведенческий разрыв между знанием норм здорового питания и их повседневным соблюдением, усугубляемый ростом потребления ультрапереработан-ных продуктов.

Для преодоления вызовов и перехода от констатации проблем к их системному решению необходима дальнейшая консолидация усилий на следующих приоритетных направлениях:

– научно-технологическое – углубление исследований в области нутрициологии, нутригенети-ки, изучения нутриома и микробиома; безопасности пищевых добавок; разработка и внедрение инноваций, таких как биофортификация, создание специализированных и обогащенных продуктов;

– управленческое – развитие межсекторального сотрудничества через Консорциум «Здоровьесбе-режение, питание, демография», внедрение адаптированных региональных программ, сочетающих контроль качества, анализ рисков, просвещение и поддержку локального производства;

– коммуникационно-поведенческое – переход к персонализированному профилактическому подходу на уровне первичного звена здравоохранения; внедрение коммуникационных стратегий и образовательных программ, разработанных с учетом пищевых традиций и региональных особенностей населения, формирующих навыки осознанного потребительского выбора и критической оценки информации.

Таким образом, обеспечение населения функционально полноценной и безопасной пищей представляет собой комплексную инвестицию в здоровье нации и устойчивое развитие страны. Достижение цели требует последовательной реализации скоординированной стратегии, основанной на тесной кооперации государства, науки и бизнеса на всех уровнях – от федерального до индивидуального.

Финансирование. Финансовая поддержка предоставлена Фондом науки и технологий Республики Татарстан. Публикация выполнена в рамках реализации проекта на базе ГАУЗ «Межрегиональный клинико-диагностический центр» Минздрава Республики Татарстан.