К вопросу о процессуальных пределах формирования внутреннего убеждения субъектами оценки доказательств в уголовном процессе
Бесплатный доступ
Внутреннее убеждение субъекта оценки доказательств в уголовном процессе (дознавателя, следователя, прокурора, судьи и присяжных заседателей) неразрывно связано с деятельностью по оценке доказательств. Нам представляется возможным говорить о том, что вышеуказанная деятельность предопределяет собой закономерности формирования убежденности. Поскольку, как нам известно, деятельность по формированию внутреннего убеждения субъекта оценки доказательств ограничена требования закона, постольку и внутреннее убеждение, как результат этой деятельности, имеет свои пределы и специфические черты. В настоящей работе нами предпринята попытка классификации внутреннего убеждения субъектов оценки доказательств, что на наш взгляд, позволит подойти более комплексно к проблеме пределов внутреннего убеждения, а также определены сами пределы такого убеждения и его специфические черты.
Формирование внутреннего убеждения, внутреннее убеждение, субъект оценки доказательств
Короткий адрес: https://sciup.org/14136233
IDR: 14136233 | УДК: 343 | DOI: 10.23672/SAE.2023.39.20.002
On the question of the procedural limits of the formation of internal conviction by the subjects of the evaluation of evidence in criminal proceedings
The internal conviction of the subject of the evaluation of evidence in criminal proceedings (investigator, prosecutor, judge and jurors) is inextricably linked with the activity of evaluating evidence. It seems to us possible to say that the above-mentioned activity determines the patterns of formation of conviction. Since, as we know, the activity of forming the internal conviction of the subject of evidence evaluation is limited by the requirements of the law, insofar as the internal conviction, as a result of this activity, has its limits and specific features. In this paper, we have attempted to classify the internal beliefs of the subjects of evidence assessment, which, in our opinion, will allow us to approach the problem of the limits of internal belief more comprehensively, and also the limits of such a belief and its specific features are determined.
Текст научной статьи К вопросу о процессуальных пределах формирования внутреннего убеждения субъектами оценки доказательств в уголовном процессе
Р
анее, нами было предложено определять понятие внутреннего убеждения, как логиче- ски проверяемое, объективно-истинное умозаключение уполномоченного субъекта, как результат ограниченной процессуальными законами деятельности по оценке доказательств, состоящей из сложных волевых интеллектуальных действий [1, с. 104].
Таким образом, по нашему мнению, процессуальные ограничения деятельности по оценке доказательств накладывают определенный отпечаток на само внутреннее убеждение, придают ему те или иные специфические черты и очерчивают его пределы.
Внутреннее убеждение по своей природе, нам кажется возможным, разделять на обыденное, то есть присущее всем индивидам, и юридическое, которое проявляется только в деятельности уполномоченных на то законом субъектов оценки доказательств и только в тех пределах, которые установлены законом. [2, см. подробнее ст. 17 УПК РФ].
Далее, юридическое внутреннее убеждение, видится возможным, разделять на внутреннее убеждение субъектов оценки доказательств в рамках гражданского, уголовного, административного, арбитражного процессов и производства по делам об административных правонарушениях.
В данной статье, мы рассмотрим пределы и специфические черты внутреннего убеждения именно в уголовном процессе. Здесь, с учетом особенностей, установленных законодательством, внутреннее убеждение разделим по следующим основаниям:
– по субъекту – на внутреннее убеждение дознавателя, следователя, прокурора (в судебных стадиях государственного обвинителя), судьи и присяжных заседателей;
– по стадии уголовного процесса – на внутреннее убеждение формируемое на стадии возбуждения уголовного дела; предварительного расследование; подготовки дела к судебному заседанию; судебного разбирательства; производства в суде апелляционной инстанции (апелляция); исполнения приговора; производства в суде кассационной инстанции (кассация); производства в надзорной инстанции (надзор) [3, с. 66–67]. Также в более общем смысле можно говорить о внутреннем убеждении на досудебных и судебных стадиях.
Прежде чем рассматривать пределы внутреннего убеждения на каждой из стадий уголовного процесса оговоримся, что в рамках одной стадии может фигурировать несколько субъектов, формирующих внутреннее убеждение, например: на стадии возбуждения уголовного дела – следователь (дознаватель) и прокурор, на стадии судебного разбирательства – судья и государственный обвинитель. Каждый из этих субъектов формирует свое внутреннее убеждение, ограниченное его должностными полномочиями, обязанностями и законом, однако, нельзя отрицать взаимодополняемость этих убеждений по отношению друг к другу.
