О некоторых направлениях антикоррупционной государственной политики в современной России (в экспертных оценках сотрудников правоохранительных органов)

Введение .

Коррупция является одной из актуальных проблем для многих государств; не избежала её и наша страна, а её «антирейтинг» за прошедшие после распада СССР годы неуклонно растет [1; 2], приняв в некоторых сферах государственной и общественной жизни системный характер, что и объясняет интерес к этой теме как объекта исследования у представителей многих отраслей научного знания, включая юридические, экономические, социологические и другие его направления.

В данной публикации мы акцентируем внимание на проблемах, посвященных противодействию коррупции в исследованиях представителей правоохранительных органов, потому что, как мы полагаем, именно они относятся, в первую очередь, к той группе специалистов, кто непосредственно занимается исследованием этой проблемы, регулярно сталкивается с нею в своей профессиональной деятельности.

Следует отметить, что данная публикация продолжает серию научных статей, опубликованных нами в ряде периодических научных изданий, начиная с 2024 года, и посвященных исследованию различных проблем коррупции в современном российском обществе, в которых были использованы экспертные оценки ученых, представляющих правоохранительные органы. В частности, они были посвящены теоретикоправовым подходам к проблеме коррупции [3], а также некоторым её проявлениям в деятельности правоохранительных органов [4]. И как мы полагаем, научная новизна этих исследований заключается, в первую очередь, в том, что их авторы имели возможность проанализировать эти проблемы «изнутри».

Обсуждение . Результаты .

Начнем мы публикацию с анализа содержания коллективной монографии «Коррупция в современной России: причины, динамика, альтернативы», в которой внимание авторов уделяется характерным для всего российского общества способам преодоления этой актуальной для него проблемы в различных направлениях, среди которых они выделяют:

– повышение эффективности воздействия со стороны государства на экономическую, социальную, организационную и духовную базу эскалации коррупции;

– активное противодействие её причинам и условиям возникновения с одновременным пресечением процессов самодетерминации коррупции и коррупционного поведения, выявлением и прекращением деятельности идеологов и организаторов коррупционных преступлений;

– необходимость понимания того, что меры по профилактике и борьбе с коррупцией не должны носить чрезвычайный характер;

– широкую пропаганду идей, лежащих в основе общепринятых нравственных норм и законов, разъясняющих экономическую опасность коррупционных преступлений и демонстрирующих возможности добиться успехов в борьбе с нею;

– комплекс различных правовых норм (законов), решающих задачи предупреждения и контроля коррупции во всех праворегулируемых сферах, сужения возможностей, ей способствующих, снижения выгод для всех участников коррупционных сделок, увеличения вероятности коррупционных действий и неизбежности уголовного наказания за них, формирования в общественном мнении нетерпимости к коррупции во всех её проявлениях;

– необходимость приложение совместных усилий и взаимодействия всех институтов гражданского общества и граждан для успешного решения этих задач [5, с. 140–141].

Дополняет эти предложения С.В. Алексеев, который, размышляя о способах борьбы с коррупционной зависимостью, поразившей российское общество, приходит к выводу о том, что избавиться от неё можно только в результате трансформации институциональной среды и, прежде всего, в направлении пересмотра сложившихся в стране формальных «правилах игры» и синхронизации интересов различных социальных групп. А поскольку механизм социального регулирования включает право в самом широком смысле (законодательство, сложившиеся традиции, табу, установки поведения по принципу «так принято», технические правила, в том числе и вновь создаваемые), а неформальные правила формируются культурным контекстом и диктуется состоянием правовой культуры, то вырваться из «порочного круга» возможно только в правовом пространстве на фоне становления, формирования и развития правовой культуры населения, ориентации управленческих кадров на профессионализм, культуру управления, профессиональную гордость, а не на клановую солидарность [6, c. 220].

И.В. Печкуров, утверждая, что именно коррупция вызывает … торможение развития России, замедляет тренд инновационной модернизации, который должен обеспечить безопасность страны в формирующемся полицентричном мире [7, c. 108], приходит к выводу о том, что коренной перелом в борьбе с коррупцией возможен при формировании постиндустриальной экономики нового типа, развития горизонтальных общественных связей и восприятия общественным мнением социально активных форм правореали-зации. По его мнению, данная адаптацонная стратегия должна опираться на правовые и информационные нормы, адекватные применению новейших информационно-коммуникационных технологий противодействия различным видам преступности, в том числе и коррупции в системе государственного управления [7, c. 110].

