Статьи журнала - Проблемы исторической поэтики
Все статьи: 940
Русская «фигура» (к постановке вопроса)
Статья научная
В статье обоснована необходимость использования в критическом анализе такого понятия, как фигура. В библейской экзегетике эта категория раскрывает связь между реальными событиями и событиями Ветхого и Нового Завета. В русской литературе итальянский исследователь обнаруживает поэтику фигуры в романах «Братья Карамазовы» Достоевского и «Доктор Живаго» Пастернака.
Бесплатно
Русская литература и христианство
Статья научная
В статье раскрывается христианское содержание русской литературы, обосновываются задача создания новой концепции истории русской литературы, необходимость ее изучения как христианской словесности, изучение ее национального своеобразия в аспекте этнопоэтики.
Бесплатно
Русская литературная усадьба: взгляд в будущее
Статья научная
Цель статьи - выявить и охарактеризовать перспективные векторы развития русской литературной усадьбы в первой четверти XXI в., в связи с чем в широком культурном контексте рассмотрены произведения по «усадебной» тематике Т. Н. Толстой, Ю. В. Мамлеева, В. Г. Сорокина, А. П. Потёмкина, Е. Г. Водолазкина, Г. Ш. Яхиной, А. И. Слаповского, М. Л. Степновой, В. О. Пелевина и др. Показано, что новое качество усадебного текста, по сравнению с классикой XIX - начала XX в., возникает еще в советской литературе и продолжается в постсоветской. Главными для развития современной литературной усадьбы становятся категории гетеротопии усадьбы, усадебного габитуса, дачного мифа, криптоусадебной мифологии и усадебности, а также новые модификации усадебного топоса: город-сад, окно в трансцендентные смыслы и евро-азиатский феномен. Однако наиболее значимым фактором будущего литературной усадьбы в XXI в. становится цивилизационный подход, привлекаемый из исторической науки. В его рамках междисциплинарный феномен русской усадьбы осмысляется как манифестация универсального архетипа мировой истории с библейских времен, с одной стороны, и важнейший элемент национального культурного кода России с древности до наших дней - с другой. Именно цивилизационный подход связывает футурологию русской усадьбы с «большим временем» и выводит ее историю за рамки имперского периода XVIII - начала XX в., которым раньше ограничивали ее существование. Благодаря ему приметы Московской Руси XVI-XVII вв. в ряде «усадебных» текстов современных авторов могут быть восприняты как тенденция, а не курьез. Актуальность статьи - в стремлении конкретизировать пути цивилизационной самобытности России. Научная новизна - во впервые комплексно представленной системе категорий поэтики для изучения литературной усадьбы настоящего и будущего. Выводы статьи получены с учетом научно-исследовательского контекста по затронутым вопросам и призывают к дальнейшей дискуссии.
Бесплатно
Статья научная
Среди наиболее существенных идейно-тематических и изобразительно-выразительных доминант в лирике Ивана Елагина выделяются следующие: кромешный ужас Второй мировой войны, трагическая утрата родины, невыносимая тоска по ней, емким символом которой ему видится родное русское «окно с большим крестом посередине», шекспировское представление о мире как о «Зале Вселенной» под «Созвездием Топора». Однако самым универсальным и концентрированным выражением художественного мира поэта безусловно является мотив звезд, представленный в его лирике исключительно обильно и разнообразно. В полной мере он проявил себя уже в первом сборнике поэта «По дороге оттуда» (1953). Занимающее в нем центральное место стихотворение-поэма «Звезды» концептуально сосредоточило в себе как мировоззренческие, так и художественные константы елагинского идиостиля. Поэт мастерски сочетает в нем эпическое развертывание событийного плана с ассоциативным принципом движения сопровождающей, а то и организующей поэтический дискурс лирической темы. В конечном итоге лирический субъект в отчаянии констатирует катастрофическое отсутствие неба над головой, а следовательно, и Того, кто явился миру с Рождественской звездой. Ставится под сомнение и существование самого Вседержителя: как Он мог допустить разверзшийся на земле Ад? Эти и родственные им мотивы поддерживаются и во многих других «звездных» стихотворениях Ивана Елагина этого сборника: «Горят за окнами напротив...», «Как руки - властители клавиш...», «Любезная сердцу осень!..», «Там небо приблизилось к самой земле...», «Голоса с Луны», «Дневных лучей осеннее литье...», «Там же звезды барахтались в озере...», «Сверкают ресторанные хлева...», «Кончается ночь снеговая...». В заключение автор приходит к выводу: традиционный для русской поэзии мотив звездного неба приобретает у Ивана Елагина специфические стилеобразующие свойства в неразрывном единстве с мотивами ностальгии, покинутости, ощущения вселенской катастрофы и даже в известном смысле богоборчества.
