Тема времени в творчестве художника-фантаста Г. Г. Голобокова

Краткие сведения о Г. Г. Голобокове

Художник и поэт Геннадий Григорьевич Голобоков (1935–1978) был одним из самых неординарных мастеров научно-фантастического жанра в живописи. По воспоминаниям родственников и друзей, он с детства никогда не расставался с карандашами и красками, устраивал домашние выставки своих работ. А когда учился в четвертом классе, самостоятельно сделал телескоп, установил его на крыше дома и проводил астрономические наблюдения [6, с. 136]. Он мечтал стать профессиональным астрономом и готовился к поступлению в вуз после окончания школы. Но жизнь молодого человека сложилась иначе.

Летом 1951 года, нырнув с крутого берега балаковской реки Линёв-ки, он ударился головой о дно. Диагноз: «закрытая травма шейного отдела позвоночника, компрессионно-оскольчатый перелом тела и дужки CV позвонка с повреждением спинного мозга; парез верхних и плегия нижних конечностей с расстройством всех видов чувствительности и функции тазовых органов» [12, с. 209]. Это означало полную неподвижность.

Астрономом Геннадий Голобоков не стал, но стал художником. Окончив Заочный народный университет искусств, он добился международного признания. Он был первым художником-фантастом, кто обратился к психологии людей будущего, людей, открывающих новые миры, ищущих счастья и стремящихся к высшим ценностям [6, с. 137]. Друг художника В. С. Азеф (1941–2008) писал по этому поводу: «Раздумьям о будущем, о призвании и возможностях человека посвящены все картины Голобокова. Главную тему своего творчества художник определил так: психология людей будущего» [1, с. 4].

Творчество Голобокова с самого начала получило признание у многих людей, живущих в разных странах и на разных континентах. Вместе с тем работы художника задают множество непростых вопросов современным исследователям.

«Реквием». «Река времени». «Книга судеб».

В ходе многолетних исследований творчества художника мы определяем целый ряд тем, волновавших Голобокова и одна из них – тема времени, которой он посвятил целый ряд полотен.

Время является одним из наиболее сложных объектов для рационального осмысления. Несмотря на то, что практически все основные вопросы о времени в науке были поставлены еще на заре ее существования, ответы на них оказалось дать чрезвычайно затруднительно. «В этом смысле тема времени оказывается поистине “вечной” и сохраняет свою актуальность и в наши дни» [4, с. 4].

Архетип времени один из самых распространенных во всех культурах. Он ярко манифестируется в самых разных областях: религии, философии, науке, искусстве, производстве и так далее. Способов объективации времени также великое множество. Время представляли в виде стрелы, змея Уробороса, серпа, косы, гирлянды, возрастов человека и тому подобное; оно представлялось и в виде богов и иных духовных сил.

Выразительными средствами научно-фантастической живописи Геннадий Голобоков излагал свои собственные представления о времени, которые выражались весьма разнообразно: от символизма и аллегории до размышлений о релятивистских парадоксах и эффектах. На картине «Река времени» художник представил встречу юноши и девушки, плывущих на катере по бурному потоку воды, с таинственным глубоким старцем. Исходя из авторского названия, сюжет картины логично понимать как момент пересечения двух временных реальностей (довольно частый мотив в работах Голобокова).