Акцентируя внимание на информационнокоммуникационных технологиях противодействия коррупции, автор отмечает их высокую эффективность:

• –    во-первых, в силу их общей доступности;

• –    во-вторых, потому что они обеспечивают большую прозрачность власти;

• –    в-третьих, повышают взаимное доверие и ответственность власти, бизнеса и граждан;

  – в-четвертых, упрощают трансакции государства и граждан, что влечет за собой экономичность управления и снижение уровня коррумпированности государственного аппарата [7, c. 112].

Далее, в результате анализа коррупционных практик, распространенных в постсоветской России, ряд авторов пришел к выводу о том, что ужесточение уголовного законодательства в отношении коррупционеров в части увеличения сроков их заключения в местах лишения свободы уже не раз доказало свою низкую эффективность. Как они полагают, если вести речь о ныне действующих чиновниках, хозяйственниках и правоохранителях, то единственно эффективным средством предупреждения их противоправной деятельности может быть только угроза как их социальному статусу, материальному благополучию, так и затрагивать интересы их ближайших родственников. Предостережением для них должна служить информация в СМИ и в структурах, где они работают, не только о факте возбуждения уголовных дел против тех из них, кто нарушил закон, но и результаты их расследования, и, конечно же, решения судов об их наказании. Помимо этого, ими предлагается в порядке законодательной инициативы:

• 1.    Законодательно запретить лицам, осужденным за коррупционные преступления, занимать руководящие должности в органах государственной власти всех её уровней пожизненно.

• 2.    Исключить из отечественного законодательства норму, позволяющую варьировать сроками наказания лиц, обвиняемых за коррупционные преступления, распространив её, в первую очередь, на высшие должностные лица.

• 3.    Исключить срок давности в российском законодательстве в отношении коррупционных пре-

• ступлений, совершенных чиновниками высокого ранга, приравняв их к преступлениям против государственного строя, к государственной измене.

• 4.    Создать антикоррупционную разведку, находящуюся в непосредственном подчинении Президенту России, придав ей самые широкие полномочия [8].

Помимо этих предложений, авторами обращается внимание на то обстоятельство, что одним из деятельных субъектов коррупционных рисков являются их экспортёры из-за пределов нашей страны, потому что мировые элиты исторически не заинтересованы в существовании России как великой державы [8].

Продолжая тему антикоррупционной государственной политики, считаем необходимым формирование государственной стратегии духовнонравственного возрождения нашей страны, в контексте которой мы предлагаем:

• –    разработать комплекс мер, направленных на профилактику коррупции, формирование антикоррупционного иммунитета у населения страны и, в первую очередь, у его молодого поколения;

• –    организовать на базе Всероссийского общества «Знание» систему правового образования для представителей всех возрастных групп в доступной для их восприятия форме;

  – включить в Государственные стандарты сузов и вузов по всем специальностям в обязательном порядке предмет «Антикоррупционная государственная политика», в основу которого должна быть заложены идеи неотвратимости уголовного наказания за коррупционные преступления, безнравственности коррупционного поведения в обществе независимо от его масштабов, морального вреда, который коррупция наносит обществу и личности, потому что оказывает дестабилизирующее влияние на функционирование всей политической системы, провоцирует протестные настроения в стране по отношению к органам государственной власти из-за их неспособности противостоять коррупции, подрывает международный авторитет государства как надежного партнера во всех сферах межгосударственных отношений.

В данном контексте нам представляется интересным взгляд на эту проблему А.Г. Михайлова, который в своем выступлении на заседании Круглого стола, посвященном актуальным проблемам противодействия коррупции в современной России, отметил, что очень часто занижается роль пойманных на коррупции представителей власти, а некоторые из них до сих пор, находясь при должности, формируют политику государства. Ранее, как он отмечает, арест конкретного лица за нарушение, преступление рассматривался не только как мера пресечения, но и как мера профилактики; сегодня же арест чиновника уже не воспринимается обществом как какое-то

значимое событие. Граждане полагают, что наказание для служащих, если и будет, то самым минимальным, а сразу после окончания срока наказания бывший чиновник получит новую должность [9]. Также, он указал еще на одну актуальную проблему, которая может спровоцировать протестные настроения в обществе: на инициативу депутатов Государственной Думы по «закрытию» информации и недопустимости средств массовой информации и общественности «проникать в жизнь депутатов и государственных служащих». При этом он отметил, что данная инициатива «прикрывается законом о конфиденциальности деятельности сотрудников правоохранительных органов, военных и других структур» при том, что публичность и открытость деятельности государственных органов и органов местного самоуправления является ключевым принципом противодействия коррупции [9].

