Особенности применения принципа равенства прав супругов при разделе их общего имущества

С емейный кодекс Российской Федерации (далее – СК РФ) относит равенство прав супругов в семье к числу основных принципов, в соответствии с которыми осуществляется регулирование семейных отношений (пункт 3 статьи 1 СК РФ). Принципы, определяемые правовой доктриной, имеют особое значение для совершенствования законодательства и формирования единообразной правоприменительной практики [15, с. 13].

Принцип равенства прав супругов следует из конституционных гарантий равенства прав и свобод граждан независимо от пола и других обстоятельств, равных возможностей для реализации прав и свобод для мужчин и женщин (части 2 и 3 статьи 19 Конституции Российской Федерации) [14], отсутствия приоритета для кого-либо из супругов в семейных отношениях [9].

При этом в пункте 3 статьи 1 СК РФ принцип равенства прав супругов рассматривается применительно к вопросам равенства прав супругов «в семье».

Интересно отметить, что в пункте 4 статьи 23 Международного пакта о гражданских и политических правах используется более широкая формулировка, поскольку от государств-участников требуется принять меры для обеспечения равенства прав и обязанностей супругов «в отношении вступления в брак, во время состояния в браке и при его расторжении» [10]. Данная формулировка повторяет содержание статьи 16 Всеобщей декларации прав человека 1948 года [4]. Таким образом, указанными международно-правовыми актами принцип равенства прав супругов рассматривается как применимый к отношениям, возникающим на момент заключения брака, в период его существования и после его расторжения, то есть при прекращении семейных правоотношений. Кроме того, в указанных международных актах отражается важный аспект, состоящий в равенстве супругов не просто в качестве отдельных самостоятельных субъектов, но прежде всего о равенстве их прав и обязанностей.

О.Ю. Ильина отмечала особый характер супружеских отношений, обосновывая существование между супругами синаллагматических обязательств [8], подразумевающих взаимосвязанность и взаимообусловленность возникающих у супругов прав и обязанностей.

Взаимность прав и обязанностей супругов характерна для возникающих между ними личных неимущественных и имущественных отношений. Однако в отношении личных неимущественных прав супругов законодательство устанавливает только общие ориентиры, оперируя понятиями, относящимися, прежде всего, к области морали и нравственности, общечеловеческим ценностям («взаимоуважение», «взаимопомощь», «благополучие семьи» и т.п.), что затрудняет их «перевод на юридический язык» [5] и юридическое определение содержания взаимных личных прав и обязанностей супругов.

В то же время, в рамках возникающих имущественных отношений супруги могут рассматриваться как лица, имеющие определенные права и обязанности, выступающие в роли должника и кредитора одновременно [8, с. 38]. Действие принципа равенства прав супругов распространяется не только на имущественные права супругов, но и на сферу несения ими ответственности по общим обязательствам [11], из равенства прав с неизбежностью следует равенство обязанностей, «поскольку это парные категории, взаимно обуславливающие друг друга» [15, с. 15].

Исследователями отмечается, что по своему значению для имущественных отношений супругов принцип равенства прав супругов близок к принципу юридического равенства сторон гражданско-правовых отношений [3]. Имущественные права супругов могут регулироваться брачным договором (статья 40 СК РФ), что также предполагает юридическое равноправие сторон и их участие в заключении такого договора в качестве субъектов не только семейных, но и гражданско-правовых отношений [2].

Вместе с тем, несмотря на закрепляемый принцип равенства прав супругов, законодательство устанавливает также ряд специфических правил, регулирующих распределение общего имущества супругов, в определенных случаях, с отступлением от предполагаемого равенства долей в таком имуществе. Законодательством устанавливается, что оба супруга имеют равные права на общее имущество, причем, такие равные права принадлежит каждому из супругов вне зависимости от получаемых им в период брака доходов.

Равные права на общее имущество супругов признаются в соответствии с пунктом 3 статьи 34 СК РФ за супругом, осуществлявшим в период брака уход за детьми или ведение домашнего хозяйства, а также в случае, если такой супруг не имел самостоятельного дохода по каким-либо иным уважительными причинам. При этом в случае, если в период брака самостоятельный доход имели оба супруга, презюмируется также их совместное участие в ведении домашнего хозяйства [13], и степень такого участия не учитывается при разделе имущества.

В то же время, при разделе общего имущества супругов суд может перераспределить имущество с отступлением от принципа равенства долей в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 39 СК РФ, причем, в 2022 году перечень таких случаев был значительно расширен Федеральный закон от 14.07.2022 № 310-ФЗ с отнесением к их числу, наряду с неполучением другим супругом доходов по неуважительной причине, также совершение супругом недобросовестных действий, приведших к уменьшению общего имущества. Отступление от равенства долей возможно также при установлении фактов, свидетельствующих о том, что определенное имущество было нажито при фактическом прекращении семейных отношений при раздельном проживании супругов (пункт 4 статьи 38 СК РФ).

Заключенным между супругами брачным договором или соглашением о разделе имущества также могут быть определены различные правила раздела общего имущества супругов, разные варианты возникновения и перехода прав на те или иные виды имущества (недвижимое имущество, транспортные средства, вклады, ценные бумаги, доли в хозяйственных обществах и др.).