Бесплатно
Русские предания в исторических повестях М. Н. Макарова
Статья научная
В статье исследуется творчество одного из малоизвестных русских писателей первой трети XIX века М. Н. Макарова. Исследовательский интерес к творчеству писателя обусловлен дискуссионностью вопроса о жанровой специфике русской прозы 1830-х годов, а также актуальностью для нашего времени выраженного автором православно-государственного типа мышления. В сборнике «Повести из русских народных преданий» обнаруживается ориентированность на фольклор как форму выражения духа нации и народной этики. Исторические, топонимические, этногенетические предания Владимирской, Новгородской, Рязанской, Московской земель составляют фабульную основу повестей сборника. На поэтико-стилистическом уровне анализируемые произведения сопоставимы с карамзинской моделью сентиментально-предромантической повести 1800-х годов. Ее типологическая специфика состоит в прерывистом характере сюжетной линии; особом внимании к судьбе частного человека; «готическом антропологизме», утверждении единства человека и природы, нравственной сущности человека прошлого и настоящего. Беллетризованные предания в повестях Макарова служат акцентуации православных в своем основании духовных ориентиров и нравственных ценностей народа. В результате проведенного исследования обосновывается особый тип фольклоризма русской исторической повести первой трети XIX века. Ее своеобразие состоит в совмещении типологических черт устнопоэтического и литературного жанров.
Бесплатно
Русские рукописные произведения о "неизменяемости судеб Божиих" (сюжет "Марко Богатый")
Статья научная
Статья посвящена рукописным произведениям XVII-XIX вв., в которых использован мировой сюжет, получивший на русском материале название «Марко Богатый»: богатому человеку предсказано, что его зятем и наследником станет сын бедных родителей; он пытается погубить отрока, но предсказание сбывается. Сюжет был известен и в Европе, и на Востоке, на русскую почву он проник в эпоху Средневековья. В центре внимания четыре произведения: «Приклад» о цесаре Конраде и рыцаревом сыне из Римских Деяний, «Сказание о богатом купце», повесть без заглавия из рукописного сборника Библиотеки Российской академии наук (Архангельское собрание, С. № 138) и «Повесть о богатом и убогом, и еже како неизменяемы суть судьбы Божия» из рукописных сборников печорского старообрядческого книжника XIX в. И. С. Мяндина. Два последних произведения вводятся в научный оборот впервые. В статье исследованы композиция и сюжет книжных памятников, в качестве сравнительного материала привлекаются фольклорные сказки о Марко Богатом. Книжные тексты различаются и по происхождению («Приклад» - переводное произведение, остальные - оригинальные), и по времени создания, и по разработке сюжета. При этом все они - «душеполезные» произведения, в которых утверждается мысль о зависимости человеческой судьбы от Божиего промысла. Генетические связи между произведениями четко не прослеживаются, а появление некоторых мотивов в текстах объясняется влиянием фольклорных сказок.
Бесплатно
Статья научная
Статья является публикацией лекции Оскара фон Шульца (1872-1947), которую он прочитал студентам Хельсинкского 4 октября 1932 г. Исследователь обосновывает понятие «Русский Христос», под которым он понимает учение Христа, каким воспринял его русский народ и выразили русские писатели.
Бесплатно
Русский кенотизм: к переоценке одного понятия
Статья научная
Автор статьи рассматривает популярные на Западе термины «кенотический» и «кенотизм» применительно к русской религиозной ментальности.
