Русская литература и литература народов России. Рубрика в журнале - Новый филологический вестник
О проблеме аутентичного воспроизведения черновых рукописей (записных тетрадей) Ф. М. Достоевского
Статья научная
Рассматривается проблема текстологических и издательских практик представления черновых рукописей писателя в аутентичном облике. Обращение к материалу черновиков («записных тетрадей») Ф.М. Достоевского свидетельствует о необходимости воспроизведения не только вербальных компонентов черновика, но и невербальных, обладающих принципиально важной семиотической информацией о зарождении, развитии и воплощении писательского творческого замысла. Сложившиеся практики публикации черновых рукописей редуцируют невербальный аспект облика писательской страницы, и потому различные «идеограммы» (рисунки, росчерки, авторские пометы) остаются за пределами репрезентации черновика. Данную проблему позволяет решить цифровая дипломатическая транскрипция писательской рукописи. Описание научного пути к текстологической «дипломатии» показывает, что данный аспект работы с писательскими черновиками давно вызревал в недрах литературоведения. Текстология XX в. существенно развила представления о сущности и значении писательского черновика, определив его в качестве первостепенного историко литературного документа. Это проблематизирует вопрос о формах и способах публикации черновых автографов. В настоящее время развитие электронных технологий работы с рукописями позволяет создавать дипломатическую транскрипцию рукописи как максимальное воспроизведение аутентичности авторской страницы, сохраняющее все элементы идеографии и облегчающей чтение рукописного текста. На материале рукописей Достоевского предлагается инструкция (рекомендация) к возможному построению цифрового облика рукописной страницы. Работа по созданию аутентичных (цифровых) образов черновиков («записных тетрадей») Достоевского видится перспективной, как в историко литературном, так и в теоретико методологическом (текстологическом) аспектах.
Бесплатно
О формульной характеристике персонажа: поп в «Разливе» Александра Фадеева
Статья научная
Творчество Александра Фадеева, особенно - его роман «Разгром», и сейчас привлекает внимание исследователей; случаются литературоведческие обращения и к роману «Молодая гвардия», хотя еще недавно казалось, что фадеевское художественное наследие мало кого может заинтересовать. Между тем еще один роман писателя - «Разлив» - оказывается в наши дни за пределами зоны филологического внимания. В статье именно этот роман становится объектом изучения; точнее - рассматривается специфическая характеристика одного из персонажей данного романа. Особенность этой характеристики в том, что она дается в виде лаконичных формул, которые вступают в системные отношения друг с другом. В «Разливе» довольно много персонажей, создающих весьма разветвленную и сложную персонажную систему; характеристики героев структурно разнообразны - от очень кратких до предельно развернутых. Рассматриваемая характеристика персонажа - священника Тимофея - выделяется не просто краткостью, но тем, что составляющие ее элементы носят формульный характер. Каждая такая формула представляет из себя короткую фразу, в которой лаконично, а вместе с тем глубоко и образно представлена та или иная грань характера персонажа. Относимые к отцу Тимофею формулы встречаются на протяжении романа несколько раз, и система их способствует развертыванию характеристики персонажа и углублению его авторской оценки по ходу действия; через формулы персонажная характеристика становится довольно объемной, но формульности своей при этом не теряет, создавая своего рода парадокс сочетания лаконичности и глубины, внешней краткости и внутренней развернутости. И такая система лаконичных формульных характеристик героя способствует реконструкции авторских представлений о человеке, о том, каким он должен быть и каким быть не должен, а отсюда можно сделать вывод и об авторских представлениях о мире. Формульность же в силу лаконизма позволяет особым образом воздействовать на читателя в эмоциональном плане.