Как нам представляется, заслуживает особого внимания исследование Г.А. Дятлова, посвященное теме привлечения к уголовной ответственности за коррупционные преступления в сфере образования [10]:

Во-первых, как одного из наиболее распространенных видов коррупции по результатам многолетних социологических исследований, проводимых Transparency International [2]. И к сожалению, это явление, судя по материалам, публикуемым данной организацией, получило широкое распространение в нашей стране, начиная с 1990-х гг., что подтверждает и автор данного исследования, отмечающий, что коррупция в сфере образования обладает системным и глубоко институциональным характером, а так как этот вид преступной деятельности носит латентный характер, то официальные источники правоохранительных органов и судебной системы не оперируют достоверными сведениями о коррупционных преступлениях в этой сфере[10].

В связи с этим, Г.А. Дятлов определяет два ключевых направления борьбы с коррупцией в сфере образования:

– выявление и своевременное устранение объективных факторов, которые способствуют распространению коррупции в обществе;

– планомерную работу в направлении формирования менталитета, который не приемлет принятия поощрительных благ без надлежащих трудовых затрат [10].

Во-вторых, разделяя точку зрения автора относительно того, что коррупция в сфере образования негативно отражается на авторитете высшего образования, непосредственно на личном авторитете педагогического состава, снижая привлекательность образовательного учреждения для абитуриентов [10], мы считаем необходимым взглянуть на эту проблему шире: с позиций негативного влияния этого явления на всю систему подготовки кадров за всю постсоветскую историю нашей страны, когда подавляющее большинство вузов, независимо от формы их собственности, штамповало так называемых «специалистов» во всех сферах деятельности (и нередко, без их непосредственного участия в образовательном процессе), для многих из которых эти дипломы являлись и продолжают служить пропуском на государственную службу, в правоохранительные органы и в ту же систему высшего образования. Не для кого уже не секрет, что коррупционные схемы проникли и в структуры по подготовке научных и научнопедагогических кадров, когда обучение в магистратуре и аспирантуре стало эффективным способом уклонения от воинской обязанности, столь непопулярной и по настоящее время для определенных категорий молодых людей. На широкий поток была поставлена коррупционная практика написания и защиты кандидатских, докторских диссертаций. В результате, в органы государственной власти на разном их уровне, в правоохранительные структуры, в систему высшего образования, в научные учреждения проникли тысячи псевдо-специалистов и псевдоученых не для удовлетворения своих амбиций, а для включения в коррупционные схемы ради собственного обогащения. В данной публикации мы не удосуживаемся приведением примеров таких практик, потому что каждый из читателей может привести массу подобных случаев из этой «серии».

Таким образом, как нам представляется, низкое качество государственного управления, высшего образования, деятельности правоохранительных структур являются одним из следствий пагубного влияния коррупции практически на все сферы российского общества, с которыми, хотя государство и ведет достаточно активную борьбу, но его результаты вряд ли можно назвать впечатляющими, потому что коррупция стала за годы, прошедшие после распада СССР, системным явлением в жизни российского общества, на устранение которого потребуется немало времени и коллективных усилий; и по нашему убеждению, следует начинать с системы образования, трагедией которого является целеустремленная деятельность его организаторов, начиная с 1990-х гг., по изъятию из него воспитательной и гуманитарной функций в соответствии с традициями западной модели образования. И на этой проблеме мы акцентируем своё внимание в поиске ответа на вопрос, заданный своим читателям С.А. Воронцовым и А.В. Понеделковым: Как и на основе чего воспитывать будущих полицейских, прокуроров, судей, преданность долгу, присяге, неподкупность, готовность к самопожертвованию во имя Родины? Мы же хотим переадресовать этот вопрос и представителям других профессий. В поиске же ответа на этот вопрос, волнующий российское общество, авторы высказывают свое убеждение в том, что отсутствие духовно-патриотической идеологии восполняется, как показывает практика, криминальной либо радикальной идеологией, ибо свято место пусто не бывает [11, c. 44], с чем наше общество и столкнулось в 1990-е – в начале 2000-х гг.

