Конфискация имущества: актуальные проблемы этимологии, правовой природы, формы и содержания

Funding : Independent work.

Введение.                                         2003 года она представляла собой вид наказа ния. Произошедшее в 2006 году видоизменение Ретроспективное исследование конфискации       ее сущности, роли и значения породило множе- имущества свидетельствует о том, что вплоть до       ство доктринальных проблем. Особый интерес

представляют вопросы ее правовой природы, формы, содержания и этимологии.

Результаты .

Результатом исследования являются выводы, в соответствии с которыми, институт конфискации имущества, предусмотренный главой 15 УК РФ, объединяет в себе 2 формы уголовно-правового воздействия: реституционное изъятие имущества, являющееся иной мерой уголовноправового характера (п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 и ч. 1 ст. 104 УК РФ), направленной на восстановление первоначального, существовавшего до момента совершения преступления имущественного состояния потерпевшего, и превентивную конфискацию имущества (п. «в» – «д» ч. 1 ст. 104 УК РФ), являющуюся аналогом наказания, нацеленного на уголовно-правовое воздействие посредством изъятия имущества, находящегося в собственности лица, совершившего преступление.

Употребление термина «конфискация» в отношении мер, предусмотренных п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ, является этимологически некорректным, наиболее целесообразным представляется термин «изъятие».

Обсуждение .

Анализ УК РФ позволяет заключить, что современная конфискация имущества представляет собой симбиоз двух различных по характеру и содержанию мер:

• 1.    Реституционной, или правовосстановительной, меры. Термин «реституция» имеет латинское происхождение («restitutio», «restitution in integrum»), означающее восстановление в прежнем состоянии [2, с. 11; 6, с. 52]. Будучи цивили-стическим институтом, он представляет собой возврат сторонами всего полученного по сделке в случае ее недействительности. Толкование п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 и ч. 1 ст. 104 УК РФ позволяет заключить, что одной из целей конфискации является реституция или восстановление ущерба, причиненного преступлением, т.е. состояния общественных отношений, существовавшего до совершения общественного опасного посягательства.

• 2.    Превентивной меры, предусмотренной п. «в» – «д» ч. 1 ст. 104 УК РФ, содержащей в себе как ретроспективную, так и перспективную направленность. Ретроспективная направленность выражается в изъятии материальных ценностей, использованных лицом в прошлом в целях совершения преступления, перспективная – в воздействии на имущество, предназначенное для совершения общественно опасного деяния в будущем.

Аналогичной позиции придерживаются Д.Б. Лаптев [5, с. 240] и Р.А. Хачак [13, с. 11], ее восстановительный характер отмечает О.В. Тюшняко-ва. [12, с. 90]. Конфискация имущества, предусмотренная п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ, не содержит в себе карательного элемента, так как не возлагает на лицо никаких правоограничений, а сводится лишь к восстановлению положения, существовавшего до момента совершения преступления. На это указывает Верховный Суд РФ, устанавливая, что безвозмездное изъятие или конфискация объектов животного мира не освобождает от обязанности возместить нанесенный ущерб (п. 45) [8]. Аналогичные мнения высказываются в доктрине [1, с. 124; 4, с. 93; 7, с. 153].

Не представляется возможным согласиться с мнением о неспособности реституционной конфискации изменить уголовно-правовой статус лица в силу того, что она не ограничивает его права и не порождает дополнительные обязанности [3], так как не затрагивает имущество, находящееся в собственности у виновного. Однако она предоставляет индивидуальные правомочия, связанные с доказыванием легальности происхождения имущества, планируемого к конфискации, которые и являются изменениями в уголовно -правовом статусе.

Превентивной конфискации присущи такие отличительные признаки наказания, как:

• 1.    Карательный характер содержания, который подтверждается направленностью ее воздействия на имущество, принадлежащее виновному на праве собственности. Карательный элемент превентивной конфискации историчен [11, с. 9]. По характеру ограничений, возлагаемых на осужденного, она превышает лишения, свойственные некоторым наказаниям, например штрафу и обязательным работам. Отдельные авторы указывают на идентичность целей наказания и конфискации [9, с. 8].

• 2.    Неразрывная связь с уголовной ответственностью. Смоделировать ситуацию, при которой имущество, указанное в п. «в» – «д» ч. 1 ст. 104 УК РФ, подлежало бы конфискации в отрыве от привлечения лица к уголовной ответственности не представляется возможным. Необходимо отметить, что данный признак не является обязательным применительно к институту иных мер уголовно-правового характера, а наоборот, выступает в качестве основания для перевода конфискации имущества в категорию «исключений из правила».

Таким образом, правовая природа конфискации имущества как иной меры уголовно-правового характера неоднозначна. В настоящее время она аккумулирует в себе черты различных по своему предназначению, а также целевой и функциональной направленности мер уголовноправового воздействия: реституционной, представляющей собой иную меру уголовноправового характера, и превентивной, являющейся полным аналогом конфискации имущества как вида уголовного наказания, существовавшей в УК РФ до 2003 года. Применительно к последней нам представляется справедливым утверждение о возрождении известной уголовному праву с давних времен санкции, однако, в роли абсолютно новой и самостоятельной структурной единицы уголовного закона.

Особый интерес представляют этимологические аспекты института конфискации имущества.