Бесплатно
О характерах Достоевского: персонажи в полифоническом сюжете
Статья научная
Статья посвящена вопросам взаимодействия категорий герой и сюжет в условиях развившейся в творчестве Достоевского «полифонической» (М.М. Бахтин) формы. В поэтике Достоевского мы видим отказ от характера как стержневой основы эстетического отражения человека и сюжетостроения, то есть от четкой связанности определенного кругозора с определенным героем. Эмоции и страсти по-прежнему охватывают персонажей Достоевского, но никогда не конституируют их. Поскольку писателя интересует жизнь персонажа, то Достоевский не фреймирует свои фигуры неподвижной, неизменной маской, то есть характером, последний остается номинацией, подвергающейся испытанию и зачастую слому. Равным образом в произведениях Достоевского не определяет сущность персонажа и литературная традиция, поскольку в сюжетах данного писателя традиционные фабулы часто оказываются под вопросом или переписанными. Отсутствием отчетливых характеров и бесконечными играми с фабулой, как подчеркивал С.С. Аверинцев, отличается от европейской литературы ближневосточная словесность. Достоевский был внимательным читателем Библии и по-видимому, заимствовал ключевые элементы ее поэтики и характерологии, так что герои Достоевского созвучны библейским. Общность, впрочем, отнюдь не выливается в прецедентность библейских фабул по отношению к сюжетам Достоевского. Эстетическое пространство Достоевского оказывается непреодолимо вариативным, где схожесть с библейскими и светскими фигурами намекает на прецедент, оставляя последний в качестве возможности. Такое видение героев Достоевским органично находит воплощение в полифонической поэтике.
Бесплатно
Образ царя Давида в художественном сознании И.А. Бунина
Статья научная
В статье в широком историко-культурном и нравственно-философском контексте рассматривается творчество И.А. Бунина, выявляются его религиозно-онтологические и аксиологические константы, определяющие художественную картину мира писателя, сформировавшуюся под мощным влиянием прецедентных текстов древнейших цивилизаций Ближнего Востока, среди которых наибольшей мифо-суггестивной валентностью обладают книги Ветхого Завета, признающиеся сакральными для иудаизма, христианства и ислама. Проблема духовного влияния Священного Писания на миропонимание и жизнеотношение И.А. Бунина, давно поставленная в литературоведении, получает новый аналитический ракурс осмысления, связанный с выявлением конкретных форм и способов репрезентации библейского материала в разножанровых произведениях художника, в которых современность постигается через выявление идейно-смысловых аналогий и параллелей с древностью. Образы ветхозаветных пророков и духовных учителей человечества на протяжении всей жизни неизменно привлекали внимание И.А. Бунина, в творчестве которого особенно значима фигура библейского царя-псалмопевца Давида. В художественном сознании писателя царь Давид выступает как искатель истины, совершающий в процессе своего духовного поиска нравственные восхождения и падения. Проецируя героев своих произведений на фигуру Давида (и наоборот), И.А. Бунин определяет морально-этический потенциал современного человека. Аллюзии и реминисценции, связанные с жизнью и служением царя Давида Богу и миру, образуют культурно-философский фон творчества И.А. Бунина, который становится неотъемлемой частью духовноинтеллектуального пространства русской литературы ХХ века, интегрируя в него факты и артефакты библейской истории.
Бесплатно
Образы бывших соотечественников в американских травелогах советских писателей
Статья научная
В статье анализируются травелоги участников первой советской писательско журналистской делегации, побывавшей в США по программе научно культурных обменов (октябрь ноябрь 1955 г.). В рамках настоящего исследования рассматриваются образы эмигрантов «второй волны» - «ди пи» («перемещенных лиц»), созданные Б. Полевым, А. Аджубеем, Н. Грибачёвым и Б. Изаковым, а также более широкий историко идеологический контекст, в котором эти образы функционировали и динамически развивались. По пути своего следования Б. Полевой и его коллеги не раз встречали бывших соотечественников, среди которых были белоэмигранты и даже переселенцы - поволжские молокане, бежавшие в Штаты при царе, однако только по отношению к «ди пи» работники советской печати заняли агрессивно непримиримую позицию. В своих травелогах они создали собирательный образ «перемещенного лица» - «бывшего коллаборациониста и полицая», «пьяного хулигана», который то и дело норовит ввязаться в антисоветскую авантюру и подзаработать на этом денег. Обращаясь к материалам советской прессы, писавшей о «невозвращенцах», мы обнаруживаем, что карикатурный образ «ди пи», сконструированный Б. Полевым и его коллегами, сосуществовал с другим - более привлекательным и нарисованным с сочувствием портретом «перемещенного лица». Решая актуальные политические задачи, ведущие советские газеты позиционировали «ди пи» как жертв американского империализма и колониализма, попавших в лапы антисоветских организаций и буквально угнанных на Запад в трудовое рабство.