В качестве символа времени Голобоков обращался и к древней идее человеческих возрастов. Например, в этом ключе художник изображает героев картины «Реквием», одной из самых пронзительных работ. Согласно авторскому замыслу, астронавты вернулись из межзвездного многолетнего полета и оплакивают своих товарищей, не вернувшихся из рейса. Но не все картины известны зрителю под авторскими названиями. Это связано с тем, что часто переименованием работ Голобокова занимался, в частности, главный редактор журнала «Техника – молодежи» В. Д. Захарченко (1915–1999). Отсюда следует, что прочтение изобразительного текста картин было совершенно иным, кардинально отличающимся от художественного замысла автора. Такая судьба постигла и эту работу. Название «Реквием» было заменено на «Возвращение», что предлагает зрителю совершенно иной сюжет. Согласно ему, космический корабль опустился на Землю вечером или утром. Время угадать трудно, но чувство тревоги живет в этих бледных сумерках. Из корабля вышли три астронавта. Эту группу художник выстраивает по диагонали, с соответствующим рас- положением по возрасту персонажей. Самый старший седой астронавт, видимо, командир, тревожно оглядывается. Он внимательно осматривает окрестности в надежде отыскать черты того времени, к которому когда-то принадлежал, хотя понимает, что это невозможно. Все ушло безвозвратно. Рядом с ним склонился астронавт средних лет. В левой руке он держит горсть земли, а правой касается высокого стебля. Он пока не до конца осознал, что мир, в который он вернулся, чужой. Он знает, но еще не чувствует, что на Земле пролетели столетия. Долгие годы он видел в иллюминаторах звездолета сплошной мрак. Поэтому для него важен лишь факт возвращения. Вместо черноты бездны – земное небо, трава, земля. Все остальное впереди. Перед ним на колени опустилась светловолосая девушка. Быть может, прежде волосы ее были темными, а потом поседели. Мы не видим ее лица. Художник сознательно прячет от нас ее глаза. Девушка плачет, припав к земле. Она не хочет думать о парадоксе времени. Максимализм, свойственный ее возрасту, еще питает душу иллюзией возвращения. Но ее дома больше нет. Мир, к которому она стремилась и видела во снах столько лет, давно умер. Это другая Земля. Тернии воз-

Рис. 1. Г. Г. Голобоков. Парадокс времени.

Источник: Городской выставочный зал г. Балаково. Фото А. В. Фесенко.

вращения ранят больнее, нежели те, через которые лежит путь к звездам. Этой девушке еще предстоит понять простую истину: возвращения не бывает. Парадокс времени беспощаден. В любом случае, независимо от названия картины, три возраста персонажей передают идею времени. Об этом также свидетельствует и колористическое решение. Светло-серый цвет полетного облачения старшего астронавта соответствует его седине. Коричневый комбинезон среднего астронавта коррелирует с комом земли в руке и высоким стеблем растения. Белый цвет волос девушки перекликается с белоснежным облегающим костюмом.

Идея трех возрастов прочитывается и на аллегорической картине «Книга судеб». Трех персонажей художник композиционно выстраивает в перспективе. На первом плане – задумчивая, размышляющая девушка. На втором плане – ее мать. Взгляды девушки и женщины отведены в стороны. На третьем плане, вдалеке, в полный рост изображен пожилой человек. Изобразительный текст показывает, что это дедушка девушки и отец женщины. Он всматривается в огромную аллегорическую книгу, на которой перелистывается очередная страница времени, страница человеческой жизни.

«Парадокс времени»

Одной из тем, интересовавших и волновавших художника, была относительность времени. На эту тему самой известной работой является «Парадокс времени» (рис. 1). Однако вопрос об истинном названии этой картины потребовал специального исследования. Это связано с тем обстоятельством, что разные источники приводят разные названия. А ведь именно от названия зависит смысл художественного текста.

Таблица

Название	Источник	Интерпретатор	Текст интерпретатора
Земля и Космос	Пожизненное мужество таланта // Техника – молодежи. 1978. № 10. С. 45–47.	Дмитриев В.	…картина – «Земля и Космос» – говорит нам об их нераздельной близости.
Парадокс времени	Наперегонки со временем, или Мир принципиально возможных чудес. М.: Детская литература, 1982. С. 186.	Захарченко В. Д.	Космонавт вернулся на Землю не постаревший вследствие парадокса времени. А любимая им женщина, увы, на многие десятилетия оказалась старше.

