Старомонгольская надпись у второго (малого) Сульфатского озера на севере Хакасии как свидетельство межкультурных контактов в регионе в средневековье и новое время

Письменная история Южной Сибири раннего и развитого Средневековья представлена многочисленными руническими текстами на скалах, курганных плитах, стелах и др., а позднего Средневековья – начала Нового времени – очень малым количеством наскальных эпиграфических памятников монгольского письма. На юге среднего Енисея, несмотря на периодическое вхождение данной территории в состав разных монгольских государств – Чингисхана, Алтын-хана, Эсен-хана, Джунгарии и бурятских князей, известны только фрагментарно сохранившиеся Абаканская монгольская писаница (выполнена черной краской), датируемая Н.И. Поповым XVI–XVII вв., а также строки монгольского письма на Шалаболин-ской (красной краской) и Тесинской (черной краской) писаницах [Попов, 1874]. Сведения Н.И. Попова об этих надписях приводил в своей публикации Э.Р. Рыгдылон [1951]. Надписи Шалаболинской писаницы уже в наши дни осмотрел канд. ист. наук Д.Д. Васильев. Интересно, что на этой писанице, кроме монгольского текста, имеется также несколько иероглифов.

В целом, монгольские надписи на скальных поверхностях в Южной Сибири и самой Монголии встречаются очень редко, а выполненные выбивкой или в технике прорезания по камню вообще не были известны до настоящего времени. Такая ситуация серьезно затрудняет выявление роли межкультурных контактов в становлении и развитии социумов Южной Сибири в Средневековье и Новое время. Поэтому важен каждый вновь открытый подобный памятник. Цель данной статьи – ввести в научный оборот сведения о памятнике с предположительно старомонгольской надписью, выполненной в технике прорезания на скальном выходе в северной части Хакасии. Задачами нашего исследования являются составление характеристики условий размещения надписи, оценка ее со стояния, прочтение и историко-культурная интерпретация, детализация сопутствующих изображений людей и животных, определение хронологии письменных материалов и изображений данного редкого памятника истории региона.

Условия размещения надписи

Во время осмотра поверхности мощного выхода девонского песчаника типичного красноватого цвета, находящегося на восточном крутом склоне (точнее обрыве) горной гряды, которая тянется к С от южной оконечности горы Сулек до северного берега оз. Учум, около Второго (Малого) Сульфатского озера, нами по предложению Н.В. Леонтьева были также осмотрены наскальная надпись – текст, выполненный предположительно старомонгольским письмом, а также разновременные петроглифы.

Памятник расположен в 800 м от юго-западной кромки берега Второго Сульфатского озера на территории Орджоникидзевского р-на Республики Хакасии – в местах проживания современных кызыльцев. Добраться до места нахождения памятника, если двигаться со стороны горы Сулек, можно по проселочной дороге вдоль края поля, справа от которого находятся Первое и Второе Сульфатские озера, слева – горная гряда. При беглом взгляде снизу поверхность скального выхода у Второго Сульфатского озера кажется настолько сильно разрушенной, что на ней не может быть каких-либо петроглифов. Однако при ближайшем рассмотрении здесь обнаруживаются, хотя и небольшие, вертикальные плоско сти (фризы) разных размеров. На двух из них имеются надпись и иные петроглифы (рис. 1). Перед этой плоскостью находится площадка шириной ок. 1,8 м, удобная для работы с наскальными изображениями. На высоте ок. 3 м над площадкой имеется небольшой каменный козырек (навес). Под ним – две обращенные на В плоскости с несколькими наскальными композициями (рис. 2).

Состояние надписи

Текст, как и часть имеющихся здесь иных изображений, находится на высоте ок. 0,3 м от уровня указанной площадки, на нижней вертикальной поверхности слоя девонского песчаника с заметным солнечным (пустынным) загаром. Фриз, общая длина которого ок. 2,2 м, ширина – до 0,24 м, состоит из пяти частей, разделенных вертикальными трещинами (рис. 3). Фактура поверхности на разных участках не одина-

Рис. 1 . Общий вид места нахождения надписи и изображений у разрыва скального обнажения у Второго (Малого) Сульфатского озера. а – нижний фриз; б – верхний.

б

а

а

■Паа как минимум, 14 вертикально расположенных

кова: в левой части она более шероховатая и твердая, в правой – мягкая и ровная. Ниже и выше этого слоя проходят слои искрошенного девонского песчаника, не пригодные для создания петроглифов.