Бесплатно
Статья научная
Объектом статьи выступает фрагмент из текста песни Владимира Высоцкого «Баллада о детстве». В статье рассматривается случай, когда в речь первичного субъекта вторгается прямая речь персонажа - анализируется окказиональный фразеологизм «без вести павшие», находящийся в «Балладе о детстве» в прямой речи одного из персонажей - Евдокима Кирилыча. Возникает этот окказиональный фразеологизм через синтез фразеологизма «без вести пропавшие» с фразеологизмом «геройски павшие» (или «павшие смертью храбрых»). Получившееся в результате синтеза искажение в системе с прочими моментами указывает на индивидуальные особенности речи персонажа, который получил возможность высказаться так, как ему хочется, коверкая устоявшиеся речевые клише. В статье доказывается, что этот окказиональный фразеологизм не только является способом маркировки персонажа, но и может стать важным показателем для осмысления определенных граней авторского мироощущения. Таким образом, целью исследования является и осмысление данного окказионального фразеологизма как способа авторской характеристики персонажа, в речи которого этот окказиональный фразеологизм находится, и рассмотрение данного фразеологизма в качестве способа приблизиться к определенным граням авторского мироощущения, что возможно и через соотнесение (и даже отождествление в этом соотнесении) позиции автора и позиции персонажа. В итоге доказывается, что окказиональный фразеологизм, возникающий в речи персонажа, во-первых, характеризует этого персонажа, во-вторых, характеризует авторское отношение к персонажу, в-третьих, выступает знаком определенных граней мироощущения автора.
Бесплатно
Статья научная
Вторичная художественная условность занимает значимое место в литературе постмодернизма и воспроизводится с помощью нереалистических художественных средств. Одним из таких средств является миф. Ввиду того, что в большинстве произведений Виктора Пелевина осуществляется создание постмодернистского пространства, основанного на авторском преобразовании мифологического видения мира различных народов («Бэтман Аполло», «Ампир V», «Transhumanism Inc.» и др.), автор тяготеет к изображению мифологической вторичной художественной условности. Данная статья посвящена изучению оккультно-мифологической вторичной реальности романа «Непобедимое солнце». Следовательно, цель работы - исследовать особенности художественного воплощения оккультно-мифологических составляющих в контексте произведения Пелевина. Научная новизна состоит в том, что впервые предпринято изучение «Непобедимого солнца» в качестве синкретичной вторичной реальности, основанной на шиваитских, солярно-мифологических воззрениях. В статье рассмотрена специфика авторского осмысления митраистского культа и мифических особенностей бога Митры. Исследована постмодернистская интерпретация шиваитского мифа в контексте мистического танца. Рассмотрено идейно-мифологическое своеобразие культа «Непобедимого солнца» («Sol Invictus») как художественной модели авторского видения окружающего персонажей мира. Сделан вывод о том, что оккультно-мифические компоненты (черный камень, танец и др.) объединяют шиваизм и солярные культы в синкретичное постмодернистское художественное пространство.
