Законодательное регулирование образовательных процессов на Северном Кавказе на рубеже 1990-х - 2000-х гг.

Введение . Россия – многонациональное государство, и, в силу этого, ни в коем случае нельзя игнорировать фактор национальной самобытности каждой нации, народности и этноса, населяющих Российскую Федерацию. Особенно, это относится к культурной сфере и к сфере образования. Как уже упоминалось выше, пожалуй, нет в России такого национально-этнического разнообразия, как на Северном Кавказе. В силу сказанного, отдельным объектом исследования выступает законодательное регулирование тех процессов в сфере образования, которые происходили в указанном регионе в один из переходных периодов развития нашего общества.

Обсуждение. Кардинальные преобразования, происходившие в России в 90-е гг. ХХ в., помимо всего прочего, приводили к утрате государством монополии на участие в различных сферах общественной жизни. Касалось это, разумеется, и сферы образования.

Одним из результатов указанной тенденции стало приобретение субъектами РФ возможности:

• 1)    принятия в сфере образования нормативноправовых актов,

• 2)    составления и внедрения региональных образовательных программ [27, с. 99–101].

Реализации названных возможностей должно было содействовать соответствующее федеральное законодательство. В указанном отношении, последнее отразилось, как в принятии отдельных нормативно-правовых актов [4; 5], так и в закреплении в Конституции РФ 1993 г. права каждой нации и народности РФ на использование родного языка, конкретизированное в предоставлении республикам в составе РФ возможности устанавливать тот или иной национальный язык в качестве государственного [1, ст. 68, ч. 2] (чему способствовало придание самой Конституцией республикам в составе РФ статуса государства [1, ст. 5, ч. 2]).

Все вышесказанное, разумеется, относилось и к субъектам РФ, располагающимся на территории Северного Кавказа. В данной связи, необходимо отметить, что, практически все указанные субъекты в полной мере воспользовались предоставленной возможностью и во многих из них начался активный процесс соответствующего правотворчества. В рассматриваемый период был принят целый комплекс нормативноправовых актов, содержавших различные положения, касавшиеся исследуемой проблематики. В первую очередь, это конституции республик в составе РФ, в том числе – республик Северного Кавказа.

В этих основных законах данных субъектов было закреплено право каждого жителя соответствующей республики (гражданина РФ) на:

• 1)    обучение и творчество;

• 2)    воспитание;

• 3)    использование родного языка;

• 4)    свободный выбор языка общения и др. [7; 8; 9; 10].

Кроме того, нормы о:

• а)    воспитании;

• б)    изучении истории и культуры народов республик;

• в)    языке обучения были закреплены во вновь принимавшемся текущем законодательстве республик об образовании [17; 18; 19; 20; 21].

Однако, как отмечают отдельные исследователи, высокий уровень законодательной основы в соответствующей области, определенным образом, нивелировался проблемой отсутствия многих реальных возможностей.

Так, к примеру:

• 1)    выявлялась нехватка необходимого количества учебных и методических материалов (это приводило, даже к тому, что определенное количество учителей попросту отказывались от выполнения своих обязанностей);

• 2)    на низком уровне был процесс подготовки и переподготовки педагогических кадров [28, с. 71–74].

Последнее обстоятельство послужило одной из причин составления прокурором Республики Северная Осетия-Алания А.А. Бигуловым представления об устранении нарушений законодательства об образовании в дошкольных и образовательных учреждениях.

Указанный документ 17 февраля 2000 г. был направлен в адрес министра общего и профессионального образования указанной республики А.В. Черджиева. В документе, как раз, и был подчеркнут факт весьма низкого уровня подготовки педагогических кадров [30, с. 95].

Указанная ситуация стала улучшаться с начала 2000-х гг. В данных условиях, некоторые республики Северного Кавказа посчитали необходимым принять новые законы об образовании [14; 15; 16].

Отдельной и, одновременно, острой проблемой в рамках развития соответствующей сферы в указанном регионе в исследуемый период стал языковой аспект. Как отмечают отдельные авторы, тот массив нового республиканского законодательства, о котором шла речь выше, как раз подготовил солидную базу для перехода на род- ные языки уже на уровне начальной школы [33, с. 390–411]. Так, например, в конституциях многих республик закреплялся равный статус государственных языков в официальном делопроизводстве [31, с. 13–29] (но, были и исключения, например, Конституция Карачаево-Черкесской Республики, в соответствии с положениями которой русский язык выступает в республике в качестве языка:

• а)    межнационального общения;

• б)    официального делопроизводства [7, ст. 11, ч. 2]).

В то же время, в общем массиве различного текущего законодательства, принимавшегося в соответствующий период в республиках исследуемого региона, значительный удельный вес занимали специальные законы о языках [23; 24; 25; 26].

Не обходили стороной языковую проблему и локальные акты представителей отдельных органов власти и управления. Так, в уже рассмотренном ранее представлении прокурора РСО – Алания, направленном в начале 2000 г. в Минобр республики, подчеркивался факт недостаточного внимания со стороны педагогов по отношению к осетинскому языку (в отдельных школах вообще не осуществлялось его преподавание).

