Современное состояние и направления развития ESG-банкинга в Российской Федерации

В последние годы внедрение концепции устойчивого развития стало одной из главных целей для крупных российских компаний. Это объясняется прежде всего стремлением привлечь долгосрочное финансирование на выгодных условиях, удержать высококвалифицированную рабочую силу, а также повысить свою репутацию и клиентскую лояльность, так как сущность концепции, заключающаяся в прозрачном управлении, социальной ответственности и экологической сознательности, положительно воспринимается инвесторами, сотрудниками, клиентами и всем обществом в целом.

Банковский сектор традиционно выступает локомотивом многих передовых идей, к которым относятся цифровизация, глобализация банковских услуг и продвижение социальной ответственности бизнеса. Своя особая роль отведена ему и в ESG-трансформации. Банки, перераспределяя временно свободные денежные средства, привлечённые у вкладчиков и инвесторов, выбирают направления финансирования и тем самым напрямую влияют на экологические, социальные и управленческие результаты экономики в целом. В связи с этим и возник соответствующий термин - «ESG-банкинг», определение которого схоже и практически единообразно трактуется разными исследователями в научной литературе при наличии несущественных различий. В аббревиатуре ESG буква «Е» соответствует сло- ву «environmental», что в переводе на русский язык означает «экология», буква «S» социальной политике компании (social), буква «G» -управлению (governance).

Большая часть исследователей сходится во мнении, что ESG-банкинг - это концепция банковской деятельности, основанная на принципах экологической, социальной и управленческой ответственности, в интересах текущих и будущих поколений, а также практической реализации инициатив для достижения Целей устойчивого развития. ESG-банкинг стал закономерным результатом эволюции глобальной повестки устойчивого развития [1].

В 1987 году, с выходом доклада «Наше общее будущее», было сформулировано современное понятие устойчивого развития, а в 1992-м на Саммите Земли в Рио-де-Жанейро заложены основы международного климатического регулирования. Однако до банковского сектора эти принципы дошли лишь спустя десятилетия.

Термин ESG впервые был введён в 2004 году с публикацией доклада ООН «Who Cares Wins». Сначала концепция охватила фондовый рынок, но в начале 2010-х годов стала проникать и в банковскую деятельность. Решающий импульс пришёл в 2015 году с принятием Парижского соглашения и Целей устойчивого развития ООН, тогда финансо- вый сектор был признан одним из главных партнеров трансформации.

Россия подписала и ратифицировала Парижское соглашение в 2016 и 2019 гг., соответственно [1]. В 2018 году крупнейшие банки страны присоединились к принципам устойчивого банковского дела UNEP FI. Международные инвесторы всё чаще применяли ESG-критерии при принятии решений о размещении капитала, что делало соответствие этим стандартам условием доступа к более дешёвому и долгосрочному финансированию. Российские банки начали публиковать ESG-отчёты, выпускать «зелёные» облигации на международных рынках, а также стремились к включению в глобальные ESG-рейтинги и индексы.

Однако с введением масштабных санкций и фактическим выводом североамериканского и европейского капиталов из российской экономики этот внешний стимул значительно ослаб. Тем не менее без западных инвестиций развитие ESG-банкинга не прекратилось, а наоборот приобрело новый смысл, так как сущность ESG-трансформации изначально направлена не столько на удовлетворение требований иностранных инвесторов, сколько на обеспечение долгосрочной устойчивости бизнеса через ответственное управление экологическими, социальными и корпоративными рисками. С 2022 года в России начала формироваться модель ESG ориентированная на национальные приоритеты, заключающиеся в энергетической и продовольственной безопасности, импортозамещении, поддержке малого и среднего бизнеса, технологическом суверенитете и социальной стабильности. Был создан национальный ESG Альянс, в числе учредителей которого ПАО «Совкомбанк» и ПАО «Сбербанк», – единственное в России крупное деловое объединение, которое занимается исключительно повесткой устойчивого развития и объединяет компании, которые уже внедрили эти принципы в свою бизнес-модель или осознанно встают на путь ESG-трансформации. Помимо этого, в 2025 году был утверждён Российский стандарт устойчивого развития, создаётся национальная таксономия, а Центральный Банк готовит обязательные требования к раскрытию нефинансовой информации.