Текст состоит из знаков, которые образуют, строк высотой до 18 см. В старомонгольской письменности строки пишутся сверху вниз, слева направо. Размещение знаков изучаемой надписи соответствует этой особенности письма. Знаки, как и имеющиеся здесь другие изображения, выполнены резными линиями в технике тонкой гравировки и процарапывания. Ширина и глубина линий в среднем несколько более 1 мм. Одни линии черные, т.к. покрыты внутри красящим веществом (краска), другие остались в первоначальном виде – светлые. Сохранность знаков надписи разная – зависит от глубины и толщины линий. С учетом морфологии самого фриза и особенностей исполнения знаки надписи могут быть разделены на три группы (части).

Группа 1 – достаточно отчетливо фиксирующиеся четыре строки, обособленные от остальных вертикальной трещиной (рис. 4). Находится в правой части третьей слева плоскости 3. Группа 2 – несколько вертикальных строк, выполненных очень тонкими

Рис. 3 . Плоскости нижнего фриза.

Рис. 2 . Место расположения рисунков и надписи. а – нижний фриз; б – верхний.

и неглубокими линиями и потому плохо фиксирующихся. Несколько лучше других в ней заметны две строки (рис. 5, а ). Расположена справа от группы 1 в левой части плоскости 4. Группа 3 – крайние правые семь строк, явно образующие отдельную группу, т.к. отстоят на несколько сантиметров от правой части группы 2 и вырезаны несколько более глубокими и широкими линиями (рис. 5, б ).

Следует отметить особенности состояния частей надписи. Левая часть, состоящая из четырех вертикальных строк, выглядит как будто свежей, почти без загара. Центральная и верхняя половина правой

Рис. 4 . Прорисовка крайних левых четырех строк надписи в правой части третьей слева плоскости.

Рис. 5 . Прорисовка отдельных строк надписи справа от знаков группы 1 в левой части плоскости 4 ( а ) и семи крайних правых строк надписи ( б ).

части надписи очень темные, едва заметные; только в нижней зоне этой части знаки выглядят так же свежо, как в левой. Две крайние правые строки в правой части надписи короче остальных пяти. На некоторых участках поверхности знаки надписи трудно отличить от слабых борозд естественного происхождения.

Состояние изображений людей, животных и тамг

На нижнем фризе вместе с надписью находятся изображения всадников (два из них с непропорционально крупными круглыми головами), а также лошадей и верблюда. Фигуры выполнены в прорезной технике тонкими неглубокими линиями. Композиция человека с верблюдом, вероятно, не прорезана, а слегка процарапана острым предметом.

Наибольшее количество изображений людей и животных имеется на пло ско сти 3, слева от надписи (рис. 6). В верхней части композиции изображен всадник, сидящий на лошади в обычной позе, около пояса у него показан, видимо, колчан, а на голове – предположительно шлем; у лошади с неестественно удлиненным туловищем и торчащими ушами распущенный хвост (рис. 6, 1). Чуть ниже – фигура всадника в головным уборе, напоминающем перевернутую шляпку гриба; у лошади с распущенным хвостом выделены уши (рис. 6, 2). Под лошадью верхнего всадника изображены голова и часть туловища человека (рис. 6, 3). Ниже находится изображение лошади ставляется возможным. Поверх знаков группы 2 надписи выполнены тонкие резные линии; они, вероятно, близки по времени к этим фигуративным изображениям, но не составляют с ними композицию.

Изображения людей и животных практически не затрагивают надпись; возможно, они иллюстрируют ее содержание. Черной краской выделены только линии голов трех человек и туловища одного из коней.

Для изображений на нижнем фризе характерны пересечения под прямым углом прямых или близких к ним линий. Это позволяет говорить о геометрическом стиле, широко известном в петроглифике Байкальского региона [Мельникова, Николаев, 2006, с. 276–277, рис. 9, 10]. Таким образом, теперь и на территории Хакасии известен аналогичный изобразительный стиль.

На верхнем фризе выбиты, вероятно, три тамги – две в виде цифры 8 (или песочных часов, но с заостренными углами) и одна в форме круга с вертикальным язычком внутри. Ниже тамг имеется неопределимое изображение. Эти рисунки в целом кажутся древними. Однако самая левая из тамг выглядит более светлой, с непропорционально длинным туловищем, выделенными ушами и седлом (рис. 6, 4). В правой части композиции снизу показана лошадь с распущенным хвостом, у нее выделены уши (рис. 6, 5).