Репродукции картины публиковались в различных изданиях под двумя разными названиями. Их выходные данные с комментариями интерпретаторов мы приводим в таблице.

Отметим, что авторы этих публикаций – один и тот же человек. В. Дмитриев – литературный псевдоним журналиста и писателя Василия Дмитриевича Захарченко, бывшего в те времена главным редактором журнала «Техника – молодежи».

Исходя из названия, приводимого В. Дмитриевым, мы понимаем эту картину как символическую аллегорию. В таком случае, кто есть кто? Помогут нам символические предметы: гермошлем и цветок. Юноша олицетворяет Космос, цветок – Землю. Космос представляется юным, а Земля старой. Несмотря на то, что человечество давно вышло в космические просторы (в свете футуристической концепции картины), путь этот еще только начинается (гермошлем здесь как символ принадлежности образа юноши к Космосу). Человечество еще молодо. А образ женщины отсылает к древней аллегории «Мать Земля», то есть древнейшее представление о Земле как о Великой богине-матери. Цветок, стоящий на столе в вазе – символ Земли. Взгляды персонажей – взгляды матери и сына – протягивают между ними незримую нить.

«Парадокс времени» – другое название, которое указано в монографии В. Д. Захарченко «Наперегонки со временем». Название отсылает к проблеме, известной также как «парадокс близнецов», который обычно излагается как мысленный опыт. Гипотетические близнецы сверяют свои часы. Один из них на космическом корабле совершает длительное путешествие со световой или субсветовой скоростью. После его возвращения, близнецы сравнивают показания часов. Согласно специальной теории относительности, часы путешественника покажут менее протекшее время. Другими словами: время в космическом корабле движется медленнее, чем на Земле [2, с. 131]. По воспоминаниям А. И. Лушникова (1936–2022), журналиста и близкого друга художника, Г. Г. Голобоков «перечитал» всю научную и художественную литературу и был всегда в курсе научных достижений. Можно сделать допущение, что ему были известны такие научные и научно-популярные работы, как «Парадокс близнецов» Д. В. Скобельцина [9], «Двигатели галактических кораблей» Р. Г. Перельмана [8] и «Естественная философия времени» Джеральда Уитроу [10]. В этих книгах на языке релятивистской физики и математики подробно рассматриваются вопросы парадокса времени.

На холсте под голубым чистым небом раскинулся космопорт будущего, который виден в большом, прозрачном окне зала ожидания. Вверх устремились, как иглы, здания диспетчерских служб. В светлое помещение входит молодой человек в космическом костюме. В руке гермошлем. Юноша смотрит на пожилую женщину, сидящую за столиком, на котором стоит ваза с цветком. Женщина смотрит на молодого человека. На лицах астронавта и женщины мы читаем чувство, которое можно назвать «ожиданием узнавания». Г. Г. Голобоков очень тонко и просто передает трагизм «парадокса близнецов». В этом прочтении гермошлем в руке астронавта – подсказка для нас: этот человек – астронавт. А цветок на столике, возможно, символ одиночества. Не случайно, что цветок находится на столике вблизи женщины. Гермошлем и цветок – иконографические маркеры юноши и пожилой дамы. До Голобокова никто из художников-фантастов не раскрыл с такой образной глубиной этот парадокс, представив его не как эффект специальной теории относительности, а показав его как человеческую трагедию.

Теперь возникает главный вопрос: какое же название картины истинно? Здесь и начинается настоящий научный детектив.

Начнем с того, что многие сюжеты для своих работ Г. Г. Голобоков черпал из научной и художественной литературы. В культурной жизни СССР в 60–70-е годы научно-фантастическая литература была ярким явлением. Станислав Лем, Рэй Брэдбери, Роберт Шекли, Клиффорд Саймак, Иван Ефремов, братья Стругацкие, Кир Булычев, Север Гансовский, Дмитрий Биленкин и другие писатели-фантасты владели умами и чувствами многих людей.