Принимая во внимание тот факт, что институт конфискации имущества известен многим отраслям российского права, учитывая наличие межотраслевых связей в теории и практике применения уголовного закона, нам видится необходимым проанализировать его современное состояние в гражданском законодательстве.

Нормы о конфискации имущества закреплены в ст. 243 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Она определяется как безвозмездное изъятие имущества у собствен -ника (курсив автора) по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения.

На утрату имущества именно его собственником, как на одно из юридически значимых последствий конфискации имущества, указывают и материалы судебной практики [10]. Гражданское законодательство упоминает конфискацию при перечислении оснований прекращения права собственности (п. 6 п. 2 ст. 235 ГК РФ)).

Таким образом, исходя из положений гражданского законодательства, конфискация имущества опосредует общественные отношения, связанные с правом собственности, выступая в качестве основания как для их возникновения, так и для прекращения.

Исследование положений ст. 104 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что использование термина «конфискация» является этимологически неверным применительно к отдельным мерам. Так, п. «г» – «д» ч. 1 ст. 104 УК РФ установлено, что изъятию подлежит собственность виновного.

Данное умозаключение следует из буквального смысла правовых норм, в которых используется словосочетание «принадлежащих или принадлежащего обвиняемому». Их системное толкование в прямой взаимосвязи с нормами гражданского законодательства не позволяет смоделировать ситуацию, при которой у виновного лица подлежало бы конфискации имущество, принадлежащее ему на ином, чем право собственности, вещном праве.

Данный вывод справедлив и для меры, предусмотренной п. «в» ч. 1 ст. 104 УК РФ. Несмотря на то, что применительно к данной разновидности конфискации не используется термин «принадлежащего обвиняемому», не представляется возможным смоделировать ситуацию, при которой изъятию подлежало бы имущество, принадлежащее виновному на ином вещном праве, нежели право собственности. Стоит обратить внимание на то обстоятельство, что имущество, принадлежащее иным лицам, не может подле- жать конфискации ввиду того, что они не попадают в сферу действия уголовного закона.

Особый интерес, в аспекте этимологии института конфискации имущества, представляют меры, предусмотренные п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ.

Пунктом «а» ч. 1 ст. 104 УК РФ установлено безвозмездное изъятие денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступления. Как было указано ранее, конфискация имущества опосредует общественные отношения, связанные с переходом права собственности от одного правообладателя к другому. Применительно к нормам п. «а» ч. 1 ст. 104 УК РФ не представляется возможным усмотреть подобную трансформацию титула собственника.

Г.Ф. Шершеневич, раскрывая признаки конфискации имущества, указывал на изъятие у лица вещи, принадлежащей ему на праве собственности [14, с. 303], о чем свидетельствует содержание иных вещных прав (ст. 265, 268, 274, 277 ГК РФ). Совершение преступления не является основанием возникновения права собственности.

Следовательно, употребление термина «конфискация» применительно к мере, предусмотренной п. «а» ч. 1 ст. 104 УК РФ, не является этимологически корректным.

Представляется справедливым распространить данный вывод и применительно к мере, предусмотренной в п. «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ, так как, исходя из положений цивилистики невозможно приобрести право собственности на вещь путем превращения или преобразования ценностей, не принадлежащих лицу на праве собственности. Возникновение каких-либо прав осужденного лица на имущество, добытое преступным путем, не представляется возможным, даже несмотря на действия по его легализации, в силу порочности подобных сделок.

Справедливо мнение П.С. Яни, отмечающего, что конфискация имущества как иная мера уголовно-правового характера заключается в изъятии у лица имущества и доходов от него, которые принадлежат ему не по праву [15, с. 133].

Несмотря на установление уголовного закона, на имущество, указанное в п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ, невозможно возникновение права собственности у Российской Федерации ввиду того, что никто не может перенести больше прав на другого, чем он имел бы сам – Nemo plus iuris ad alium transferre potest quam ipse haberet (D. 50. 17. 54. Ulpianus libro 46 ad edictum) [16, с. 346].

Ввиду изложенного, применительно к мерам, предусмотренным п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ, более логичным и верным с точки зрения этимологии является использование термина «изъятие».

Принимая во внимание проведенную демаркацию между реституционной и предупредитель-

ной конфискацией имущества, представляется необходимым сформулировать следующий вывод: уголовно-правовой институт, предусмотренный главой 15 УК РФ, состоит из двух различных по своей правовой природе, форме и содержанию мер: реституционного изъятия имущества и предупредительной конфискации.

Заключение .

В результате проведенного исследования можно заключить, что институт конфискации имущества, предусмотренный главой 15 УК РФ, объединяет в себе 2 формы уголовно-правового воздействия: реституционное изъятие имущества, являющееся иной мерой уголовноправового характера (п. «а» – «б» ч. 1 ст. 1041 и ч. 1 ст. 104 УК РФ), направленной на восстановление первоначального, существовавшего до момента совершения преступления, имущественного состояния потерпевшего, и превентивную конфискацию имущества (п. «в» – «д» ч. 1 ст. 104 УК РФ), являющуюся аналогом наказания, нацеленного на уголовно-правовое воздействие посредством изъятия имущества, находящегося в собственности лица, совершившего преступление.

Употребление термина «конфискация» в отношении мер, предусмотренных п. «а» – «б» ч. 1 ст. 104 УК РФ является этимологически некорректным, наиболее целесообразным представляется термин «изъятие».