Укрепления дьяковского городища Власьево: результаты комплексных исследований

Работы на городище Власьево являются частью единой программы по изучению городищ в окрестностях г. Зарайска (рис. 1). Эта территория, чрезвычайно насыщенная памятниками РЖВ, остается практически не исследованной. Городище находится всего в 2,5 км от городища Аргуново, на котором

1 Исследования выполнены при поддержке гранта Минобрнауки России (соглашение № 075-15-2024-554 от 24.04.2024).

Рис. 1. Городище Власьево с указанием мест зачистки валов. Топосьемка 2023–2024 гг.

укрепления были исследованы параллельно с Власьево, а результаты этих исследований опубликованы ( Сыроватко , 2024). Городище впервые упоминается в сведениях, собранных рязанским краеведом А. А. Мансуровым в 1930-е гг. (АКР. Московская область. С. 106). Первое обследование памятника состоялось в 2023 г., результаты тех работ, включая коллекцию подъемного материала, опубликованы ( Сыроватко , 2024).

Геоархеологическая информация

Городище находится в системе оврагов, в 130 м к ЮВ от окраины д. Власьево г. о. Луховицы Московской области, на левом берегу безымянного ручья – правого притока р. Осётр, правого притока р. Оки. От русла Оки удалено на 4,2 км (рис. 1). Городище сохранилось фрагментарно – с восточной стороны оно обрезано почти вертикальным бортом оврага с ручьем – правым притоком р. Осётр (рис. 1); с северной стороны укрепления и часть площадки нарушены отвершком оврага. Таким образом, от первоначального городища сохранились только фрагмент укреплений с юга и запада и западная часть площадки. Укрепления представляют собой внутренний вал по краю площадки, внутренний ров, внешний вал и внешний ров (рис. 1). С южной стороны укреплений, у самого края обрыва, во рвах читаются проходы в виде останцов. Проходов в валах нет. Размеры площадки без валов – 40 х 65 м, общие размеры городища с валами и рвами – 60 × 115 м. Оба вала и рвы близки друг другу по размерам: ширина валов – ок. 9–10 м, высота – 0,8–1,1 м, глубина рвов – 0,8–1,0 м при ширине 4–5 м. Протяженность сохранившихся участков валов – ок. 77 м.

Объекты и методы

Для изучения состава насыпей валов было принято решение выполнить зачистку на краю оврага с восточной стороны памятника (рис. 1). Склон зарос крупными деревьями, и выполнить единый разрез для обоих валов и рвов не получилось. Однако центральные части насыпей валов удалось исследовать, для этого одна зачистка выполнена на валу 2 и две – на валу 1 (рис. 1: 1–3 ). Сразу отметим, что насыпи имели во многом схожую стратиграфию, и все образцы для исследований и датирования отбирались только из внутреннего вала, № 1, из зачистки 1.

Были определены основные химические свойства – кислотность почвенных растворов (рН), содержание органического углерода (С, %), валового фосфора (Р2О5, %), проведены микробиоморфный и спорово-пыльцевой анализы.

В микробиоморфном анализе основное внимание уделялось фитолитному составу, поскольку при работе с почвами и культурными слоями данный вид анализа бывает наиболее информативным. Морфологическое описание и обозначения фитолитов основывались на Международном своде номенклатуры фитолитов (ICPN) 2.0 ( Neumann et al. , 2019), а их биоценотические характеристики определялись согласно методике, многократно описанной в литературе ( Голье-ва , 2008). Корреляция между морфотипами фитолитов и их биоценотической характеристикой опубликована ранее ( Гольева , 2023).