В 2015 году искусствоведческая экспедиция в составе А. В. Фесенко и М. А. Фесенко проводила исследования в городе Балаково. Целью работы было установление истинного, авторского названия картины Г. Г. Голобокова. С любезного разрешения администрации Городского выставочного зала (ГВЗ), исследователи работали в закрытых фондах как непосредственно с произведениями художника, так и с их служебной описью. В результате было сделано неожиданное открытие. Оказалось, что картина с названием «Парадокс времени» или «Земля и Космос» в документах ГВЗ не числится. Точнее, картина существует и в описи материального имущества ГВЗ она числится под № 225, шифром 3АБ00218, но под названием… «Скорбная весть». Более того, сестра художника В. Г. Долбышева любезно предоставила исследователям свой личный каталог картин Г. Г. Голобокова, в котором под № 65 картина обозначена также как «Скорбная весть».

Конечно, сразу возник вопрос: о какой вести повествует картина? Решить его помогла внучатая племянница художника Н. С. Кожевникова, рассказав о первоначальном замысле сюжета. Из межзвездного рейса на Землю вернулся астронавт. Ему сейчас предстоит сообщить скорбную весть женщине, сидящей за столиком, о том, что ее сын погиб во время этого полета. В таком ключе вся иконографическая схема приобретает иные смыслы. Напряженное, словно нависшее, молчание героев. Женщина ждет слов астронавта. А он должен решиться, чтобы произнести слова страшной правды. За годы полета сына женщина состарилась. Это напряжение и одиночество женщины подчеркивает цветок в вазе на столике.

В то же время, при обследовании холста, выявилась одна важная деталь. На обратной стороне коричневой краской было написано название картины: «Скорбная весть». Но затем название зачеркнуто плохо заметным простым карандашом. А рядом, тем же карандашом, также едва заметно, написано и подчеркнуто другое название: «Парадокс времени».

Какая же из номинаций этой картины истинна? Но это не значит, что оба названия данной картины придумал В. Д. Захарченко. Во всяком случае, на родине художника, в городе Балаково, предпочитают называть эту картину «Парадокс времени».

Для прояснения сложившейся ситуации исследователи провели беседу с В. Г. Долбышевой. Мы приведем фрагмент записи этой беседы, состоявшейся 20 августа 2015 года.

М. А. Фесенко: – Каково авторское название картины «Парадокс времени»?

В. Г. Долбышева: – Это его невеста. Когда-то она проводила своего жениха в космос. Время там идет медленно, на Земле летит стремительно. А когда он вернулся, его встречает очень старая женщина. Это его невеста. Таков был замысел Гены. Ему сказали, что это жестоко и пусть лучше будет «Прощание с матерью», что она знает, что не дождется сына, потому что она старая. А задумано Геной было: космонавт вернулся и встречает его невеста, которая за это время состарилась. Но ему сказали, что очень жестоко.

А. В. Фесенко: – Кто сказал?

В. Г. Долбышева: – Гена картину отправлял в Москву, в «Технику–моло-дежи». Там комиссия принимала, Захарченко. И сказали: пусть будет, что он вернулся и его встречает уже глубоко старая мать.

М. А. Фесенко: – То есть, сам Голобоков называл картину «Парадокс времени».

В. Г. Долбышева: – Да. Невеста встречает. Но в Москве решили, пусть будет мать.

Таким образом, стал известен и четвертый вариант названия картины.

Суммировав все данные, полученные в ходе полевого исследования, мы можем реконструировать последовательность событий и, как увидим далее, привести свой дополнительный аргумент в пользу названия «Парадокс времени».