Бесплатно
Русский человек за рубежом: рассказ «Люцерн» Л. Н. Толстого в романе Ф. М. Достоевского «Подросток»
Статья научная
В романе Достоевского «Подросток» (1875) опыт «русского человека за рубежом» изображается с опорой на большой литературный контекст. Прежде всего это касается источников образа Версилова. В научной литературе речь обыкновенно идет в этом аспекте о П. Я. Чаадаеве, В. С. Печерине и А. И. Герцене. Важными оказываются и толстовские источники героя «Подростка». В статье сделано предположение, что образ Версилова полемически ориентирован не только на Константина Левина из романа «Анна Каренина» (этот тезис подтверждается текстом подготовительных материалов и существующими исследованиями толстовского контекста в «Подростке» у А. Л. Бема, А. С. Долинина, Л. М. Розенблюм, Е. И. Семенова и других), но и на Дмитрия Нехлюдова из рассказа Толстого «Люцерн: из записок князя Д. Нехлюдова» (1857). В доказательство этой мысли приведен фрагмент из исповеди Версилова, где герой сообщает о появившейся за рубежом потребности осчастливить конкретного человека, а не «какого-нибудь подвернувшегося немца или немку». Есть основания предполагать, что это аллюзия на поступок Нехлюдова в отношении тирольца из «Люцерна». Возможность такой интерпретации подтверждается и другими фактами. Версилов хорошо разбирается в творчестве Толстого: от автобиографической трилогии до печатавшейся «Анны Карениной», об этом можно узнать в черновой рукописи романа. Кроме того, эта аллюзия вступает в диалог с другими примерами использования толстовского и герценовского текста в романе «Подросток» и «Дневнике Писателя» («Старые люди», цикл статей об «Анне Карениной»). «Русский скиталец» и тип «всемирного боления за всех» корреспондируют с представлением Достоевского об эмигрантах от рождения, как он называет Герцена, или праздношатающихся в духовном смысле, как он именует героев Толстого. Достоевский в творчестве и публицистике в целом нередко использовал понятие «эмиграции» как метафору.
Бесплатно
Свет и тьма в «Русских ночах» В. Ф. Одоевского
Статья научная
В статье рассматриваются проблематика и символика света и тьмы в «Русских ночах» В. Ф. Одоевского. Название и начало романа актуализируют вопросы темноты и мрака, как физического, так и духовного. Лейтмотив произведения - непрестанное стремление к свету, непосредственно связанное с проблемами просвещения. В русском слове «просвещение» мерцают разные смыслы, отсылающие как к западноевропейской, так и византийской традициям: это и «свет разума», и «Свет Христов», который «просвещает всех». Оба значения принципиально важно учитывать при интерпретации художественных произведений и публицистических высказываний Одоевского (как и русской классики в целом). Одоевский ратовал за развитие науки и техники, но неизменно предупреждал о духовном тупике, в который приведет человечество увлечение сугубо материальными интересами. Важнейшее значение, согласно писателю, имеет путь познания истины - он должен синтезировать в себе разум и «инстинктуальную» силу, наивысший источник которой - божественное откровение. Основной текст романа - собственно «ночи» - исполнены сомнений и вопросов, путь к преодолению царящего мрака и подлинному просвещению указывается в Эпилоге. Именно России, был убежден писатель, суждено спасти европейский мир, поскольку только в ней сохранился подлинный свет - православная вера, именно она способна вывести человечество из темного тупика рационализма.
Бесплатно
Своеобразие национального характера в охотничьих рассказах Е.Н. Опочинина
Статья научная
Евгений Николаевич Опочинин (1858-1928) - археограф, историк, журналист, театровед, коллекционер, автор воспоминаний о Ф. М. Достоевском, Я. П. Полонском, А. Н. Майкове и др. Как писатель он известен мало. Значительную часть жизни он провел на Ярославской земле, в имении, которое находилось недалеко от Рыбинска. Охотничьи рассказы Е. Н. Опочинина тяготеют к документальной и философско-психологической прозе. Автор стремится к точности описания природы и быта, слиянию биографического автора с образом автора-рассказчика. Вместе с тем охота у него выражает идею поиска истины, что восходит к философии Платона. В рассказах Е. Н. Опочинина ситуация на охоте становится испытанием для героя, в котором раскрывается его индивидуально-сущностное начало. Часто автор использует прием парадокса, неожиданного поворота сюжета, иногда его метафоры и сравнения близки к символам. По Е. Н. Опочинину, охота выявляет такие черты русского национального характера, как сострадание, чувство справедливости, смирение и активное, деятельное начало, стремление уловить Божью волю. В то же время Е. Н. Опочинин показывает, как на охоте проявляется стихийное, разрушительное начало в русском человеке, если им руководит жажда наживы и зависть. Писатель создает разные типы охотников: настоящих любителей природы, консерваторов, «подражателей» и хищников-потребителей.