Бесплатно
Особенности заклинаний в прозе М. Елизарова
Статья научная
Михаил Елизаров (р. 1973) - современный русский писатель, в прозе которого элементы традиционного реализма органично сочетаются с мистическими составляющими. Заклинания - одна из неотъемлемых компонент художественного мира М. Елизарова, играющая немаловажную роль в разворачивании сюжетов многих его произведений. В данной статье рассматриваются формальные особенности фигурирующих в произведениях Елизарова заклинаний. Елизаровские заклинания определяются автором статьи как словесные формулы с ослабленным либо вовсе отсутствующим прикладным значением, использование которых в коммуникативных целях представляется затруднительным или невозможным, поскольку они представляют собой тем или иным образом десемантизированные словесные формулы. Именно умаление семантики в традиционном понимании этого слова позволяет некоторым словесным формулам вместить в себя, согласно сюжетам романов, повестей, рассказов и художественных эссе писателя, новое, мистическое содержание, недоступное или не вполне доступное пониманию героев-обывателей, но внятное для персонажей-магов. Автор статьи выделяет в прозе Елизарова и рассматривает на конкретных примерах четыре типа десемантизации слова: первый тип связан собственно с умалением в словесной формуле концептуального содержания, с подчинением этого содержания гармонии, то есть определенной сочетаемости звуков; второй связан с приращением к семантически полноценным словесным формулам музыкальной составляющей, с превращением слова в песню; третий - с подчинением концептуального содержания слова экспрессии, эмоциональной компоненте; четвертый - с искажением уже существующих в культурном поле и занимающих в нем определенное место словесных формул (христианские молитвы, советские эстрадные песни), предполагающим деформацию стоящего за этими формулами семантического ряда.
Бесплатно
Особенности летописного рассказа об убийстве Ярополка Изяславича как «девиантного» текста
Статья научная
В статье летописный рассказ об убийстве князя Ярополка Изяславича, содержащийся в «Повести временных лет» под 6594 г. (1086 г.), а также в ряде более поздних летописей, рассматривается в рамках концепции «девиантного» текста (термин О.А. Туфановой). Данное произведение относится к группе криминальных сюжетов, в которых речь идет о преступлениях против личности. При анализе трехкомпонентной сюжетной схемы, характерной для «девиантных» текстов, отмечается, что 1) исходная ситуация практически не описана, сообщается только о передвижениях Ярополка Изяславича, отсутствует информация о том, кто является заказчиком убийства, каковы его мотивы; 2) сам рассказ об отклоняющихся от нормы действиях очень лаконичен, фактографичен, но при этом содержит ряд деталей; 3) в произведении эксплицитно выражена негативная оценка произошедшего. Летописный рассказ об убийстве князя Ярополка Изяславича контрастирует со следующим за ним некрологом, в котором на первый план выдвигается идеализированный образ князя-страстотерпца, насильственная смерть которого охарактеризована как благо, возможность обрести вечную жизнь. Составители некоторых более поздних летописных сводов предпринимали попытки убрать несоответствие между этими текстами, достичь идейного и стилистического единства в рамках летописной статьи за счет ликвидации некролога (например, в Московском летописном своде конца XV в., Тверском сборнике, Вологодско-Пермской, Воскресенской летописях и др.) или внедрения в рассказ об убийстве Ярополка Изяславича компонентов княжеского некролога (см. Типографскую, Холмогорскую летописи, Степенную книгу). При контаминации рассказа об убийстве и некролога фокус внимания смещается с «девиантного» поступка (убийства) и его оценки на идеализированный, агиографический образ Ярополка Изяславича.
Бесплатно
От топографии места к томографии текста: урбанистическая нарративность в прозе Андрея Левкина
Статья научная
В статье рассматривается проза современного российского прозаика и эссеиста Андрея Левкина как пример нетрадиционных писательских практик, включающих принципиально иной тип репрезентации городского пространства. Автор статьи вводит и обосновывает термин «урбанистическая нарративность» как адекватный для комплексного анализа текстов писателя, жанр и фикциональная природа которых являются теоретической проблемой, а городоориентированность которых неразрывно связана с автобиографизмом нарратора. Делается краткой обзор ключевых текстов крупной «романной» прозы и выделяются два типа городских описаний у Левкина: дескриптивный, характерный для жанра травелогов и предваряющий сюжет; и метанарративный, когда город выступает дискурсивной метафорой для рефлексии процесса письма. На примере текстов из сборника «Место без свойств» (2023), составленного издателями Левкина исходя из развития его писательского стиля, обосновываются наблюдения о роли города как организующей тексты метафоры. Завершающий же текст сборника, последний написанный Левкиным при жизни, содержит менее характерную для него метафору МРТ (магнитно-резонансной томографии), которая эксплицирует интенцию постичь механизм образования места не как топографической точки, а как когнитивно-эмоционального пространства, которое создается корреляцией субъекта и среды. В этой перспективе не поддающаяся дефиниции проза Левкина, балансирующая между городским очерком и саморефлективной прозой, может быть рассмотрена как попытка прямой вербализации сознания современного человека.