И с данной точкой зрения трудно не согласиться, но по нашему убеждению, успешно решить эту проблему только внутриведомственными усилиями будет невозможно, потому что проблема духовно-нравственной, патриотической составляющей общественного сознания стала носить актуальный характер для практически всего постсоветского общества на протяжении всей его новейшей истории, поэтому выход из сложившейся ситуации следует искать, в первую очередь, через комплексное реформирование гуманитарной составляющей отечественного образования на всех его уровнях. Но в этом его направлении нами не наблюдается каких-либо ощутимых перемен. Да, благодаря усилиям бывшего руководителя Министерства просвещения РФ О.Ю. Васильевой, в системе общего образования была реанимирована его воспитательная составляющая. Хочется надеяться на то, что она продолжит реализовывать свои новаторские идеи и на посту президента Российской академии образования. В то же время, в системе общего образования мы наблюдаем, происходящие в нем какие-то странные процессы. Например, из преподавания в 6–8 классах было исключено обществознание, являвшееся практически единственным источником начала процесса формирования мировоззрения у учащихся в этом сложном переходном возрасте. Немалым было и воспитательное воздействие на них этого предмета. Зато в 7 классе стали преподавать логику (?!), и это при катастрофической нехватке учителей математики и других естественнонаучных дисциплин; и это обстоятельство ставит под сомнение не только актуальность этого предмета для семиклассников, но и качество его преподавания. Правда, в настоящее время делается акцент на увеличение в школе часов, отводимых на преподавание истории России в контексте активизации патриотического воспитания подростков и молодежи. Хорошее, вне всякого сомнения, начинание, но происходит это в условиях острого дефицита учебников, объективно отражающих ход отечественной истории. Достаточно спорной нам кажется концепция единого учебника по истории, который уже был презентован Президенту РФ министром просвещения в начале февраля 2025 г.

Как нам представляется, этот учебник для каждого уровня общего образования:

Во-первых, должен пройти общественную научную экспертизу, потому что у нас вызывает сомнение объективность оценки его качества сотрудниками Института российской истории РАН в результате ознакомления с содержанием двух его изданий 2019 и 2020 гг. [12; 13], в которых, например, теме Великой Отечественной войны, несмотря на их большой объем, в одном из них – из 864 стр. ей было отведено 11 стр. [12, c. 751– 762], а в другом – 20 из 1742 страниц [13, c. 1510–1530].

Во-вторых, его структура должна быть так оформлена таким образом, чтобы предоставить возможность специалистам из субъектов федерации наполнить его материалом, отражающим ход истории на региональном уровне, в частности, вкладом его населения в победу в Великой Отечественной войне и в послевоенное восстановление народного хозяйства.

Только, по нашему убеждению, преподавание отечественной истории в школе хотя и является важным, но не единственным элементом комплексной гуманитарной подготовки учащихся, направленной на формирование целостной личности гражданина и патриота с устойчивым иммунитетом к деструктивному влиянию на неё чуждой для нашего общества морали и идеологии. Ведь именно этими качествами отличались дореволюционное российское и советское образование, а не только достижениями в сфере естественно-научного знания. Об этих его достижениях в гуманитарной сфере, также известной своими лауреатами Нобелевской премии, по известным политическим причинам, «забыли» руководители постсоветской России, не удосужившись в ходе реформы образования в стране уделить должного внимания его гуманитарной составляющей, что негативно отразилось на массовом сознании и асоциальном поведении немалой части наших соотечественников, попавших под влияние либеральной идеологии и криминальной морали, послуживших питательной почвой, в том числе и для системной коррупции.

К нашему сожалению, по-прежнему острой остается проблема гуманитарного образования в непрофильных вузах, из преподавания в которых постепенно «вымываются» гуманитарные науки. А чтобы скрыть эти «инновации», в их комплекс включена физкультура, что создает видимость большого объема учебных часов, отводимых на преподавание гуманитарных наук. Правда, в этих вузах в настоящее время вводится в образовательный процесс преподавание истории России. Только, по нашему глубокому убеждению, которое разделяют многие коллеги – преподаватели общественных наук, без комплексного подхода к гуманитарному образованию студентов, даже неплохо знающих отечественную историю, сформировать у них не удастся не только научного, но и качественного обыденного мировоззрения, позволяющего создать в их сознании полноценное представление об окружающем их мире и о своем месте в этой противоречивой реальности, выработать у них такие качества, как гражданственность, патриотизм, устойчивый иммунитет к воздействию на них деструктивной идеологии, либеральной морали и т.д.