На досудебных стадиях уголовного процесса деятельность по формированию внутреннего убеждения осуществляют дознаватель, следователь, прокурор и суд, что в свою очередь позволяет обеспечить беспристрастность, объективность и справедливость при принятии решений по уголовным делам [4, с. 18].
Внутреннее убеждение следователя начинает формироваться на стадии возбуждения уголовного дела в ходе деятельности по проверке сообщения о преступлении.
В рамках данной деятельности следователь может производить необходимые следственные действия, перечень которых закреплен в ч. 1 ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а именно: назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок; производить осмотр места происшествия, документов, предметов и трупов; производить освидетельствование [5, с. 601].
В ходе производства вышеуказанных следственных действий, следователь получает необходимые сведения, проверка и оценка которых приводит к формированию убежденности о наличии либо об отсутствии оснований и поводов для возбуждения уголовного дела.
В первом случае, следователем выносится постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к своему производству [7, п. 1 ч. 1 ст. 145 УПК РФ], во втором – постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
На этом стадия возбуждения уголовного дела завершается, а внутреннее убеждение субъекта, сформированное на этой стадии, находит свое закрепление в соответствующем процессуальном документе (постановлении о возбуждении уголовного дела либо постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела).
На стадии предварительного расследования следователем осуществляется предварительно следствие, которое направлено на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию на основании ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: времени, места, способа совершения преступления, виновности конкретного лица в его совершении, формы вины и так далее [3, с. 798].
Для достижения этой цели на данной стадии следователь правомочен производить более широкий круг следственных действий относительно стадии возбуждения уголовного дела. Например, появляется возможность производить допрос, очную ставку, опознание и проверку показаний.
Сведения, полученные в ходе осуществления предварительного следствия, после их проверки, оценки и процессуального закрепления становятся доказательствами, которые в свою очередь формируют предварительное внутреннее убеждение следователя относительно виновности конкретного лица. Это убеждение является предварительным, поскольку влечет за собой принятие лишь промежуточного процессуального решения, а именно постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого.
Здесь стоит заметить, что предварительное внутреннее убеждение следователя ограничивается наличием достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, то есть, на данном этапе речь не идет об установлении всех обстоятельств, подлежащих доказыванию. Таким образом, в рамках привлечения лица в качестве обвиняемого еще нельзя говорить о достижении содержательной достоверности [5, с. 191–206].
После того, как все обстоятельства подлежащие доказыванию установлены, логически проверены, процессуально зафиксированы и оценены как в своей единичности, так и в своей совокупности, можно говорить именно об окончательно сформированном внутреннем убеждении следователя, которое находит свое отражение в обвинительном заключении.
В рамках стадии предварительного расследования дознаватель осуществляет дознание, которое в свою очередь может быть ординарным
(пределы формирования внутреннего убеждения дознавателя здесь практически идентичны пределам формирования внутреннего убеждения следователя) и дознанием в сокращенной форме. Процесс формирования внутреннего убеждения в рамках дознания в сокращенной форме является крайне специфичным. Пределами внутреннего убеждения здесь является наличие доказательств, достаточных для установления события преступления, характера и размера причиненного им вреда, виновности лица в совершении преступления.
Доказательства в рамках предварительного расследования представляют собой информацию, полученную в ходе проведения следственных действий, которая выявлена, проверена, оценена и процессуально зафиксирована. Однако, дознание в сокращенной форме предполагает проведение только тех следственных и иных процессуальных действий, непроизводство которых может повлечь за собой невосполнимую утрату следов преступления или иных доказательств. Также необходимо особо отметить, что дознаватель вправе не проверять доказательства, если они не были оспорены подозреваемым, его защитником, потерпевшим или его представителем в рамках дознания в сокращенной форме.
Иными словами, если принимать основной целью внутреннего убеждения в частности, и уголовного процесса в целом, достижение содержательной достоверности, в дознании в сокращенной форме достижение последней крайне затруднительно, а порой невозможно. Поскольку, содержательная достоверность должна выдерживать логическую проверку, которая не осуществляется в полной мере в дознании в сокращенной форме.