Результаты и обсуждения

Стратиграфия укреплений. Вал 1. Вал исследован двумя зачистками с зазором в 0,4 м (образованным крупными деревьями на краю обрыва), стратиграфия их схожа. Протяженность зачистки 1 – 2,5 м (рис. 2: 1 ; кв. 3–5), зачистки 2 – 2 м (рис. 2: 2 ; кв. 1–2). Отбор образцов осуществлялся из зачистки 1. Верхний слой – темно-серая супесь, современная почва толщиной до 20 см (рис. 1: 1, 2 ; 2: 1 , слой 1), перекрывавшая насыпь вала. В насыпи встречено всего два горизонта. Верхний – коричневый суглинок толщиной от 25 см до 57 см (рис. 2: 1 , слой 2). В кв. 3–4 этот слой суглинка был прокален, толщина линзы прокала достигала 50 см (на рис. 2: 1 показан оранжевым цветом, слой 3). Под этой линзой находилось сравнительно небольшое количество угля, сама линза прокала

-2,00

выглядела монолитом, прокалившимся на месте. Линзы прокаленной глины в насыпях валов, равно как и включения отдельных комков печины, – обычное явление для дьяковских укреплений (подробнее: Сыроватко , 2009. С. 78). Нижний горизонт насыпи – слой белесой супеси, слоистой структуры, с тонкими, нитевидными коричневыми прослойками толщиной в среднем 20 см (рис. 2: 1 , слой 4). Еще ниже, на всем протяжении профиля, залегал слой коричневой плотной супеси, содержащий керамику (рис. 2: 1 , слой 5). Вероятно, это погребенный под валом культурный слой раннего поселения, толщина его – 20–30 см. Ниже, на всем протяжении профиля, прослежена белая супесь, также разделенная тонкими коричневыми прослойками толщиной 30–40 см (рис. 2: 1 , слой 6). Материк – коричнево-желтая плотная супесь.

Стратиграфия укреплений. Вал 2. Стратиграфия вала в целом аналогична валу 1 (рис. 2: 3 ). Отличия заключались только в наличии глубокого средневекового перекопа в центре профиля, в кв. 4 (рис. 2: 3 , слой 7) (в котором найден развал средневекового сосуда с клеймом на донце «круг в квадрате»), а также отсутствии в неповрежденной части профиля слоя прокаленной глины. Насыпь также состоит из коричневого суглинка толщиной ок. 30–35 см (рис. 2: 3 , слои 2–4), под ней прослежен слой коричневой плотной супеси, содержащий керамику, – слой поселения, толщина его – 32–37см (рис. 2: 3 , слой 5). Ниже прослежена белая супесь, разделенная тонкими коричневыми прослойками толщиной ок. 30 см.

Отметим, что в стратиграфии обоих разрезов есть минимум две детали, которые мы не можем интерпретировать: слоистая структура под культурным слоем (рис. 2: 1 , слой 6) и наличие прослоек суглинка в насыпи, хотя все остальные слои и слой на жилой площадке в основе своей представляют плотную супесь.

Культурный слой под насыпью. Сразу отметим, что состав керамики в насыпях, довольно немногочисленной, ничем не отличается от керамики из слоя под насыпями (табл. 1). Керамика попала в валы при их сооружении и рытье рвов. Состав керамики из валов и слоя под ними также необычен. Если шур-фовка городища 2023 г. выявила вполне дьяковский керамический материал, то работы 2024 г. выявили радикально иную картину: достоверно сетчатой керамики не выявлено вообще. Керамика из более качественного, чем в РЖВ, теста с мелкими примесями в основном гладкостенная. На части фрагментов присутствует штриховка и гребенчатый штамп, иногда в сочетании с круглыми ямками (рис. 3: в: 1, 3, 4, 6, 7 ). Облик керамики в целом указывает на эпоху бронзы, но три признака – высокая доля гладкостенной посуды, наличие штрихованной поверхности на части фрагментов и гребенчатый штамп – позволяют

Рис. 2 (с. 140). Профили зачисток валов городища Власьево. Цифрами на фото отмечены места отбора образцов, нумерация их соответствует тексту; цифрами на чертежах – стратиграфические прослойки, соответствующие описанию в тексте

1 – зачистка 1 вала 1; 2 – зачистка 2 вала 1; 3 – зачистка вала 2 ( а – темно-серая супесь, современная почва; б – серый суглинок; в – прокаленный суглинок; г – светло-серая супесь; д – темно-серая супесь, культурный слой; е – светло-серая плотная супесь слоистой структуры с нитевидными коричневыми прослойками; ж – коричневая супесь; з – перекоп)

предположить, что выявленный слой под валами скорее раннедьяковского периода и оставлен населением, близким к так называемому каширскому варианту дьяковской культуры, его ранним слоям, отнесенным В. В. Сидоровым к VIII–VII вв. до н. э. ( Сидоров , 2006. С. 9).