Итак. В конце 1977 или начале 1978 года Г. Г. Голобоков написал картину с названием «Скорбная весть». Затем он переосмыслил сюжет и зачеркнул прежнее название, дописав карандашом новое. Факт переосмысления сюжета – не первый случай в практике художника. Так он поступал и с некоторыми другими работами. Сравнение почерка этих исправлений подтверждает, что в случае с «Парадоксом времени» замена названия сделана рукой самого Г. Г. Голобокова. Из-за этой, плохо заметной, правки в описи работ в ГВЗ и личном каталоге В. Ю. Долбышевой картина оказалась с прежним названием, написанным густой коричневой краской.

Затем картина была отправлена в Москву, в редакцию журнала «Техника – молодежи», в котором картины художника публиковались уже неоднократно. Редакции не понравилось название: там посчитали его депрессивным. Было решено работу переименовать, как уже случалось и прежде. Голобокову предлагают другой вариант прочтения сюжета. Астронавт в космопорте встречается со своей постаревшей матерью. Принял ли художник этот вариант, мы не знаем, так как 17 мая 1978 года он внезапно скончался. Картина была опубликована уже после смерти Г. Г. Голобокова в октябрьском номере журнала «Техника – молодежи» за 1978 год. Картина представлена как «Земля и Космос», образующая своеобразный триптих с другими картинами – «Чаша огня» и «Заоблачный скульптор». Так их объединил В. Дмитриев (он же В. Д. Захарченко), автор мемориальной статьи «Пожизненное мужество таланта» [3, с. 47]. При этом В. Дмитриев поменял авторские названия и остальных двух работ на свои. В оригинальном варианте они назывались «Возвращение с Солнца» и «Художник». В 1982 году была издана книга В. Д. Захарченко «Наперегонки со временем», в которой картина Г. Г. Голобокова опубликована уже под названием «Парадокс времени».

«Синяя птица»

Теперь мы должны представить еще одну нашу гипотезу. В ЗАГС города Балаково находится картина Г. Г. Голобокова «Синяя птица» (рис. 2). На вершине зеленого холма, на фоне чистого голубого неба с протянувшимся широкой дугой белым облаком, стоят юноша и девушка в свадебном платье с развевающейся фатой. Невеста положила голову на плечо жениха, облаченного в темно-синий комбинезон с красным воротником-стойкой. В своей ладони он нежно держит ладонь невесты и смотрит в небеса, запрокинув голову. Смысловым центром картины является большая синяя птица.

Анастасия Нескородева отмечает, что в этом символе можно увидеть разные смысловые отсылки: связь неба и Земли, счастье, удачу, вечную любовь. «Женщина, возможно, невеста, судя по белому платью, отпускает мужчину в космос, это грустное расставание, но пролетает синяя птица – их судьба будет счастливой. Можно сказать, что этот эпизод раскрывает тяжесть новых перемен для людей, также, как и дочь, ждущая своего отца из космоса всю жизнь, в этом сюжете жена не может отпустить горячо любимого мужа в неизведанность. Однако это не значит, что развитие ведет только к страданиям – нововведения могут принести невообразимое счастье» [7].

В нашем прочтении сюжета картина имеет совершенно иные смыслы. Главное – большая синяя птица, стремительно пролетающая мимо молодоженов. А значит, нет и не будет никакого счастья (sic!). Голова невесты, покоящаяся на плече жениха, символизирует не счастье, а печаль. Вы-

Рис. 2. Г. Г. Голобоков. Синяя птица.

Источник: ЗАГС г. Балаково. Фото М. И. Костенчук.

ражение лица девушки не радостное, а исполнено глубокой грусти; она понимает, что, едва сочетавшись браком с любимым, должна расстаться с ним. И самый важный вывод, который мы делаем, заключается в том, что, с большой долей вероятности, эта картина изначально составляла диптих с «Парадоксом времени». И если это действительно так, то можно допустить, что она была написана до «Парадокса времени» или сразу после нее и составила диптих, позволяющий развить сюжет. В «Синей птице» представляется ситуация до полета героя в космическое пространство на звездолете. А «Парадокс времени» повествует о его возвращении спустя десятилетия. Право представить, каким был жизненный путь героев в промежутке этих лет, отводится зрителям.