Прокурор на досудебных стадиях уголовного судопроизводства осуществляет две взаимопроникающие друг в друга функции – функцию прокурорского надзора и функцию уголовного преследования. Формирование внутреннего убеждения прокурора, с учетом осуществления им вышеуказанных функций, базируется на уже выявленной, проверенной, оцененной и процессуально зафиксированной информации, полученной от следователя или дознавателя.
Полномочия прокурора, в рамках которых он формирует внутреннее убеждение, закреплены в ч. 1 ст. 37 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в данной работе мы не будем заострять отдельного внимания на всех, а выделим только лишь полномочия по утверждению обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления по уголовному делу. Утверждение обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления прокурором свидетельствуют о том, что в рамках предварительного расследования деятельность субъектов оценки доказательств, преодолев путь от суждения посредством рассуждения к умозаключению, привела к логически проверяемому убеждению.
Суд также осуществляет деятельность по формированию внутреннего убеждения на досудебных стадиях уголовного процесса. Судебный контроль общепринято подразделять на два вида: предварительный и последующий [3, с. 638]. В общем смысле, суд на этом этапе выступает гарантом соблюдения принципов уголовного судопроизводства, прав и свобод участников уголовного судопроизводства.
Так, в рамках судебного контроля, судья рассматривает вопросы связанные с избранием и продлением некоторых мер пресечения; с производством некоторых следственных действий; с наложением ареста и его срока; с реализацией или уничтожением вещественных доказательств; с разрешением отмены постановления о прекращения уголовного дела и уголовного преследования в случае, предусмотренном ч. 1.1 ст. 214 УПК РФ; с рассмотрением жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания и дознавателя.
Судебный контроль не может быть инициирован судьей, он носит последующий характер [3, с. 612], то есть его осуществление возможно исключительно по инициативе заинтересованного лица [6, с. 13–22 ].
Таким образом, формирование внутреннего убеждения судьи на данной стадии ограничено с одной стороны инициативой заинтересованного лица, а с другой – невозможностью предрешения вопросов, которые в последствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в частности, судья не вправе делать выводы об обоснованности обвинения, оценке доказательств и о квалификации деяния.
В судебных стадиях уголовного судопроизводства прокурор именуется государственным обвинителем и соответственно поддерживает государственное обвинение. Однако, роль государственного обвинителя не сводится к обвинению лица любой ценой. Здесь мы согласимся с И.Я. Фойницким, который считал, что прокуратура является не только обвинительной стороной в уголовном процессе … но вместе с тем орган, обязанный следить за правильным применением закона судебными установлениями. Государственное обвинение на основании своем имеет не начало удобства, определяемого единоличным усмотрением, а начало законности, охранение его тем более важно, что уголовное преследование чрезвычайно тяжело отзывается на обвиняемом [7, с. 604–605].
Таким образом, на наш взгляд, в рамках судебных стадий уголовного процесса прокурор продолжает совмещать в себе функцию государственного обвинения и надзорную функцию, применяя все представленные ему правовые средства в целях защиты прав и свобод человека и гражданина, а также принимая меры к восстановлению нарушенного права [8, с. 122] Об этом также свидетельствуют и положения ч. 7 ст. 246 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, согласно которых, если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения с обязательным указанием мотивов своего решения.
Таким образом, внутреннему убеждению государственного обвинителя присущи специфические черты, предопределяющие закономерности формирования убежденности. С одной стороны, его внутреннее убеждение формируется через призму функции уголовного преследования, которая нацеливает его на максимально эффективное и целесообразное обеспечение неотвратимости уголовной ответственности лиц, совершивших преступления, но с другой стороны, ограничено надзорной функцией, которая обязывает прокурора руководствоваться исключительно интересами точного исполнения закона [4, с. 84].
Внутреннее убеждение судьи на различных судебных стадиях уголовного процесса имеет свои особенности и пределы. Это связано с тем, что в процессе движения уголовного дела от первой к последующим инстанциям деятельность по формированию внутреннего убеждения обретает ряд ограничений.
Так, суд первой инстанции формирует внутреннее убеждение в процессе судебного следствия путем изучения представленных доказательств, путем их непосредственного изучения. В случае, если сторона заявляет ходатайство о дополнении судебного следствия суд обсуждает его и принимает соответствующее решение. Таким образом, в рамках судебного следствия первой инстанции судья, при оценке доказательств, ограничен только лишь требованиями, предъявляемыми ч. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть внутреннее убеждение судьи может формироваться только на основе совокупности относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств.
На стадии производства в суде апелляционной инстанции, внутреннее убеждение судьи