Бесплатно
Пародия на символизм А. Блока в прозе Михаила Зощенко
Статья научная
В аналитической книге М. Зощенко «На переломе» А. Блок метафорично назван «печальным рыцарем», символизирующим кризис индивидуализма и образ «неживого человека». Эти характеристики затем пародируются в повести «М.П. Синягин (Воспоминания о Мишеле Синягине)», обозначают животное начало и безжизненность. Любопытно, что типы «зверя» и «неживого человека» парадоксально сплетены, совместимы с образами «мечтателя» и «лишнего человека». В повести мотивы забвения и памяти занимают важное место в описании душевной драмы интеллигента, причем они даны в экзистенциальной ситуации и в то время, когда в человеке проявлены «животное» и «неживое». Мотив любви является важным компонентом формирования сюжета. Герой под влиянием эстетики символизма А. Блока стремится к таинственности и иллюзорности любви, влюбляясь в Симочку и Изабеллу, которые символизируют Незнакомку и Прекрасную даму, но женские образы чередуются по мере переживания героем кризиса индивидуализма. Такой эмоциональный поворот является пародией М. Зощенко на блоковскую тему любви. Пародия нередко является способом литературной борьбы, способствующей развитию литературных форм. Пародия на символизм А. Блока, наряду с реминисценциями из биографии поэта и отсылкой к его идентичности с интеллигенцией, содержит скрытые размышления М. Зощенко о проблематике литературного наследования, о творческом потенциале интеллигенции и направлении развития послереволюционной литературы.
Бесплатно
Статья научная
Статья посвящена некоторым подробностям, касающимся литературного объединения при Сухопутном шляхетном кадетском корпусе. Оно известно под названием «Общество любителей русской словесности»: в середине XVIII в. собрания этой группы посещали известные литераторы и просветители (А.П. Сумароков, М.М. Херасков, И.П. Елагин), а также военные деятели (А.В. Суворов, П.А. Румянцев-Задунайский, Н.В. Репнин). Как отмечал ряд исследователей, это был первый известный литературный кружок в России, при этом сколь-нибудь подробных данных о его деятельности не сохранилось. Одним из немногих источников о работе общества является фрагмент книги С.Н. Глинки «Очерки жизни и избранные сочинения А.П. Сумарокова», появившейся в 1841 г. и с тех пор не переизданной. Ее автор состоял в дружеских отношениях с участником «Общества любителей русской словесности» М.М. Херасковым, чьи рассказы о Сумарокове и его литературном окружении послужили основой для текста Глинки - особенно в части, касающейся «Общества». В этой связи разбирается вопрос о «ненадежности» этой книги как источника и приводятся аргументы в пользу того, что в данном случае рассказчик заслуживает доверия. Отдельно затрагивается сюжет с издававшимся при кадетском корпусе журналом «Праздное время в пользу употребленное» (1759-1760 гг.), поскольку большинство его создателей и сотрудников были участниками «Общества». Проанализированные данные позволяют судить о том, как функционировало «Общество любителей русской словесности» и почему с него началась традиция формирования литературных объединений в России, продолжающаяся по сей день и потому требующая более подробного изучения.
Бесплатно
Перформативные свойства лирики И. Бродского. Дом как образ пространства
Статья научная
АВ статье рассматривается проблема перформативности как ключевой характеристики лирических произведений, отличающихся по своей структуре, содержанию и цели высказывания от нарративных и других текстов. Подчеркивается важность изучения лирики согласно ее специфике, исключающей возможность механического применения нарративных характеристик для толкования и понимания стихотворных произведений. Природа лирического текста как перформатива рассматривается в свете теории Дж. Остина о перформативных высказываниях, которые не просто сообщают, но самим фактом своего произнесения делают нечто (обещают, проклинают, обязывают), что роднит их с лирическим дискурсом, который, с точки зрения исторической поэтики, уходит корнями в магический и имеет непосредственное отношение к прямому воздействию словом. Ключевые перформативные свойства лирики, которые выделяет в своих работах В.И. Тюпа (ценностная архитектоника, модус самоактуализации, этос суггестивности) рассматриваются на примере лирики И. Бродского, в частности - образов пространства в его стихах, одним из которых является образ дома. Поэтика пространства у Бродского обладает рядом свойств, которые призваны изменить, перформатировать отношение читателя не только к стихотворению, но к миру в целом, вовлечь его в некую новую перспективу по отношению к знакомым вещам и предметам, буквально воздействовать на его восприятие пространства. Делается вывод о том, что лирическое произведение способно избавить нас от автоматизма восприятия и пробудить, по выражению Г. Башляра «бессознательную поэтическую мощь», что еще раз доказывает его перформативную природу.