Несмотря на то, что банки не являются прямыми источниками промышленных выбросов, их экологическая ответственность проявляется как в операционной, так и в инвестиционной деятельности. Через кредитование и инвестиции банки оказывают косвенное влияние на экологическую обстановку. Они финансируют проекты в области возобновляемой энергетики, «зелёной» инфраструктуры и устойчивого производства. Прямое влияние на экологию выражается в собственных процессах через внедрение энерго-и ресурсосберегающих технологий, сокращения бумажного документооборота и создания «зеленых» офисов. Также банки руководствуются политикой ответственного выбора поставщиков, которая заключается в оценке контрагентов не только по экономическим, но и по ESG-показателям.

Социальный компонент ESG-банкинга направлен на улучшение качества жизни сотрудников и клиентов [2]. Банки стремятся создавать позитивную рабочую среду, обеспечивая равные возможности, безопасность труда и поддержку карьерного роста. Особое внимание уделяется защите персональных данных клиентов. Обрабатывая огромные объёмы конфиденциальной информации, банки обязаны минимизировать риски утечек и противостоять киберугрозам. Не менее значима и внешняя социальная активность, состоящая в участии в благотворительных и волонтёрских проектах. Примечательно, что именно социальный компонент сегодня особенно востребован среди молодых специалистов, для которых ценности работодателя играют решающую роль при выборе места работы.

Эффективное корпоративное управление выступает фундаментом для реализации всех инициатив ESG-банкинга. Банки внедряют кодексы корпоративной этики и управления, соответствующие внутренним стандартам, международным и национальным требованиям. Важную роль играет непрерывное обучение персонала, направленное на формирование культуры ответственности и соблюдения норм законодательства. Именно надёжная управленческая система создаёт условия для устойчивого развития и укрепляет доверие со стороны клиентов, инвесторов и общества.

Публикация нефинансовой отчётности позволяет демонстрировать прозрачность и прогресс в достижении целей ESG-трансформации. Однако несмотря на растущее число банков, публикующих отдельные отчёты об устойчивом развитии или интегрированные годовые отчёты, на данном этапе фиксируется разрыв между формальным соблюдением правил раскрытия и их качественным содержанием [3]. В частности, остаётся крайне ограниченной прозрачность в таких аспектах, как структура и методология определения вознаграждений для членов совета директоров и исполнительных органов, формулировка долгосрочной ESG-стратегии, а также ключевых показателей эффективности в области устойчивого развития.

В 2025 году рынок финансирования устойчивого развития в России продолжил расти. По данным Центрального Банка, его объём увеличился на 27 % по сравнению с 2024 го- дом [4]. Большая часть этого роста пришлась на ESG-кредиты, объем портфеля которых увеличился в 1,5 раза, достигнув 8 трлн рублей, и составил 11% от совокупного кредитного портфеля [3]. Основной причиной такого роста стало расширение программы льготного регулирования: теперь банки могут получать преференции за кредитование приоритетных проектов в области устойчивого развития.

Структура рынка ESG-кредитования в 2025 году претерпела изменения. На первую позицию по объему вышли «зеленые» кредиты, сместив кредиты привязанные к ключевым показателям эффективности. Однако оба типа в сумме составляют 89,4%, сохраняя высокую концентрацию [5]. Такой сдвиг обусловлен тем, что экологические проекты обладают более чёткими критериями отбора и прямой привязкой к реальным активам, что снижает неопределённость как для заёмщиков, так и для кредиторов.