Бесплатно
Святоотеческое "учение о прилоге" в романе Ф. М. Достоевского "Преступление и наказание"
Статья научная
В статье рассматривается влияние святоотеческого «учения о прилоге» на формирование психологического образа Родиона Раскольникова в романе Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание». Согласно учению христианских богословов, любой грех начинается с помысла (мысли), с которой устанавливается собеседование человека - сочетание с мыслью, и она постепенно слагается в непреодолимое желание. Находясь в плену этой мысли, человек и совершает грехопадение ( страсть ). Все эти пять стадий в развитии греха прошел Родион Раскольников. Первоначально у него появляется мысль об убийстве старухи-процентщицы, затем эта мысль усиливается после подслушанного Раскольниковым разговора студента и офицера в трактире, происходит постоянное обращение героя к своему греховному помыслу. Мысленно приуготовя себя к убийству, он готовится и к реальному его воплощению: присматривает топор, пришивает для него петельку, изучает маршрут к старухе и совершает убийство. Нераскаянный грех влечет за собой еще большие грехи - двойное убийство. И только через страдание возможно преображение героя и его возвращение к людям.
Бесплатно
Статья научная
В статье анализируется своеобразие святочного рассказа как литературного жанра.
Бесплатно
Святые покровители Грузии в произведениях современных православных писателей
Статья научная
В статье исследуются семантика и функции образов святых покровителей Грузии на материале сборника рассказов О. Николаевой «Грузинская рапсодия», рассказов М. Сараджишвили (по книгам «Не спешите осуждать», «Рядом с вами»), рассказа В. Н. Лялина «Изгнанница» и книги О. Рожневой «Удивительное путешествие в православную Грузию». Обращение к эпизодам из житий грузинских святых позволяет проследить в анализируемых нами текстах духовную историю Грузии со времен принятия христианства. Подробный список святых представлен в книгах О. Николаевой и О. Рожневой. В рассказах М. Сараджишвили и В. Н. Лялина отражены лишь отдельные периоды истории Грузии, однако участие святых покровителей этой страны в жизни книжных персонажей несомненно. Святая равноапостольная Нина выполняет охранительную функцию, ее явление в годы советской власти духовно поддерживает героиню рассказа В. Н. Лялина. Святой Георгий Победоносец - помощник прежде всего в военных делах, но также он покровительствует семье. Преподобный Давид Гареджийский - образец смирения и покровитель домашнего очага. Блаженный Гавриил (Ургебадзе), внимание которому уделяется в книге О. Рожневой, - помощник в деле личного спасения, наделенный даром прозорливости. Однако если в тексте О. Рожневой объектом изображения является именно православная Грузия с ее святыми, то в произведении О. Николаевой дан более объемный, чем у О. Рожневой, образ Грузии, включающий обширный пласт культурных характеристик страны. Святые в повествовании О. Николаевой - одна из важнейших граней облика Грузии.
Бесплатно
Север как "иное" пространство в русском модернизме
Статья научная
Север в творчестве русских символистов и, шире, модернистов изображался как мир «иной», запредельное пространство. «Притяжение Севера» можно рассматривать как альтернативу актуальной на рубеже XIX-XX вв. для России дилеммы «Восток или Запад». В модернизме устремленность к Северу связывалась с духовной вертикалью, а путешествие на Север представало духовным странствием, выходом из кризиса, поиском абсолюта и свободы духа. В крайнем своем проявлении тяготение к Полюсу есть тяготение к смерти. Герой В. Брюсова («Царю Северного полюса», «На Готланде»), представителя «старших» символистов, стремился превзойти человеческое, достичь абсолюта и сравняться с Богом. Безрассудное влечение к Полюсу подобно любовной страсти; при этом Эрос и Танатос оказываются неразрывно связанными. «Младшие» символисты в своих произведениях стремились не за пределы мира реального, а к преображению действительности и рождению нового человека. Север для них являлся территорией инициации, важной частью посвятительного пути, солярным миром. Вместо недосягаемой Царицы Ночи героя сопровождает Сольвейг, носительница любви-каритас. Герой мог пройти посвящение (А. Ремизов), но иногда не выдерживал испытания (А. Белый). Постепенно «северный» сюжет смещался из области мифопоэтической в сторону конкретно-биографической, а само имя Сольвейг (или других героинь Ибсена) становилось культурным знаком. Модернистский «миф о Севере» как «ином» мире изначально амбивалентен.