Таблица 1. Керамика из зачистки валов городища Власьево

Адрес	Рогожная	Штрихованная или «нитчатая» со слабым кручением	Гладкая / с орнаментом	Неопределимая
Вал 1 просейка слоя	1?		12
Вал 1 слой под насыпью		2	17 / 8 с ямками
Вал 1 слой суглинка в насыпи				4 + 1 с орнаментом
Вал 2 просейка слоя		2	15
Вал 2 светло-серый слой насыпи		3		1
Вал 2 слой под насыпью		5		1
Всего:	1?	12	44	5

Ранее, в ходе первого обследования памятника ( Сыроватко , 2024. Табл. 1), на жилой площадке была найдена керамика обычных для дьяковского городища типов – с «нитчатыми», рогожными отпечатками и «крупноячеистыми рябчатыми» (ППТК). Обнаруженные тогда же ювелирные украшения относятся к рубежу эр – первым векам н. э., что полностью соответствует керамике с площадки памятника (Там же. Рис. 4: 12–14 ). Расхождение облика керамики из-под валов и с площадки дает все основания предположить довольно значительный – в несколько столетий – разрыв в заселении городища. Наличие прокаленной глины в насыпи, а также наличие на памятнике «нитчатой» керамики в сочетании с рогожной указывают на наиболее вероятное время возведения валов – II в. до н. э. – II в. н. э., поскольку пик оборонительного строительства на «коломенских» городищах приходится именно на время распространения этого типа отпечатков на керамике².

Сложный и неоднозначный генезис горизонтов, расположенных под культурным слоем, погребенным валом, потребовал отбора новых образцов, поэтому в данной статье приводятся результаты лишь для насыпи внутреннего вала 1 и культурного слоя под ним (образцы № 7–11).

Химические свойства. Кислотность почвенных растворов – слабокислая в верхней части, постепенно переходящая в нейтральную в нижней (рис. 3: б ). Это типично для естественных почв региона. Содержание органического углерода в целом невелико, что нормально для почв на легких по гранулометрическому составу породах. Максимальные значения (1 %) у современного дернового горизонта. Сразу под дерниной фиксируется резкое падение значений, но ниже, в слоях, связанных с культурным слоем, количество органического углерода вновь возрастает до 0,52 % в центральной части слоя, что, учитывая минерализацию органических соединений со временем, является довольно значительной величиной. Ниже содержание органики вновь уменьшается.

Валовый фосфор имеет два максимума количественного распределения – в современном поверхностном горизонте и в образце из центральной части культурного слоя (рис. 3: б ). В обоих случаях полученные значения превышают норму для естественных почв и характеризуют культурные слои.

Микробиоморфный анализ (рис. 3: б ) .

Образец 11 – современная дернина. Образец обогащен древесным и травянистым детритом, много грибных гифов, тонких корней трав, встречаются фрагменты коры деревьев. Есть кутикулярные слепки трав, колонии почвенных микроорганизмов. Фитолиты единичны, состав комплекса – лугово-лесной. Вывод по образцу – состав микробиоморфного комплекса типичен для дерновых горизонтов.

Образец 10 – насыпь вала под слоем прокала. В образце много детрита, фрагментов корней, грибных гифов, т. е. это типичный почвенный горизонт, открытая поверхность под слоем прокала. Фитолитов много, состав преимущественно лугового разнотравья. Примерно четверть всех форм – лесные, среди которых половину составляют морфотипы хвойных пород растений. В небольшом количестве встречены фитолиты тростника и культурных злаков. Интересно присутствие цист золотистых водорослей – диагносты разложившейся древесины в антропогенно преобразованных слоях.

Вывод по образцу – состав микробиоморфного комплекса характерен для культурных слоев: много фитолитов, многокомпонентный состав фитолитного комплекса, большое количество цист водорослей. Но при этом есть диагносты процессов почвообразования – грибные гифы, фрагменты корней трав. Можно предположить, что основа слоя создана за счет материала культурного слоя, который некоторое время был поверхностным, и начали идти процессы почвообразования.