На плоскости 1 представлена композиция – всадник в шлеме и с луком у пояса ведет за собой в поводу, видимо, двугорбого верблюда, горбы которого непропорционально малы, но четко обозначены (рис. 7). Тонкими прорезанными линиями изображена фигура в виде двойного круга; интерпретировать ее пока не пред-

Рис. 7 . Прорисовка отдельного изображения всадника, ведущего в поводу двугорбого верблюда.

Рис. 6 . Прорисовки изображений людей и лошадей на нижнем фризе.

1 – всадник в шлеме с колчаном; 2 – всадник в головном уборе в виде перевернутой шляпки гриба; 3 – голова и часть туловища человека; 4 – изображение лошади; 5 – бесформенная и трудно различимая композиция.

свежей, ее линии неглубокие. Такие тамги не имеют аналогов среди обнаруженных в данном регионе и относящихся к Средневековью и Новому времени [Кыз-ласов, Леонтьев, 1980, с. 22, 27], но известны в Горном Алтае [Ямаева, 1999]. При создании петроглифов на верхнем фризе памятника краска не использовалась.

Прочтение и интерпретация надписи

Заведующим отделом истории Института востоковедения РАН Д.Д. Васильевым для этой статьи были предложены два варианта перевода содержания надписи со старомонгольского на современный монгольский язык. Первый вариант перевода начальной части надписи (группа 1): Могой жилийн овлийн дунд сарин хорин нэгний одор … Второй вариант: Эжину жил унгурлe моритону сарын хорин нэгний едур. Оба варианта одинаковы по смыслу: В год Змеи (в другом варианте – в год Собаки ) во второй зимний месяц, в 21-й день ... Остальные графемы только предположительно могут относиться к разрозненным словам, которые в переводе с монгольского означают: хозяин , прошло , всадник , дать , скот , степь ( тало ). Часть слов не удается прочитать из-за слабой визуализации знаков. Нельзя разобрать также имя автора. Работа по уточнению текста осложнена тем, что в монгольской письменности, включая ойратское тодо бичиг ясное письмо , многие графемы имеют три варианта начертания в зависимости от положения в слове (начальное, среднее и конечное).

Первая часть надписи*, прочитанная быстро, определенно старомонгольская. Прочтение второй и третьей частей вызвало трудности в определении языка. Некоторые слова в них удало сь разобрать, но они записаны, скорее всего, с использованием уйгуро-монгольской письменности. Одна из особенностей надписи – употребление широко представленной в раннесредневековых тюркских письменных памятниках глагольной основы biti – писать и образованного от нее имени существительного bitig – письмо: надпись в фонетической форме bići-, bićig- [Тугу-шева, Кляшторный, Кубарев, 2014, c. 81]. В средней части изучаемой надписи отчетливо читалось слово битидим. Это позволило предположить, что текст тюркский, но выполнен в графике другого письма. Подобное встречено в монгольских надписях на скалах Горного Алтая – тюркский (алтайский) текст записан на стеле монгольским письмом. В нем удалось выявить отдельные тюркские слова и лексиче ские блоки [Васильев, Кара, 2001; Тугушева, Кляшторный, Кубарев, 2014]. По скольку графика несколько меня- ет вид слова и не передает некоторые не соответствующие монгольской орфографии буквы, нужно искать близкие по звучанию иноязычные слова, в первую очередь в тюркской языковой среде. Несмотря на отсутствие полного перевода всех частей надписи, имеющихся материалов достаточно для вывода о том, что мы имеем дело не с ойратским тодо бичиг ясное письмо, а с каким-то иным, но определенно старомонгольским письмом.

Хронология надписи и изображений

Относительная хронология надписи и других изображений определяются с учетом их взаимного расположения на скальных плоскостях, различий в технике нанесения и степени сохранности. Самыми ранними, судя по технике исполнения, являются, видимо, выбитые изображения тамг и неопределимая фигура на верхнем фризе. Значительно позже них были вырезаны надписи на нижнем фризе (возможно, три отдельных текста; их создали в несколько приемов, но с небольшим перерывом). Последними на свободных местах плоскостей нижнего фриза были нанесены резные фигуры всадников и животных; по времени они могут быть близки к надписи. В целом, изображения всадников, лошадей и верблюда не перекрывают надпись, а как бы дополняют, иллюстрируют ее содержание. Одинаковая степень «старения» линий надписи и изображений, а также техника исполнения изображений позволяют считать, что знаки надписи и прорезные фигуры были выполнены одновременно.