Продолжая тему борьбы с коррупцией в отечественном образовании, следует отметить такое важное обстоятельство, как престиж профессии учителя и педагога, который остается на крайне низком уровне и, в первую очередь, в системе общего образования, высокое качество которого, по нашему убеждению, является условием,

определяющим будущие жизненные стратегии выпускников средних школ. К сожалению, традиционно высокий авторитет учителя на протяжении всей истории нашего государства, чья миссия как носителя знаний и воспитателя была сосредоточена на передаче учащимся духовнонравственных и патриотических ценностей общества, фактически обрушился под влиянием трансформационных процессов, в России, начиная с 1990-х гг. Эти деградационные процессы охватили всю систему отечественного образования, финансирование которого стало осуществляться по остаточному принципу, что вынудило подавляющее большинство преподавателей школ встать перед необходимостью смены вида деятельности ради элементарного физического выживания. Усугубил ситуацию и крайне низкий уровень учебной литературы, финансирование издания которой осуществлялось из фондов зарубежных НКО, являвшихся агентами влияния коллективного Запада, идеологическая стратегия которого была ориентирована на духовнонравственную и образовательную деградацию населения нашей страны. Коммерсализация же других сфер образования, как и подготовки научных кадров, привела к тому, что они стали, с одной стороны, не доступными для многих представителей малообеспеченных социальных групп, провоцируя образовательное неравенство в российском обществе, а с другой – простимулировало всплеск коррупции в этих структурах. В результате подобных перемен, профессия школьного учителя утратила престиж, восстановить который не удается по настоящее время, потому что их заработная плата в бюджетных общеобразовательных учебных заведений, за исключением столичных мегаполисов, по-прежнему остается настолько незначительной, что вынуждает их работать на полторы, две ставки, стимулируя их на навязывание родителям своих воспитанников дополнительных занятий, якобы. ради «повышения» их успеваемости, в следствие чего у самих школьных педагогов не остается времени для качественной подготовки к занятиям, повышения уровня своих профессиональных знаний. К тому же, они, как и преподаватели вузов, перегружены разными формами отчетности, лишь формально отражающих реальное положение дел в образовательной сфере.

Обращаясь к проблемам преодоления коррупции в системе высшего образования, мы полагаем, что только повышение заработной платы профессорско-преподавательскому составу вузов как экономическая мера борьбы с коррупцией не может быть эффективной. Действительно, как полагает Г.А. Дятлов, его низкие доходы усугубляют положение, вынуждая преподавателей получать дополнительные денежные средства незаконно, но, в то же время, он предлагает предоставить им возможность дополнительно зарабатывать в стенах учреждения официально [10]; правда, автор не учитывает ограниченные финансовые ресурсы высших учебных заведений; в результате, преподаватели вынуждены работать в других вузах на правах совместителей в ущерб повышению своего профессионального уровня, занятиям научной деятельностью.

Исходя из выше изложенного, мы полагаем, что одним из важнейших условий повышения престижа педагогической деятельности на всех уровнях отечественного образования должна стать достойная оплата труда преподавателей, а также высокий уровень их социальной защиты, стимулирующих высокую личную ответственность с их стороны за высокое качество своей профессиональной деятельности и соблюдение закона, делающих не только невыгодным его нарушение, но и опасным из-за правовых последствий для педагогов и других сотрудников учебных заведений, которые используют в своей работе коррупционные практики.

Помимо выше указанных мер, направленных на борьбу с коррупцией, ряд исследователей рекомендуют организовать в государстве правовое и антикоррупционное просвещение населения, которое должно рассматриваться как процесс передачи информации юридического содержания. Но он не должен являться самоцелью, а скорее – сопровождать социализацию личности, получение знания любого содержания [11]. Как они полагают, элементы правового просвещения должны иметь место во всех образовательных программах на всех этапах образования. Причем, правовое просвещение должно быть направлено не только на усвоение норм антикоррупционного законодательства, но и на формирование правосознания, положительных правовых установок личности, социальной группы, общества. В конечном итоге, по их убеждению, личность, обладающая правовой культурой, должна знать и понимать право, естественно воспринимать его требования, уважать нормы права в силу убеждения, а не принуждения, иметь привычку поступать в соответствии с законом, проявлять правовую активность по отношению к его правонарушителям [11, c.168], что позволит сформировать устойчивый иммунитет к негативному воздействию на государственных и муниципальных служащих, преподавателей и представителей других сфер деятельности криминальных и других аморальных факторов, направленных на деформацию личности.

Заключение .

Таким образом, подводя итог исследованию антикоррупционной государственной политики в современной России, мы, благодаря использованию в данной статье результатов экспертных оценок ученых, представляющих правоохранительные органы, пришли к пониманию того, что:

Во-первых, она должна быть направлена не только на ликвидацию последствий этого деструктивного и криминального вида деятельности, но и на его причины.

Во-вторых, добиться положительных результатов по борьбе с коррупцией возможно только в результате системного подхода к решению этой проблемы, включающей не только меры правового обеспечения, но и реформирование всей системы образования в стране в направлении его гуманитаризации, правового просвещения и правового воспитания населения.