Образец 9 . Контакт культурного слоя и нижней части насыпи вала. Большое количество древесного детрита, много грибных гифов. Фитолитов много, хотя и несколько меньше, чем в предыдущем слое 10. Состав фитолитного комплекса преимущественно луговой, но доля древесной флоры составляет треть от всего количества частиц (33 %). Есть в небольшом количестве формы, характерные для осок и тростника, но, в отличие от вышележащего слоя, отсутствуют фитолиты культурных злаков.

Рис. 3. Результаты микробиоморфного анализа насыпи вала а – гистограмма состава пыльцы в насыпи вала 1; б – химические свойства, общее количество фитолитов и состав фитолитных комплексов (по вертикали даны номера проб. Цифрами показаны следующие биоценотические группы фитолитов: 1 – ELO_ENT (двудольные и некоторые однодольные травы); 2 – BLO_RES, BLO_VEL (иглы хвойных); 3 – ACU_BUL_L (лесные злаки и осоки); 4 – ACU_BUL_S, BIL, ELO_SIN, POL (луговые злаки); 5 – RON_ CON, RON_TRZ (ксерофитная флора); 6 – ELO-DEN (культурные злаки); 7 – ACU_BUL_XL (сорная флора (конопля, крапива)); 8 – BUL_FLA (тростник/камыш); 9 – SPH_PSI (мхи); 10 – недиагностируемые обломки); в – образцы керамики из культурного слоя под валом 1

Вывод по образцу – слой также можно охарактеризовать как культурный слой, преобразованный процессами почвообразования. Состав фитолитных спектров имеет скорее природный, чем антропогенный генезис. Это позволяет считать, что длительность процессов почвообразования в период функционирования данного слоя была больше, чем отмечено для образца 2.

Образец 8 . Середина линзы погребенного культурного слоя. Образец выделяется обилием крупного древесного детрита, много корней, грибных гифов, фитолитов. Фитолитный комплекс, как и в предыдущих образцах, преимущественно луговой. Доля лесной флоры составляет 26 %, что меньше, чем в вышележащем образце 7. Основным отличием этого образца от предыдущего является наличие фитолитов культурных злаков (2 % от общего количества).

Вывод по образцу – большое количество фитолитов, наличие форм, характерных для культурных злаков, обилие древесного детрита – весь этот комплекс позволяет считать образец культурным слоем.

Образец 7 . Низ культурного слоя, контакт с нижележащим горизонтом слоистой структуры. Образец характеризует крупный древесный детрит, кутикулярные слепки трав, обилие грибных гифов – показатели погребенной дернины. Фитолитов много, хотя и несколько меньше по сравнению с вышележащим слоем. В фитолитном комплексе абсолютно преобладают формы, характерные для лугового разнотравья. Доля лесной флоры составляет 16 % – минимальная среди всех рассмотренных образцов. В целом по составу фитолитного комплекса слой похож на предыдущий слой 8 – также есть фитолиты культурных злаков и тростника, что невозможно в автоморфных естественно развитых почвах региона работ.

Вывод по образцу – слой имеет двойную природу, естественную (природную) и антропогенную. Возможно, это дернина, сформированная на поверхности какого-то культурного слоя.

Нами не выявлены какие-либо значительные отличия между разными горизонтами. Во всех образцах доля лесных растений меньше, чем луговых, везде есть фитолиты хвойных пород деревьев. В составе обоих хронологически разных слоев (погребенного слоя и насыпи) есть фитолиты культурных злаков и тростника примерно в одинаковых соотношениях по сравнению с остальными формами. Из сказанного следует, что за период формирования культурного слоя и насыпи вала каких-либо значимых изменений в составе природной среды и окружающих антропогенных ландшафтов существенных изменений не было, хотя культурный слой следует относить к началу, а насыпи – к концу I тыс. до н. э. или даже к первым векам н. э.