Надпись могла быть сделана в любой период существования уйгуро-монгольской графики, начиная с эпохи правления Чингисхана, когда добровольно подчинившиеся ему уйгуры передали монголам староуйгурское письмо. Претерпев значительную модификацию, оно стало старомонгольским. Сами монголы часто называют его уйгурским (монг. уйгуржин бичиг), чтобы выделить из ряда других монгольских письменностей, и используют в настоящее время [Кара, 1972]. Определить нижнюю границу периода создания надписи удается с точностью до нескольких лет – уйгуро-монгольская графика, согласно одной из легенд, была создана по приказу Чингисхана не ранее 1204 г. уйгурским писцом Тататунгой [Кычанов, 1995, с. 139–140]. Верхней границей можно считать начало 20-х гг. XVIII в., когда с установлением постоянной русско-цинской границы пребывание автора надписи в Хакасско-Минусинской котловине было маловероятно. В качестве писца мог выступать как подданный любого из монгольских государств, подчинявших с XIII и до начала XVIII в. население котловины, так и коренной житель, использовавший данную графику. Известно, что в это время даже среди простых «улусных мужиков» встречались люди, которые «по мугальски писать и читать умеют» [История Хакасии…, 1993, с. 166–167].

Предположение о создании изображений всадников, лошадей и верблюда на писанице у Второго Суль-фатского озера в позднем Средневековье или в начале Нового времени подтверждается известными в Прибайкалье и похожими по технике, манере исполнения и сюжетному содержанию бурятскими (этнографическими) изображениями XVI–XIX вв. [Николаев, Мельникова, 2002; Мельникова, Николаев, 2006]. Важно отметить, что для последних характерны подпрямоугольные очертания. Эта редкая для наскального искусства особенность зафиксирована и на писанице у Второго Сульфатского озера. А.П. Окладников считал особой разновидностью поздних рисунков Байкальского региона петроглифы, выполненные тонкими гравированными линиями, – граффити [1959, с. 161]. К таковым на изученном нами памятнике относятся изображения всадника и ведомого им верблюда. Следует указать также, что в местности Уркош в долине р. Чуя в Горном Алтае открыта выполненная исключительно черной краской (без прорезания и процарапывания) уйгурская надпись, линии знаков которой несколько шире, чем таковые надписи изучаемого памятника на севере Хакасии [Тугушева, Кляшторный, Кубарев, 2014, с. 79]. Но стилистически это часть одного явления в письменной истории Южной Сибири.

Заключение

Наличие монгольских надписей на немонгольской территории можно объяснить рядом причин – от захвата войсками одного из монгольских правителей, что случалось неоднократно, до проникновения на север Хакасии переселенцев из Тувы и Монголии, принесших данную письменность (например, основой этнической группы бельтыров в составе хакасов были прямые потомки вступавших в брак представителей местного населения и мигрантов с юга). Кроме того, старомонгольская письменность на территории Южной Сибири в позднем Средневековье – начале Нового времени использовалась в качестве основного средства межэтнического и межгосударственного общения. На смену ему в данном качестве пришел русский язык. Обращают на себя внимание фигуры лошадей и всадников, выполненные в оригинальном прямоугольном изобразительном стиле. Полный перевод текста и отдельных слов надписи должен стать целью дальнейших исследований, направленных на выявление фактов этнокультурных контактов в указанное время между различными группами населения региона.

В целом, все части надписи и сопутствующие изображения людей и животных, выполненные тонкими прорезными линиями на нижнем фризе у Второго Суль-фатского озера, относятся к числу наиболее поздних памятников эпиграфики и изобразительного творчества, известных в регионе. Тамги у этого озера по форме и характеру исполнения (выбивка) могут принадлежать к более раннему времени, чем письменные материалы данного памятника, т.е. к домонгольскому периоду.

Исследование проведено в рамках реализации государственного задания Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в сфере научной деятельности (проект № FSUS-2025-0009 «Особенности формирования межкультурных коммуникаций в Сибири – от эпохи камня до раннего Нового времени (по данным археологических и письменных источников)»).