Таблица 1. Структура рынка ESG-кредитования по типам

Тип кредита	01.07.2024	01.07.2025
«Зеленые», %	41,4	50,2
Кредиты привязанные к ключевым показателям эффективности, %	49,1	39,1
Социальные, %	7,4	7,9
Устойчивого развития, %	1,2	1,6
Адаптационные и климатического перехода, %	0,9	1,1

Схожая ситуация наблюдается и в разрезе ESG-кредитов по отраслям. На пять секторов, где есть четкие регуляторные стимулы, отра- ботанные бизнес-модели и наиболее прозрачная классификация, приходится почти 88 % всего портфеля.

Таблица 2. Структура рынка ESG-кредитования по отраслям

Отрасль	01.07.2025
«Зеленое жилищное строительство», %	46,6
«Зеленый транспорт», %	17,3
Инфраструктурное строительство, %	13,4
«Зеленая энергетика», %	7,6
Металлургическая и горнодобывающая промышленность, %	3,6
Прочее, %	11,5

Несмотря на различия в масштабе, географии присутствия и стратегических приоритетах, ведущие российские банки демонстрируют согласованное движение в направлении внедрения принципов ESG в свою корпоративную политику. В то же время пути достижения ESG-целей существенно различаются. Каждый банк выбирает уникальные инструменты ESG-банкинга и темпы их внедрения.

В Российской Федерации ПАО «Сбербанк» занимает лидирующие позиции как по объёму активов, так и по масштабам ESG-трансформации. Внедрение ESG-принципов в деятельность банка началось в 2019 году, и к 2024 году Сбербанк добился значительных результатов в этой области. За прошедший период банк сократил прямые и косвенные выбросы парниковых газов на 43% и 31% соответственно. Объём ESG-портфеля в 2024 году превысил 3,8 трлн рублей и характеризуется положительной динамикой. В рамках системы «зелёных» сертификатов Сбербанк вы- пустил 450 тыс. сертификатов и погасил 270 тыс., что подтверждает реальное экологическое воздействие инициатив. Благотворительная деятельность банка также демонстрирует устойчивый рост. В 2024 году её объём достиг почти 20 млрд рублей. Основное внимание при этом уделяется поддержке таких сфер как: культура, образование, научные исследования, а также развитие социальной и общественной инфраструктуры. Особое значение банк придаёт социальной инклюзии. Сбербанк первым в мире разработал и запатентовал решение по вводу пин-кода шрифтом Брайля на сенсорных устройствах самообслуживания, которое позволяет людям с особенностями зрения набирать цифры с помощью касания в любом месте экрана [6].

Другим примером успешной реализации ESG-стратегии является ПАО «ВТБ Банк». В 2024 году банк значительно продвинулся в снижении климатического воздействия. По сравнению с 2023 годом он сократил прямые и косвенные выбросы парниковых газов на 9% и полностью отказался от угля как источника энергии. Помимо сокращения собственного углеродного следа, ВТБ Банк активно поддерживает экологические инициативы по всей стране. В 2024 году на природоохранные проекты было направлено 218,84 млн рублей. Особое внимание уделяется сохранению биоразнообразия: уже более десяти лет он сотрудничает с заповедниками Приморья и Камчатки, участвуя в программах по защите амурского тигра и дальневосточного леопарда. Одновременно с экологическими усилиями ВТБ Банк продолжает развивать цифровую трансформацию. За последние четыре года в рамках инициативы «Безбумажный банк» потребление бумаги сократилось более чем в два раза, что способствует снижению воздействия на окружающую среду. В 2024 году на реализацию социальных программ было выделено 21,6 млрд рублей. ВТБ Банк поддерживает 340 медицинских учреждений и свыше 1 500 образовательных организаций, внося вклад в улучшение качества жизни в регионах страны [7].