Юридическое равноправие супругов, таким образом, позволяет им заключить между собой брачный договор, которым может быть определено неравное распределение материальных благ между ними, различные варианты формирования системы прав и обязанностей, предопределяющие их неравенство в рамках определенных имущественных отношений, возникающих между супругами внутри семьи, а также между супругами и третьими лицами.

О.Ю. Ильина отмечала также, что гендерное равенство в семье может нарушаться в силу того, что права и обязанности супругов в рамках различных правоотношений могут регулироваться нормами законодательства различной отраслевой принадлежности, в том числе не только гражданского, но также налогового, трудового и др. [7, с. 75]. В связи с этим, для полноценной реализации рассматриваемого принципа требуется обеспечить его учет не только в науке семейного права, но также при развитии права социального обеспечения, трудового права, налогового права, законодательства об актах гражданского состояния [17, с. 30] и т.д.

Традиционно признается, что имущественные отношения между супругами вытекают из существующей между ними особой личной связи, являются производными от личных отношений [8, с. 41], что является совершенно справедливым для всего периода, в течение которого существуют такие связи и особые доверительные отношения между супругами. Однако законодательство при регулировании имущественных отношений между супругами должно учитывать возможность утраты супругами доверия и взаимоуважения, а также распада семьи. Именно для указанных случаев законодательство должно устанавливать отчетливые правила, относящиеся к перераспределению имущества, возможной трансформации существующих взаимных обязательств и решению иных имущественных вопросов.

Вопрос о том, в какой мере при этом допустимо отступать от принципа равенства прав супругов, является дискуссионным. Как нам представляется, такое отступление допустимо в случаях, когда действие принципа равенства прав супругов требуется ограничить для соблюдения иных основополагающих принципов семейного права, в частности, связанных с заботой о детях [1], обеспечением прав несовершеннолетних и нетрудоспособных членов семьи и т.п. В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 [12] к числу оснований для отступления от указанного принципа признаются также «заслуживающие внимания, интересы одного из супругов».

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации неоднократно разъяснялось (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 36-КГ19-1; Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2020 № 18-КГ20-15 и др.), что наличие общих несовершеннолетних детей, само по себе, не может служить основанием для отступления от принципа равенства при разделе общего имущества супругов, так как интересы детей должны обеспечиваться за счет соблюдения их жилищных прав и установления алиментных обязательств [16].

В указанных случаях, целесообразно рассмотреть применительно к каждой конкретной ситуации, в какой степени достижение предполагаемых целей требует ограничений принципа равенства прав супругов, существует ли возможность достижения таких целей, например, обеспечения благополучия детей, без отступления от указанного принципа.

Так, согласно пункту 2 статьи 39 СК РФ, суд при разделе общего имущества вправе отступать от принципа равенства долей супругов в таком имуществе, если этого требуют интересы несовершеннолетних детей, исходя из необходимости приоритетной заботы об их благосостоянии и развитии [6, с. 215]. Несмотря на то, что данный подход является традиционным для отечественного семейного права и поддерживается судебной практикой, на теоретическом уровне целесообразно было бы рассмотреть возможность использования альтернативных решений.

Действительно, если речь идет об обеспечении прав несовершеннолетних детей, возможно, более оправданным является перераспределение в их пользу части имущества супругов и (или) установление особого порядка использования такого имущества и осуществления прав в отношении такого имущества, что позволило бы сохранить действие принципа равенства прав супругов и решить возникающие проблемы без отступления от данного принципа. В рамках существующего правового регулирования, суд вынужден для обеспечения интересов детей перераспределять имущество между родителями, что не всегда гарантирует соблюдение интересов ребенка.

В силу различных причин, перераспределенное таким образом имущество может переходить далее к другим лицам без учета оснований возникновения прав на него. Например, при увеличении доли в пользу супруга, с которым проживает несовершеннолетний ребенок, в случае последующего заключения таким супругом брака, появления у него детей наследование такого имущества будет осуществляться без учета того обстоятельства, что перераспределение было осуществлено в интересах конкретного несовершеннолетнего лица, то есть имущество одного из родителей, перераспределенное в пользу другого родителя с отступлением от принципа равенства прав супругов и принципа равенства долей супругов в общем имуществе, может переходить в порядке наследования к третьим лицам вопреки основаниям для отступления от указанных принципов. Аналогичные ситуации могут иметь место при последующем распоряжении таким имуществом, при обращении на него взыскания по долгам получившего его супруга и в иных случаях.

Для исключения указанных последствий, предло-гаем несколько вариантов, не требующих отступления от принципа равенства прав супругов, в частности, возможно определить особый порядок использования имущества супругов в интересах несовершеннолетних и нетрудоспособных лиц или предусмотреть переход части имущества непосредственно к несовершеннолетним детям с ограничением возможности распоряжения им до достижения ими совершеннолетия.

Совершенствование правового регулирования семейных отношений, развитие семейного, гражданского, налогового, трудового законодательства и законодательства иной отраслевой принадлежности должны осуществляться с учетом необходимости обеспечения полноценной реализации принципа равенства прав супругов, причем не только во внутрисемейных отношениях, но и в отношениях с третьими лицами, если возникающие при этом права или обязанности затрагивают или могут в какой-либо мере затронуть интересы семьи и кого-либо из членов семьи. Ограничения принципа равенства прав супругов при этом представляется допустимым вводить только в случаях, когда такие ограничения являются объективно необходимыми для реализации иных принципов семейного права, и только в тех