Бесплатно
Поезд, сообщение и Анна Каренина (заметки к вопросу)
Статья научная
Статья посвящена краткому рассмотрению поэтической проблемы создания слова посредством ключевой метафоры в романе «Анна Каренина» Л. Толстого под углом зрения дискурсивного упорядочивания текста. Автор исходит из положения о «сообщении» («сцеплении») как функции поезда, которое определяет все уровни произведения, в частности, принципы отношения к детали, сюжету, внутренней реорганизации и реинтерпретации мира романа, а также слову. Толстовская стратегия установления метафорической связи и двойственности изучается в статье в плане взаимодействия некоторых составляющих образа заглавной героини и фрагментов текста романа, построенных по признакам поезда. Настоящее исследование посвящено поэтике (и, отчасти, метапоэтике) романа, с акцентом на образ поезда как центральную метафору и текстопорождающую инстанцию. Показано, что Анна Каренина выступает не только как героиня, но и как субъект текста: ее имя, действия и образ становятся структурообразующими элементами не только повествования, но и текста романа. Особое внимание уделяется мотивам путешествия и грез, через которые раскрываются связи между миром событий и миром языка. Двойственная символика поезда - как носителя наказания (смерть) и средства сообщения (жизнь) - подчеркивает многозначность данного образа в дискурсивной структуре романа. Таким образом, Анна представляется как «поезд сцепление», объединяющий и связывающий различные элементы текста, а ее имя, сжатое в заглавии, разворачивается в художественном пространстве произведения, подтверждая внутреннюю целостность и взаимосвязанность всех компонентов романа.
Бесплатно
Поэтические послания к П. А. Вяземскому З. А. Волконской и А. И. Готовцевой. Часть 1
Статья научная
В статье проводится сопоставительный анализ двух женских стихотворных посланий, адресованных П.А. Вяземскому: «Князю П.А. Вяземскому на смерть его дочери» З.А. Волконской (1835) и «К П.А. Вяземскому (при получении портрета)» А.И. Готовцевой (1837), - с учетом комплекса факторов, как сближающих, так и разводящих смысловое наполнение и поэтику этих произведений. Показывается, что перекличку данных стихотворений во многом определяет не только единство адресата и жанра, но и разработка общей темы невосполнимой утраты. Отмечается, что стихотворения Готовцевой и Волконской также роднит пронзительность женского лиризма: их сближает реализованная авторами коммуникативная стратегия, мотивированная стремлением поэтесс матерей предельно искренне выразить сочувствие Вяземскому отцу, похоронившему дочь, утешить его. В то же время в статье доказывается, что в названных посланиях проявляются разительные отличия, мотивированные контекстом личных и творческих взаимоотношений Волконской и Готовцевой с Вяземским, а также чертами творческих индивидуальностей поэтесс современниц, особенностями их миропонимания. Делается вывод о том, что в стихотворении костромской поэтессы Готовцевой прозвучал проникновенный и искренний голос, идущий из глубины провинциальной России. Послание же Волконской, активно общавшейся с Мицкевичем, Гете, Стендалем и другими корифеями западного искусства, существовавшей на перекрестке культур, в огромной степени выразило приверженность к аксиологии, характерной для европейского сознания.