«И снова к звездам». «Улетающая на столетия».

В число работ Геннадия Голобокова, тесно связанных с «Парадоксом времени», входят и такие картины, как «И снова к звездам» и «Улетающая на столетья». В картине «И снова к звездам» перед зрителем предстает молодой человек, стоящий на коленях перед пожилой матерью (очень похожей на героиню работы «Парадокс времени»). Он целует ладонь правой руки матери, а мать левой ладонью гладит золотистые волосы сына. Прощальный поцелуй, последний взгляд. Они больше никогда не встретятся. Этот юноша вернется на Землю молодым через много лет. О том же говорит и картина «Улетающая на столетия». Как и на картине «Парадокс времени», действие происходит на космодроме. Девушка прощается с пожилым отцом. Оба молчат. Это безмолвие продолжает линию невербального общения в сюжетах уже указанных нами полотен Голобокова. Отец сидит в кресле, он погружен в свой внутренний диалог. Рядом стоит дочь – высокая, красивая девушка. Взгляд отведен в сторону. Она тоже ведет этот неслышимый диалог. Кончиками пальцев она едва касается спинки кресла. Несомненно, художник стремится изобразить неуловимое мгновение расставания, создавая эффект стоп-кадра. Словно через долю секунды пальцы девушки оставят спинку кресла, и это будет точкой невозврата. Она уйдет в межзвездный полет и больше никогда не увидит дорогого человека.

Датировка научно-фантастических картин Г. Г. Голобокова – сложный вопрос. Если на работах первого творческого периода 1960-х годов художник указывал год создания, то на фантастических полотнах, то есть с 1972 по 1978 год, даты не указываются. Поэтому исследователям приходится определять эти даты по косвенным признакам. Однако это можно отнести только к тем работам, которые были опубликованы в печати. По словам В. Г. Долбышевой, картины Голобокова публиковались в скором времени после их написания. Единственная картина точно датированная – не опубликованная в средствах массовой информации – «Улетающая на столетия». Картина написана в 1978 году (по данным Музея истории города Балаково) и является одной из последних, возможно, самой последней работой Г. Г. Голобокова.

Предполагаемыелитературные источники

Еще до посещения ГВЗ города Балаково исследователи выдвигали ряд гипотез, призванных определить круг источников, приведших художника к творческому осмыслению парадокса времени. Одним из таких литературных источников мог быть отмеченный выше труд М. Гарднера «Теория относительности для миллионов». Другим источником был роман А. П. Казанцева (1906–2002) «Сильнее времени», вышедший в 1973 году, то есть в то время, когда Г. Г. Голобоковым были написаны первые научно-фантастические полотна. Роман обрел широкую популярность и вошел в золотой фонд советской фантастики.

Третья глава первой книги этого романа так и называется – «Парадокс времени», в которой раскрывается суть этого парадокса. Один из героев романа говорит: «Отдаю себе отчет, что, даже преодолев все опасности звездного рейса, в случае его полного успеха, я могу вернуться на Землю не через пять лет, которые протекут на корабле, а через пятьдесят земных, но этим докажу правильность парадокса времени теории относительности» [5, с. 30].

Ярко, эмоционально и убедительно в романе описана встреча главной героини Вилены со своей младшей сестрой Авеноль. На несколько минут Вилена потеряла чувство реальности, забыв об эффекте парадокса времени. За время, которое Вилена провела в звездном рейсе, на Земле прошло пятьдесят лет. Сама Вилена не изменилась, живя по корабельному времени, а ее родные и близкие люди на Земле умерли или состарились. Пожилую женщину, пришедшую встретить прибытие звездной экспедиции, Вилена приняла за свою бабушку. Но через минуту выясняется, что это не бабушка, а родная младшая сестра Авеноль [5, с. 263].