С точки зрения прокуратуры республики, это являлось несоблюдением действующего на то время законодательства, поскольку указанная ситуация означала нарушение конституционного права учащихся на изучение родного языка. А указанный в данном представлении низкий уровень подготовки педагогических кадров (отмечено нами выше):

• а)    означал недостаточную подготовку именно в соответствующей языковой сфере;

• б)    являлся одной из причин отмеченной в представлении ситуации [30, с. 96].

Надо сказать, что значимость языкового фактора в рассматриваемый период в соответствующем регионе была столь велика, что различными представителями (как официальными, так и неофициальными) выдвигались достаточно радикальные проекты, такие, к примеру, как:

• 1)    замена в республиках русского языка в качестве государственного, на родной язык с аналогичным статусом;

• 2)    переход на латинский шрифт в порядке замены кириллицы [31] (указанная мера была осуществлена только в Чеченской Республике в 1992 г. [29, с. 534–535]).

Но, уже, к концу 90-х гг. ХХ в. увеличилось количество обращений недовольных родителей в органы управления образованием с просьбой разрешить обучать их детей на русском языке [34, с. 105–112]. Кроме того, в сфере высшего и послевузовского образования (например, при защите диссертаций) использовался исключительно русский язык [35, с. 46–47].

Вышеназванные факторы привели, в конечном итоге, к тому, что еще в конце 90-х гг. ХХ в. стал происходить пересмотр отдельных положений федерального и регионального (республиканского) законодательства в области языковой политики. Так, указанное законодательство перестало содержать категорию языкового суверенитета [6]. Реализация названного подхода была продолжена в начале 2000-х гг. когда на федеральном законодательном уровне было, к примеру, закреплено положение, в соответствии с которым, «алфавиты государственного языка РФ и государственных языков республик в составе РФ могут создаваться только на графической основе кириллицы (отступление от этого правила, как на федеральном, так и на республиканском уровнях, может допускаться только федеральными законами) [3]. И, логическим завершением формирования подхода отечественного государства к языковой проблеме, связанной с республиками в составе РФ (в том числе республиками Северного Кавказа) стало закрепление в федеральном законодательстве об образовании положения о праве граждан на изучение родного языка «в пределах возможностей, предоставляемых системой образования» [2]. В данной связи, необходимо отметить, что ряд республик Северного Кавказа, в связи с указанным обстоятельством, вынуждены были корректировать собственное законодательство об образовании, в том числе – путем принятия новых законов в соответствующей области [11; 12; 13; 14].

Результаты . Проведенное исследование позволило:

• 1)    выявить особенности процесса законодательного регулирования образовательных процессов на Северном Кавказе на рубеже 90-х гг. ХХ в. – 2000-х гг. ХХI в.;

• 2)    сформулировать основные выводы по итогам проведенного исследования.

Что касается названных особенностей, то они заключались в следующем:

• 1)    усиление интереса к родному языку и национальной культуре;

• 2)    принятие республиканского образовательного законодательства и разработка национальных образовательных программ;

• 3)    недостаточная подготовленность педагогических кадров республик для преподавания на родном языке.

Что касается выводов по итогам исследования, то, они следующие.

Выбор в качестве объектов исследования:

На самом Северном Кавказе, в рамках названного временного отрезка, происходили противоречивые и неоднозначные процессы. С одной стороны, как отмечалось ранее, у населения данного региона появились предпосылки для обращения к исконным традициям различного характера; с другой стороны, специфические черты, присущие рассматриваемой части России, вызвали к жизни там дезинтеграционные и центробежные тенденции, создали благоприятные предпосылки для роста терроризма и экстремизма. Одним из факторов, призванных противостоять указанным тенденциям, как раз и выступает повышение общекультурного и общеобразовательного уровня жителей Северного Кавказа.

В данном контексте, особенно важным является и дальнейшее обращение к проблемам состоя- ния системы образования в рассматриваемом регионе, а в рамках этой проблематики – к тем процессам в соответствующей сфере, которые происходили в переходный для всей страны период .

Заключение . На функционирование системы образования в РФ, безусловно, влияет многонациональный и многоконфессиональный характер, значительное влияние традиций в отдельных регионах нашего государства. Регион Северного Кавказа, как раз и является одним из таких, где все указанные факторы сосуществуют и фактически значительно переплетаются. Это всегда сказывалось и на функционировании образовательной системы в отдельных частях соответствующего региона.

В советский период, в условиях известной образовательной унификации всех наций, народностей и этносов СССР, актуальность проблемы была «приглушена», но, сама проблема, отнюдь не была решена. Это, как раз, показали уже первые годы постсоветского периода, когда, с одной стороны, с введением идеологического многообразия, расширением самостоятельности, увеличился спектр возможностей (в том числе – в сфере образования); с другой стороны, обозначилась вышеуказанная специфика, став, если не препятствием, то, по крайней мере, существенно влияющим фактором на реализацию образовательных целей и задач в условиях уже новой России.

С учетом вышесказанного, возникает необходимость обращения к проблемам, связанным с законодательным регулированием образовательных процессов на Северном Кавказе в последние десятилетия отечественной истории.