Бесплатно
Поэтические послания к П. А. Вяземскому З. А. Волконской и А. И. Готовцевой. Часть 2
Статья научная
В статье проводится сопоставительный анализ двух женских стихотворных посланий, адресованных П.А. Вяземскому: «Князю П.А. Вяземскому на смерть его дочери» З.А. Волконской (1835) и «К П.А. Вяземскому (при получении портрета)» А.И. Готовцевой (1837), - с учетом комплекса факторов, как сближающих, так и разводящих смысловое наполнение и поэтику этих произведений. Показывается, что перекличку данных стихотворений во многом определяет не только единство адресата и жанра, но и разработка общей темы невосполнимой утраты. Отмечается, что стихотворения Готовцевой и Волконской также роднит пронзительность женского лиризма: их сближает реализованная авторами коммуникативная стратегия, мотивированная стремлением поэтесс матерей предельно искренне выразить сочувствие Вяземскому отцу, похоронившему дочь; утешить его. В то же время в статье доказывается, что в названных посланиях проявляются разительные отличия, мотивированные контекстом личных и творческих взаимоотношений Волконской и Готовцевой с Вяземским, а также чертами творческих индивидуальностей поэтесс современниц, особенностями их миропонимания. Делается вывод о том, что в стихотворении костромской поэтессы Готовцевой прозвучал проникновенный и искренний голос, идущий из глубины провинциальной России. Послание же Волконской, активно общавшейся с Мицкевичем, Гете, Стендалем и другими корифеями западного искусства, существовавшей на перекрестке культур, в огромной степени выразило приверженность к аксиологии, характерной для европейского сознания.
Бесплатно
Предыстория лирической трилогии А. Блока: взаимосвязь текстологии и поэтики
Статья научная
В статье рассматривается предыстория замысла лирической трилогии А. Блока. Исследуется уникальная роль «Собрания стихотворений» 1911- 1912 гг. в замысле и архитектонике лирической трилогии. Оно отразило эволюцию поэтики Блока, формирование его концепции пути. «Собрание стихотворений» лишь на первый взгляд могло показаться вторым изданием четырех поэтических книг Блока. Оно существенно отличается и от второго издания трехтомных «Стихотворений», выпущенных поэтом в 1916 г. все в том же издательстве «Мусагет». В последующие годы Блок вносил изменения в состав своей трилогии. Именно эти издания называли каноническим сводом лирических произведений Блока. Мусагетовское издание разительно отличается как от первых книг Блока, так и от последующих переизданий собрания стихов. Когда в ноябре 1910 г. поэт получил предложение от «Мусагета» издать собрание сочинений, у него в определенной степени сложились взгляды на состояние русского символизма в целом и на свой творческий путь в частности. Обсуждение в 1910 г. путей русского символизма совпало с размышлениями Блока о своем собственном творческом пути - прошлом, настоящем и будущем. История изменений, которые вносил Блок в структуру своих собраний стихов, является ярчайшей иллюстрацией к теме его пути. Три тома лирики соответствуют трем этапам в эволюции поэта и в то же время вехам в судьбе Блока, когда он не только переосмыслял прошлое, но и возвращался к нему. Варьирование состава трехтомника подчеркивало своеобразие пути Блока, где эволюция нередко сочеталась с возвратом назад - по кругу. История создания блоковской трилогии, в том числе ее первого тома со второй редакцией «Стихов о Прекрасной Даме», отражает сложную взаимосвязь текстологии и поэтики в движении
Бесплатно
Презентация образа Анны Карениной
Статья научная
Статья посвящена краткому анализу дискурсивной стратегии Л. Толстого при создании образа Анны Карениной, с акцентом на то, как речи персонажей и повествователя подвергаются перестройке в структуре первой части романа. Выводы об образе заглавной героини формулируются через призму способа порождения слова-имени как выражения субъективности и как элемента текстовой организации. Образ Анны Карениной предлагается рассматривать как языково-символическую форму субъектности, генерирующую текст с новой поэтической семантикой. В ходе анализа демонстрируется, как на дискурсивном уровне происходит раскрепощение слов, включая само название романа. Подтверждается, что в процессе дискурсивной презентации и смыслопорождения разрушаются привычные языковые и тематические соотношения: имя и фамилия «Анна Каренина» начинают коррелировать со значениями красоты, принимают форму грамматического рода как «женщинажена» и метафорически воплощают образ поэтической «женственности». В этой связи в статье подчеркивается смыслопорождающая функция таких метафорических слов, как «картина», «муж», «колесо», «кольцо», – определений, которые формируют образ Анны на наднарративном уровне текста. Очевидно, что заглавная героиня постоянно выходит за пределы заданной ей роли: на уровне сюжета это проявляется в стремлении освободиться от Каренина, а на уровне дискурса – в оживлении плоского образа «ужаса» поэтическим словом «красоты». Итак, цель исследования – раскрыть роль образных мотивов и значимых элементов в формировании данной модели и способ их взаимодействия в поэтической системе романа Толстого.