Еще одним источником, возможно, относящимся к сюжету «Парадокса времени», могла быть статья художника-постановщика многих художественных и научно-популярных фильмов Ю. П. Швеца «Фантастика и ее образное воплощение». Швец писал: «Помню, всех заинтересовал сюжет, построенный на идее парадокса времени. Заманчивым казалось показать душевное состояние космонавта, отправившегося в Космос на другую звезду с субсветовой скоростью и вернувшегося на Землю, где он оставил любимую девушку: молодого еще, в расцвете физических и душевных сил героя встречает престарелая женщина, десятки лет ожидавшая своего возлюбленного» [11, с. 31]. Но необходимо отметить, что, несмотря на полное соответствие ремарки Ю. П. Швеца сюжету картины, едва ли можно полностью принять эту гипотезу, так как тираж сборника материалов со статьей Ю. П. Швеца, изданного кафедрой киноведения ВГИК, очень мал – 1000 экземпляров. Впрочем, окончательно сбрасывать ее со щитов не стоит.

Путешествия в прошлое

Особое значение в произведениях научно-фантастической литературы и живописи имело допущение возможности путешествий в прошлое. Не обошел стороной эту тему и Голобоков. При этом он не рассматривает идею машины времени, переносящей человека как физический объект в прошлое. Художник прибегает к другим возможностям увидеть события иных эпох. В картине «Череп Кучума» это генетика, а в «Экскурсе в прошлое» – замыкание временных геодезических линий. Ученые только видят события, но не могут вмешаться в них.

На картине «Череп Кучума» мы видим ученых, которые в лаборатории проводят эксперимент с так называемой «памятью предков» (вероятно, очередная отсылка к роману А. П. Казанцева «Сильнее времени»). Перед учеными на переднем плане находится череп хана Кучума с прикрепленными кабелями и датчиками, считывающими память, зашифрованную в генах. На большом экране, как в кинотеатре, перед учеными происходят последние моменты жизни Ермака, на отряд которого напало воинство Кучума.

А на картине «Экскурс в прошлое» молодые исследователи, юноша и девушка, наблюдают сцену в эпоху палеолита. Два первобытных художника, мужчина и женщина, рисуют мамонта на поверхности темной скалы. Вероятно, здесь Геннадий Голобоков выражает свою главную мысль о связи поколений. Первобытные художники предстают творцами, прямыми предками далеких потомков, совершающих этот экскурс в бездны времени. Эта генеральная идея всегда пронизывала работы художника.

К этой же теме «прорезания» времени следует отнести и работу «Взгляд из будущего». На картине представлен воскресный пикник. Автомобили, походные палатки. Вдалеке видны трубы, извергающие черный дым, тянущийся длинным шлейфом. Над этим депрессивным пейзажем в круглом разрыве в небе появился большой человеческий глаз. Он смотрит на происходящее. Взгляд внимателен и сосредоточен. Где-то в далеком будущем люди могут пронзать время и видеть прошлое. Отдыхающие по-разному реагируют на этот феномен. На первом плане женщина готовит еду на костре. Она увлечена своим делом и не замечает удивительного явления. На дальнем плане люди просто удивленно наблюдают. А на среднем плане видна схватка двух мужчин. Один вскинул охотничье ружье, намереваясь выстрелить в этот глаз. Другой мужчина пытается ему помешать. Перед нами столкновение суеверного невежества и стремления разобраться в аномальном феномене.

Тема времени всегда будет волновать умы ученых, писателей и художников. Если человечество выйдет на межзвездные просторы в будущем, несомненно, ему придется не в теории, а на практике столкнуться метаморфозами пространственно-временного континуума. И тогда с новой силой зазвучит психологизм и трагизм живописных полотен Геннадия Голобокова. Ведь они задают вопросы о причинах, заставляющих космических первопроходцев покидать родных и дорогих людей во имя достижения своей мечты. Но ответов картины Голобокова не дают. Потому что этих ответов не существует.