Результаты – спорово-пыльцевой анализ (рис. 3: а). Всего из вала было проанализировано 11 образцов, однако только в пяти из них были обнаружены пыльцевые зерна и споры. Пыльцевая диаграмма представлена на рис. 3: а. Образцы формируют 3 основные группы. Первая группа включает образцы 7 (основание культурного слоя под валом) и 10 (граница двух порций насыпи вала под слоем прокаленной глины) с доминированием пыльцы березы (Betula), ее доля достигает 95 % в спектрах. Они очень похожи по составу, хотя по стратиграфии и по предполагаемым датировкам они разнесены максимально. Вторая группа объединяет образцы 8 и 9 с более комплексным составом спектров – это середина и верх культурного слоя под валом, образец 9 – на контакте с насыпью. Среди древесных здесь также доминирует пыльца березы, но ее участие ниже (35–40 %). Высока доля пыльцы липы (Tilia), орешника (Corylus) и ольхи (Alnus). Среди трав доминирует пыльца сорных и луговых видов. Это дикие злаки (Poaceae), цикориевые (Cichorioideae), астровые (Asteroideae) и полынь (Artemisia). Высока доля споровых, таких как папоротники (Polypodiaceae), плауны (Lycopodium) и сфагновые мхи (Sphagnum). Образец 11 отражает современную ситуацию довольно точно и был взят для контроля.

Спорово-пыльцевой анализ свидетельствует, что либо слои, откуда были взяты образцы 7 и 10, формировались в сходных условиях, либо в насыпь попал переотложенный культурный слой раннего поселения. По всей видимости, в этот период городище окружали молодые леса из березы, которые сформировались после сведения коренного леса. Слои 8 и 9 являются культурным слоем, что объясняет увеличение доли пыльцы рудеральных растений, а также растений, используемых в хозяйстве (липа, дикие злаки).

Заключение

Стратиграфия валов однозначно свидетельствует о том, что насыпи возведены одновременно и по одной схеме. Небольшое количество керамики в насыпях не позволяет понять, является ли двухпорционность валов результатом их двукратной подсыпки с перерывом или же они возведены в короткий промежуток времени сразу на заданную высоту с использованием разных грунтов. Линза прокаленного суглинка однозначно свидетельствует о раннем железном веке, поскольку именно тогда в насыпях валов встречается уголь и прокаленная глина.

Анализ фитолитов позволяет утверждать, что между двумя горизонтами насыпи вала – нижним, светло-серым, и верхним, из суглинка с прокалом и углем – имелся перерыв, во время которого началось почвообразование в условиях функционирующего поселения. Этот перерыв можно оценить только приблизительно – порядка 30–40 лет.

Ожидаемо большим был перерыв между формированием культурного слоя и перекрывающей его насыпью – в данном случае данные фитолитного анализа подтверждают стратиграфические наблюдения и анализ состава керамики в слоях.

При этом валы городища отличаются от большинства известных нам: они сравнительно просто устроены, в них нет многочисленных прослоек и почти нет керамики. Как и в большинстве случаев, ни в самих насыпях, ни под ними не найдено никаких следов деревянных конструкций – все прослойки линейны и ничем не нарушены. Вопрос о том, как функционировали эти укрепления, остается открытым3.

Выводы

Это исследование валов городища первоначально ставило своей целью получить динамику изменения окружавших памятник ландшафтов путем изучения серии погребенных почв и временно открытых поверхностей в насыпях. В силу специфики конкретного городища (простое устройство насыпей, короткое время функционирования оборонительных сооружений) этот расчет не оправдался. Вместо этого мы получили крайне интересный материал, существенно дополняющий наши знания о дьяковских поселениях к югу от р. Оки:

• 1.    Керамический материал с площадки городища позволяет соотнести памятник с описанной ранее так называемой коломенской группой дьяковских городищ на среднем и позднем этапах их существования. Важным обстоятельством является то, что на памятнике, как и на большинстве «коломенских» городищ, не найдено материалов позднедьяковского времени – оно прекратило существование в первые века н. э.

• 2.    Укрепления городища возникают на позднем этапе его существования. Важно, что они функционировали сравнительно короткое время и подновлялись не более одного раза.

• 3.    Культурный слой под насыпями валов содержит материал, сближающий памятник не с «коломенскими», а с так называемыми «каширскими» поселениями дьяковской культуры.