Бесплатно
Статья научная
В статье рассматривается история одной поэтической строки из стихотворения В.А. Жуковского «Певец во стане русских воинов»: «Раевский, слава наших дней». Изначально служившая восторженной характеристикой генерала Раевского, эта строка благодаря своей афористичности превратилась в крылатое выражение и была впоследствии трансформирована и использована другими поэтами: А.С. Пушкиным, А.И. Готовцевой, В.Я. Брюсовым, а также поэтом-любителем В.А. Коленовым. Исследование, направленное преимущественно на выявление интертекстуальных связей между произведениями литераторов пушкинской эпохи, позволяет по-новому осветить ряд известных литературных фактов и выявить новые, ранее не отмеченные художественные взаимодействия. Так, автор статьи впервые объясняет заимствование Пушкиным строки из послания А.И. Готовцевой для характеристики графа Хвостова в поэме «Медный всадник», показывает, что это заимствование передает ироническое отношение Пушкина не только к графоману Хвостову, но и к собственной славе, отрицание Пушкиным титула поэта-счастливца, любимца небес, присвоенного ему провинциальной поклонницей. Автор статьи комментирует отсутствие курсива в последней строке стихотворной записки Пушкина к Жуковскому (1819 г.) на основе анализа этого экспромта. Показано, что авторское написание могло быть следствием замысла, а не ошибки Пушкина, а значит, его следует сохранять при публикации стихотворения. Обращение к произведениям малоизвестных поэтов, таких как Готовцева и Коленов, позволяет дополнить сведения о том, как популярный художественный текст («Певец во стане русских воинов» Жуковского) функционирует в общенациональном сознании, не только сохраняя память об исторических событиях, но и стимулируя творческие усилия новых авторов.
Бесплатно
Проблема следования судьбе в "Песни о вещем Олеге" А.С. Пушкина
Статья научная
Цель нашей работы рассмотреть вопрос о возможности верного следования судьбе героем «Песни о вещем Олеге» А.С. Пушкина. Новизна исследования состоит в том, что в нем осуществляется переход от определения «вины» князя к пониманию заложенного в тексте «намека» о том, каким можно было бы представить правильный путь героя, «захваченного судьбой» в понимании В.Н. Топорова. Рассматривается широкий спектр сложившихся на сегодняшний день объяснений причин гибели героя «Песни». Проводятся параллели между стихотворением А.С. Пушкина и трагедией «Царь Эдип» Софокла, отмечается сходство диалогов вещего Олега с волхвом и Эдипа с прорицателем Тиресием. Также в статье развивается мысль о реализации в «Песни» «трагедии познания». Ложное толкование Олегом слов волхва связывается с «уединенным сознанием» героя. Рассматривается общее отношение А.С. Пушкина к вопросу о роке и предопределении: в понимании поэта, следование судьбе может быть сопряжено с нравственной победой над ней и сохранением внутренней свободы. Автор статьи приходит к выводу о том, что вещий Олег отказывается от героического пути. Он предает друга, желая уйти от смерти, называет хазар неразумными, но при этом теряет разум сам, когда обвиняет волхва и демонстрирует обманчивую очевидность несбывшегося пророчества. В качестве альтернативы гордому и потому ложному пути князя рассматривается положительный образ преодоления рока носителями «конвергентного сознания» главными героями в былине «Три поездки Ильи Муромца» и в романе «Капитанская дочка» А.С. Пушкина.
Бесплатно