Одновременно являясь банком с государственным участием и фокусируясь на оборонно-промышленном комплексе, ПАО «Банк ПСБ» формирует уникальную ESG повестку, связанную с технологическим суверенитетом и национальной безопасностью. В 2024 году Банк ПСБ выделил 24 млрд рублей на финансирование серийного производства первого отечественного электромобиля «Атом». Особое внимание банк уделяет социальной поддержке военнослужащих и их семей: за 2024 год выдано 1686 льготных ипотечных кредита на сумму 2,6 млрд. рублей [8].

Все вышеперечисленные банки являются системно значимыми кредитными организациями (СЗКО), обладающими значительными ресурсами, развитой инфраструктурой и широкой клиентской базой. Данные характеристики существенно упрощают осуществление ESG-трансформации и соответственно банки этой категории являются ключевыми игроками на рынке ESG-кредитования, однако их доля продолжает постепенно снижаться, в то время как остальные банки начинают играть более существенную роль. За прошедший год рост ESG-кредитов у СЗКО составил 32,6%, тогда как банки, не входящие в эту группу, продемонстрировали значительно более высокую динамику c увеличением портфеля в 2,4 раза и совокупной долей 24,5%.

Таблица 3. Доля системно значимых кредитных организаций и остальных банков в ESG-кредитовании

Год	Доля СЗКО,%	Доля остальных банков,%
2023	93,2	6,8
2024	84,5	15,5
2025	75,5	24,5

Ярким примером регионального банка, который реализует ESG-трансформацию, является ПАО «Ак Барс» Банк. В 2024 году 36% кредитного портфеля банка был классифицирован как низкорисковый с точки зрения ESG.

Ключевым достижением стало заключение договора на поставку «зелёной» электроэнергии, что позволило компенсировать более 50% потребления за счёт возобновляемых источников. Социально «Ак Барс» Банк выделя- ется развитием продуктов, которые соответ- фраструктуры под нужды маломобильных ствуют исламским нормам, став первым участником эксперимента Центрального Банка России по партнерскому финансированию в данной сфере и предлагая 17 продуктов для розничного и корпоративного сегментов [9].

Несмотря на постепенное усиление интереса со стороны банков и предпринимаемые инициативы Центрального Банка, объём реализуемых ESG-программ в Российской Федерации остаётся существенно ниже уровня, достигнутого в странах с развитой рыночной экономикой [10]. Для формирования устойчивой и функциональной модели ESG-банкинга в России необходима целенаправленная государственная поддержка, а также комплексное нормативно-правовое регулирование, обеспечивающее унификацию терминологической базы путём введения единых определений ESG-деятельности в банковском секторе, что позволит устранить разночтения и снизить риски фальсификации.

В рамках социального компонента банковский сектор способен вносить существенный вклад в решение общественных задач. Одним из направлений является содействие трудоустройству лиц с инвалидностью как через создание инклюзивных рабочих мест непосредственно в банках, так и посредством предоставления льготного финансирования бизнесу, инвестирующему в адаптацию ин- групп населения.

В области экологической ответственности перспективным направлением является развитие «зелёных» финансовых продуктов. В частности, посредством «зелёных» вкладов банки смогут перечислять часть дохода, полученного от размещения привлечённых средств, на финансирование экологически устойчивых проектов. При этом клиент сохраняет возможность выбора. Он может самостоятельно определить, направлять ли часть процентного дохода на такие цели, а в некоторых моделях даже выбирать конкретную категорию проектов, к которым относятся возобновляемая энергетика, энергоэффективность или утилизация отходов.

В заключение отметим, что ESG-банкинг в России, сохраняя сущностные характеристики, начинает ориентироваться на национальные приоритеты. Несмотря на санкции и уход западных инвесторов, крупные и региональные банки активно развивают «зеленое» кредитование, социальные инициативы и корпоративное управление, а рынок ответственного финансирования растет. Дальнейшее развитие ESG-банкинга напрямую связано с совершенствованием нормативно-правовой базы, формированием единых стандартов и последовательной поддержкой со стороны Центрального Банка.