Бесплатно
Семантика античных слов и выражений в поэзии М. Кузмина
Статья научная
В статье рассмотрены нетранслитерированные лексемы, идиомы и фразеологические сочетания, реминисценции античной литературы в произведениях М. Кузмина, имеющих различную жанровую природу и написанных в разные годы, проанализированы факты цитирования памятников классической словесности, прояснено значение греко-латинской языковой культуры в поэтике автора. Греко-латинские вкрапления выполняют не только структурообразующую и интертекстуальную функции, но и обогащают содержание произведений, наполняя их центральные образы «вечной» семантикой. Каждое из рассмотренных выражений (Sine sole sileo, Victori Duci, et coetera, Θάλασσα, Ἄβραξας, Pax Romana, Fides Apostolica…, Orbis pictus, Natura naturans…, Ultima Thule) обладает уникальным значением: от метафоры творчества и образа духовного наставника до эротического намека, символа тайного знания, имперского мифа, исповедального мотива и культурной памяти. Источниками греко-латинской фразеологии для Кузмина служили эпические поэмы и лирические тексты древних авторов (Вергилий, Гораций), греческая историография (Геродот, Ксенофонт), ассимилированная идиоматика латинского языка, представленная в произведениях русской поэзии (А. Фет, К. Бальмонт), а также опирающийся на латинский лексический субстрат философский тезаурус европейской мысли Нового времени (Б. Спиноза). Интерес к античности сохранялся на протяжении всего творческого пути Кузмина, проявляясь в разных формах и обстоятельствах, а греческий и латинский языки, наряду с языками современных романских культур, составляют фундамент его лингвалитета.
Бесплатно
Статья научная
В статье рассматривается семантика образа вериг в повести Л. Н. Толстого «Детство», романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» и рассказе А. П. Чехова «Убийство». Ношение вериг традиционно понимается как подвиг, совершаемый христианскими аскетами. В русской литературе XIX в. этот мотив актуализируется при изображении персонажей, наделенных чертами юродства и/или странничества. Осмысление рассматриваемого житийного по своему происхождению мотива в произведениях разных авторов неодинаково. В повести «Детство» и романе «Война и мир» Л. Н. Толстого maman и княжна Марья, персонажи, искренне и глубоко верующие, признают духовную пользу ношения вериг, которые есть у странников, принимаемых ими в своих домах (Гриша, Федосьюшка). Вериги здесь — один из символов отречения юродивого или странника от мира, усиленный духовный подвиг, сопряженный с любовью к Богу. В романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» вериги становятся знаком исключительно внешнего подвижничества, лишенного своего духовного содержания: отец Ферапонт, хотя и обладает некоторыми чертами юродивого, наделен гордостью. На наш взгляд, такая интерпретация образа вериг сопряжена у Ф. М. Достоевского со святоотеческой традицией, в частности — с практикой духовного руководства в Оптиной пустыни, которую писатель посетил в 1878 г. Так, в житии оптинского старца Леонида (Льва) есть эпизод, в котором упоминаются бесноватые, самовольно надевшие тяжелые вериги и не совершавшие при этом внутреннего духовного подвига очищения сердца от страстей, а потому и впавшие в состояние демонической одержимости. Отец Ферапонт в «Братьях Карамазовых» всюду видит нечистую силу. Он носит вериги, усиленно постится, ходит босым, но не сознает, что находится в состоянии тщеславия, зависти и осуждения. Ношение вериг без благословения превышает духовные силы персонажа. Смирение и покаяние, отказ от ношения вериг, как видно из жития преп. Леонида (Льва) Оптинского, — единственно возможный путь возвращения к должному духовному состоянию для героя, который он для себя, однако, не избирает. В рассказе А. П. Чехова «Убийство» продолжается смысловая линия изображения вериг, заданная Ф. М. Достоевским. Матвей Терехов уклоняется в сектантство, осуждая священнослужителей Православной Церкви. При этом он носит вериги, много молится и усиленно постится, пытается самостоятельно совершать богослужение. Отречение от своих заблуждений сопровождается у персонажа также отказом носить вериги, мысль надеть которые, по словам его хозяина, исходит «от беса». В анализируемых произведениях Л. Н. Толстого, Ф. М. Достоевского и А. П. Чехова ценностно значимой, спасительной для души, оказывается именно православная вера, от которой герой не должен отступать, не уклоняясь исключительно во внешнее подвижничество, не оставляя Православную Церковь.
Бесплатно
Семантика времен года в романе Л. Толстого "Воскресение"
Статья научная
Статья посвящена выявлению семантики природного календаря в «Воскресении» Л. Толстого. Рассмотрев события, происходившие с персонажами романа на протяжении 15 лет их жизни, мы пришли к выводу, что изображенные в «Воскресении» времена года связаны с воссозданием неуклонного движения человечества к Богу. Описание весны в начале романа - притчеобразный пролог, утверждающий идею грядущего духовного воскресения человечества. Весной 29-летний Нехлюдов решил искупить свою вину перед Масловой; вспомнив весну своей юности, он осознал социальное неблагополучие и потребность обрести утраченную гармонию с миром и отказался от земельной собственности. Студент Нехлюдов видел в летней природе источник вдохновения. Летом, сопровождая арестантов на каторгу, герой понял корни социального зла; летом арестантка Маслова вернулась к своему исконно чистому я . Духовная весна Нехлюдова происходит календарной весной, а духовное воскресение - осенью; духовная весна Масловой совпадает с календарным летом. Осенью, читая Евангелие, герой приходит к принятию христианства. В финале романа ранняя зима «торопит» обновление земли; преображение Нехлюдова предопределено изменениями в природе и открывшейся человеку непреложной правотой Слова Божьего. В «Воскресении» времена года становятся маркерами бытийного времени и обретают онтологическое значение: весна символизирует грядущее нравственное преображение человечества; лето является символом жизни; осень «усиливает» религиозные искания Нехлюдова, «убеждая» в необходимости строить жизнь по заветам Бога; зима - очищающий, подготовительный период, предшествующий духовному преображению людей. Эпичность толстовского повествования возникает за счет соотнесенности природного календаря с семантикой времен года, сложившейся в древнерусской литературе. Роман «Воскресение» - произведение христианского реализма, продолжающее традиции святоотеческой литературы.
Бесплатно
Семантика евангельского эпиграфа к роману "Бесы" Ф. М. Достоевского
Статья научная
Статья посвящена рассмотрению евангельского эпиграфа к роману «Бесы» с точки зрения античной традиции. Притча о гадаринском бесноватом, коррелируя с названием и образно-смысловым наполнением романа, актуализирует концепт бесовства, в номинативное поле которого входит лексема демон . Помимо историко-литературного, эта лексема имеет глубокое историко-философское содержание, восходящее к описанному Платоном демону Сократа. Мифологическое δαίμων и сократовское τὸ δαιμόνιον в целом имеют положительную семантику, но пришедшая на смену античности христианская традиция номинацией демон стала обозначать злую демоническую силу, стремящуюся завладеть душой человека. Одним из синонимов греческого по происхождению демон становится лексема бес , производными от нее - бесноватый и беснование . Беснование, внешне проявляющееся в потере рассудка, приравнивается к духовной болезни. Для таких состояний Платон использует слова μαίνομαι и μανία, корень которых присутствует в словах мания и маньяк , обозначающих одержимость определенной идеей. И в древнегреческом, и в русском языках этот корень имеет отрицательную коннотацию. Таким образом, одержимость бесами, описанная в евангелиях как духовная болезнь, восходит к античным понятиям δαιμονίζομαι и μαίνομαι. Этот ракурс позволяет вскрыть дополнительные смысловые пласты и в евангельском эпиграфе, и, как следствие, в самом романе.
Бесплатно
